Чтение онлайн

В небесного света просторы,

Всё дальше лететь и назад не смотреть,

Минуя прошедшего годы;

Лететь, обгоняя все ветры земли,

И вдруг замереть над обрывом —

И там умереть, раствориться в любви,

Отдавшись душевным порывам.

Не раствориться в безграничном хаосе Вселенной.

Искать гармонии бессмысленно, где жизни нет,

Где только естества рабы и мир как дым, мгновенье…

И сквозь туннель обмана не найти ответ.

Бежать из душных комнат и от серых великанов,

Застывших в плитах мрамора зелёных мертвецов,

Бежать от нечисти, от тьмы и тараканов

В пресветлый край – страну моих отцов.

В забытый край, где жизнь, а не рутина,

Где всё исполнено заветом, где любовь.

Устала я от страха, лжи и чада Властелина…

Где ты, мой мир? Где Ты – Превечный Бог?!

Нет, идолы не умерли для нас.

Они живут невидимо и зримо.

Калеча души, в пламенных сердцах…

Из нас, живых, высасывают силы.

Безликий великан, немой, бездушный,

Зачем тебе устраивают пир?

Зачем тебе угодливо-послушны

И дарят уши, нос, глаза и – мир?

Не потому ли, что в немом забвенье

Ты так торжественно-суров?!

И в гневе, ярости твоей – спасенье,

Покорность и согласие рабов?..

Живые души, кланяйтесь богам —

Серебряник иной насытит чрево…

Стоит надменно мёртвый истукан

И разъедает Мировое древо.

Истоки мудрости духовной

Постичь не сложно никому.

В стихии космоса, в природной

Поклоны не нужны Ему —

Творцу Вселенной, мироздания.

Твой жертвенный огонь другой —

Не в плитах камня, а в сознании,

Что рядом Он, что Он с тобой,

Что Он хранит тебя… Над миром

Бог бытие твоё вознёс.

Не с арфой белой иль с потиром,

Не в мир романтики и грёз,

Не для потерь иль разрушения —

Не властвовать вам, Библ, Сидон —

Для веры прочной, вне сомнения,

Воздвиг Бог храм – тебя, Сион.

И заповедал всем скорбящим

Хранить любовь и мир сердцам,

Беречь язык от стрел разящих.

«Мне отомщение, и Аз воздам».

О, Русь святая! Предо мной

Твой образ матери влюбленной,

Глаза сияют добротой.

И, царским взглядом ослепленный,

Твой недруг падает немой,

Тобой навеки покоренный.

И всё ж, Россия, ты слаба;

В своей ли доброте безмолвной

Или в смирении раба.

Как можешь быть ты столь покорной,

Когда в руках шутов права

На храм души твой чудотворный —

Природы храм?!

«Мне отмщение, и Аз воздам».

Заметает снег дороги.

Нет следов уже твоих.

А недавно на пороге

Я тебе читала стих.

И, сжимая нервно руки,

Мы глотали талый снег.

И кружились в вихре звуки —

Звуки голоса и смех.

Провожала тебя взглядом.

Ты ответил мне тогда:

«Ничего теперь не надо,

Будь со мною навсегда».

И я верила Шекспиру,

Растворялась в хрустале.

А снежинки замерзали

На ресницах в феврале…

Ты ушел, не извинился —

Просто бросил. Что ж, прощай!

Снег всё падал и искрился.

«Ты меня не забывай»…

Нашу песню о Шекспире

Ветер времени унёс.

Всё прекрасно в этом мире,

Но не вечно, не всерьёз.

Нет, не сломить меня ветрам,

Столетьям, судьям.

Надменно-ярый истукан

Живым не будет.

Зачем обманывать себя?

Искать калоши счастья?

Жизнь есть капризное дитя

Сиюминутной власти.

Жить не для плоти, не для сна,

Ни в страхе, ни в почете.

Стоит египетская тьма…

Кого вы, мёртвые, спасёте?!

Есть тьма души и вечный свет.

Есть Слово Божие – Завет.

Не думай обо мне, не надо.

И взглядом ты не провожай.

Я недостойна даже взгляда —

Я недостойна? Так прощай.

Зачем ты тратишь понапрасну

Улыбку, время на меня?

Я не умею быть прекрасной:

Я – замухрышка, мышка я.

Я не умею… Мне дороже

Мой мир души. Я им живу.

С ромашкой белой мы похожи,

Что в поле гнётся на ветру.

Тот ветер – не твоя стихия.

Ты дышишь городом давно.

Мне – поле, а тебе – квартира.

Мне – Муза, а тебе – кино.

Я нарисую поле, а за ним

Овраг глубокий, речку перед домом,

Дубовый лес. И алый пилигрим

Укроет нас и станет невесомым.

Я нарисую ветер в волосах

И в золотой пыли одна застыну.

Орешник нарисую, и в глазах

Отобразится мир – твоя пустыня.

Тебя я нарисую. От дождя,

От суеты спасу тебя, укрою…

Я нарисую… Хочешь, для тебя

Небесный храм из радуги построю?

Озолочу обитель тишиной,

Чтоб в свете дня и в зареве багряном

Светило счастье нам заветною звездой

И не казалось замком на барханах.