Чтение онлайн

Огромная бабочка выпорхнула откуда-то из-за низеньких сидений и, закружившись в воздухе, устремилась к трибуне. Российский Президент продолжал свой рассказ об оружии, искоса наблюдая, как прямо к нему летит пятнистая, коричнево-красная громадина. Гдемир очень любил природу. Но таких роскошных экземпляров бабочки он ещё не видывал. Откуда она взялась здесь, в этом закрытом зале? Полёт красавицы со змеевидным узором на крыльях был завораживающим. Взгляды гостей и выступающих скользили вслед за ней. То тут, то там сверкали вспышки фотоаппаратов и смартфонов. Журналисты хотели запечатлеть для истории вторжение наглой бабочки, которая осмелилась прервать речь одного из главных людей планеты. Сам Гдемир замолчал, пытаясь распознать траекторию движения непрошенной гостьи.

Необычная бабочка привнесла яркости в скучную и серую программу конференции.

– Хорошо, что она такая большая и пёстрая, – подумал военный. – Иначе кто-то из присутствующих точно заметил бы, что её полётом управляю я.

Он держал джойстик низко, положив руки с ним на спинку стоящего впереди стула и управляя переносчицей Мыслина из-за широкой спины блондинистого мужчины.

– Шмяк!

Бабочка с размаху ударилась прямо в центр лба российского президента. Её роскошные крылья полностью закрыли лицо выступающего, ещё пару раз взмахнули и плюхнулись куда-то вниз. Из аудитории раздался испуганно-радостный возглас. Российский президент тут же принялся потирать лоб, пытаясь, очевидно, избавиться от неприятных ощущений, вызванных уколом иглы. Его китайский коллега, сидя на переднем ряду, что-то возмущённо лопотал на своём языке. Наверное, вспомнил, как давеча на вокзале тоже был атакован бабочкой и теперь пытался сказать всем, что таких совпадений не бывает. Но его никто не понимал. Да и не слушал.

В зале царила невообразимая суматоха. Журналисты уставились в свои телефоны, пересматривая записанный короткий ролик, закончившийся ударом бабочки о президентский лоб. Кто-то поднялся с места и пытался разглядеть, куда же делась гостья. Военный понял, что нужно поспешить к трибуне и скорее забрать оттуда безжизненные крылья искусственной бабочки. Иначе вопросов и проблем не оберёшься.

Тарас пробрался через весь третий ряд стульев, постоянно наступая на ноги сидящим людям и попутно извиняясь перед ними. Выбравшись на свободную территорию, военный, прихрамывая, широким маршевым шагом направился к трибуне, где у микрофона переминался с ноги на ногу Гдемир Ферзин.

– Где же они, где?

На красноватом полу Тарас не сразу разглядел тканевую имитацию крыльев.

– Ага, вот лежат. На самом краю возвышенной сцены.

Он быстро подошёл к ним, поднял и аккуратно спрятал в ладонях. Выпрямив тело, он взглядом встретился с российским Президентом. Тот выглядел растерянно и продолжал потирать лоб, ожидая, когда закончится суматоха.

– Князь Тьмы, – произнёс Тарас, глядя прямо в глаза Гдемиру и улыбаясь.

– Что-о-о?

Россиянин был возмущён и несколько испуган. Наверное, он ещё не успел отойти от атаки бабочки, а тут ещё этот дерзкий незнакомец в форме цвета хаки со своим видением мира.

– Ой, простите.

Военный смутился.

– Вы меня не так поняли. Не Вы Князь Тьмы. Бабочка, которая ударилась о вашу голову, называется Князь Тьмы. Я, знаете ли, коллекционирую этих красавиц – торопливо начал объяснять он, увидев настороженность и свирепые взгляды охранников, которые уже спешили к нему навстречу. – Можно мне забрать эту бабочку для моей коллекции? Я же за ней охотился годами и никак не мог поймать! Очень редкий экземпляр. Очень! И надо же, такая удача!

Тарас изобразил на лице умоляющее выражение и старался тарахтеть без умолку, чтобы усыпить бдительность Гдемира. Президент недовольно выдохнул:

– Да, конечно, забирайте.

Напряжённое выражение исчезло с лица правителя, и военный понял, что ему удалось отвести от себя подозрения. Кто-то настойчиво схватил его за плечи. Охранники. Они, наконец, пробрались к наглецу, посмевшему находиться менее чем в одном метре от Президента, да ещё и напялившему военно-полевой наряд. Гдемир со сцены сделал отмашку рукой:

– Всё в порядке, не трогайте его.

Охранники ослабили хватку, но не отпустили Тараса, решив на всякий случай проверить его документы. Он с облегчённым вздохом достал из кармана бланк аккредитованного журналиста. Хорошо, что Мирослава заранее всё продумала и по каким-то своим каналам смогла оформить этот документ для бывшего военного и нынешнего безногого инвалида. Иначе ему бы сейчас не поздоровилось. Убедившись, что бесцеремонный любитель бабочек находится в зале на законных основаниях, охранники отпустили его восвояси.

Тарас, прихрамывая, поплёлся обратно в свой ряд. Искусственные крылья, сжимаемые им в ладони, приятно щекотали кожу. Всё получилось!

Гдемир Ферзин продолжил своё выступление, периодически прикасаясь рукой ко лбу. Военный уставился в планшет, почти не слушая монотонную речь российского президента.

– Сегодня на вооружении нашей страны находятся инновационные разработки, современные беспилотные аппараты, лазерные установки, системы самонаведения…

Казалось, что Тарас изучает на экране компактного мобильного устройства список вопросов к выступающему сейчас Президенту. Вот-вот правитель закончит свою пламенную речь об оружии и можно будет их задать. Но нет. Военный смотрел, как быстро нейронная нить с иглой оплетается базовыми нейронами в голове Гдемира Ферзина. Блок инородного устройства мигал на экране, закрепившись в гипоталамусе, и был окружён различными мозговыми отделами. Совсем скоро в него начнут поступать первые мысли.

Тарас тряхнул головой. Не об этом сейчас нужно думать. Выходить из роли журналиста ему пока нельзя. Он и так привлёк слишком много внимания к своей персоне с этой бабочкой. Повезло же Гордею с Мирославой. Они внедряют Мыслин на улице. Им не нужно переживать по поводу уборки крыльев.

Гдемир Ферзин, наконец, закончил говорить. В аудитории тут же поднялись вверх несколько десятков рук. Журналисты. Они не зря пришли на эту конференцию. Каждый из них ждал окончания доклада, чтобы устроить интервью президенту России. Человек в военной форме из третьего ряда тоже поднял вверх правую руку. В его левой ладони по-прежнему затаились помятые крылышки искусственной бабочки.

Гдемир Ферзин не любил отвечать на вопросы журналистов. Он считал этих людей чересчур наглыми и бесцеремонными. Но в силу своей политической работы ему приходилось время от времени давать интервью. Многие россияне, да и иностранцы тоже, считали, что вопросы на таких конференциях согласовывают заранее. Впрочем, это так и было. Правда, иной раз в толпе журналистов находились смельчаки, работающие не по сценарию. Они сыпали каверзными вопросами, на которые не хотелось давать никаких ответов. На этот случай Гдемир всегда готовил анекдот. Он выбирал его самостоятельно перед каждым выступлением, а в особенно напряжённых ситуациях дополнял его какой-нибудь народной мудростью. Сегодня он тоже подготовил смешную зарисовку и мысленно репетировал, как будет рассказывать её какому-нибудь молодому и зелёному журналисту. Прожжённых акул пера его юмористические отступления почему-то не смешили. Когда на лоб Гдемира уселась бесцеремонная бабочка, он заметил среди присутствующих в аудитории какого-то солдата. Его лицо на долю мгновения показалось президенту России знакомым. Похоже, этот человек был журналистом, потому что его рука взметнулась вверх сразу после окончания президентского доклада.

– Я слушаю Вас, – кивнул Гдемир в сторону военного из третьего ряда, удивляясь сам себе.

Многие приближённые к нему люди намекали Президенту на то, что он совершенно не умеет импровизировать. Гдемир ужасно из-за этого злился, но виду не подавал. Сейчас наступил тот самый момент, когда стоит попробовать себя в искусстве импровизации. Человека в военной форме он не видел раньше ни на одном мероприятии. Обычно на его публичных выступлениях мелькают одни и те же, привычные журналистские лица. Этот суетливый тип никогда раньше не появлялся. Может, новенький корреспондент? Или из тех, кто любит отпускать колкости и острить?

Военный встал и представился.

– Тарас Кулян, региональное издание «Военные вести». Скажите, Гдемир Гдемирович, оружие – есть зло или добро?

Лицо Президента исказила радостно-пренебрежительная гримаса. Его распирало от чувства собственной важности. Уж о чём, о чём, а об оружии он мог говорить часами.

– Добро. Конечно, добро. Представляете, сколько с помощью оружия можно уничтожить зла?

Военный кивнул, опустив свой взгляд в экран планшета. На нём виднелась картинка президентского мозга, но никто, кроме Тараса, её не видел. Мыслин уже был окутан нейронами и принимал в свои отделы информацию. Мыслерадар засёк в густой сети нейронных цепочек какой-то разноцветный клубок. В нём преобладали красные оттенки с небольшими вкраплениями зелёного и жёлтого. Военный пока не мог понять, что это.