Чтение онлайн

Врут многие — но он ярче всех.

Я президенту России всегда говорил: «Ты мой старший брат!» А он этого боится: «Только не говори никому!»

Я готов добиваться спокойствия в республике даже ценой собственного разума.

Я очень люблю футбол, хоккей и играю чаще всего один.

Я все время только и делаю, что думаю — что делать?

Не будет пушек, не будет и масла.

Две личности, если они даже и лидеры государства, способны повлиять сдуру на двусторонние отношения.

Нам, президентам, действительно порой дарят такие подарки, на которые вам надо работать всю жизнь.

Но открою вам секрет: мы создали колоссальные резервы, к Новому году, конечно. Каждую семью уже мы уже так накормим! Только были бы деньги у них.

Пора принять меры и наложить вето на табу!

Белорусский народ будет жить плохо, но недолго.

Мы эту проблему решили в узком кругу ограниченных людей.

Обращаясь к оппозиции:

Милости просим впрягаться в телегу и тащить воз. А я могу быть впереди.

Нам не нужна автоматизированная система фальсификации выборов, мы создадим государственную.

Хотел бы поздравить Лукашенко и посочувствовать народу Белоруссии.

Несчастье ближнего утешает нас в наших несчастьях.

Один доит козла, другой подставляет решето.

Кормилицы говорят о своих питомцах, что надо их посылать в школу: если они и не смогут научиться там чему-нибудь доброму, то, во всяком случае, находясь в школе, не будут делать ничего плохого.

Ненавижу тех, кто помнит, что было на пиру.

Сама забота не без отрады, так как доставляет некоторое занятие. Что бы мы делали, не имея никого, о ком позаботиться?

Среди мертвецов равноправие.

Сначала вы требуете выпивку, потом выпивка требует выпивки, потом выпивка требует вас.

Главная наша беда в том, что у нас чуть ли не каждый начинает разговор со слов: «Главная наша беда в том…»

Реклама — самый дешевый способ продажи товара, особенно если товар не имеет никакой ценности.

Публика ходит на встречи с писателями в надежде на то, что смотреть на них будет приятнее, чем читать.

Государство — это я.

Каждый раз, когда я даю кому-нибудь хорошую должность, я создаю девяносто девять недовольных и одного неблагодарного.

Мне было бы легче примирить всю Европу, чем нескольких женщин.

После поражения французской армии при Мальплаке в 1709 г.:

— Неужели Бог забыл обо всем, что я для него сделал?

Один из французских вельмож, впавший в крайнюю набожность, неожиданно возвестил Людовику XIV, что ему явился архангел Гавриил и повелел передать королю, чтобы тот оставил свою фаворитку Лавалье.

— Он и мне тоже явился, — ответил король, — и объявил, что вы повредились в уме.

Придворному, который должен был сопровождать короля на дворцовой церемонии, но чуть-чуть задержался и явился в последний момент:

— Меня чуть было не заставили ждать.

Однажды Людовик XIV неожиданно спросил одного из своих вельмож, знает ли он испанский язык. Тот ответил, что нет.

— Жаль, — произнес король.

Вельможа решил, что король наметил его в испанские посланники. Спустя некоторое время он почтительно доложил Людовику, что успел в совершенстве изучить испанский язык.

— Превосходно, — отозвался король, — значит, теперь вы сможете прочесть «Дон Кихота» в подлиннике.

На ложе смерти:

— Почему вы плачете? Неужели вы думали, что я буду жить вечно?

Он будет великим королем: он никогда не говорит то, что думает.

Людовик XIV, как никто другой, продемонстрировал два таланта, необходимых государю: хорошо выбирать сподвижников и приписывать себе львиную долю их заслуг.