Мыслями наружу
Шрифт:
Быть может кто-то, канув в лету,
Бессмертие получит на бумаге,
Его величие пройдет по свету,
И это станет его благом.
***
Забытые богом твари.
А может и кем-то другим.
То, что нашли, никогда не искали,
То, что искали, никогда не нашли.
Искали пути для спасенья.
Искали дорогу на юг.
Искали себе искупления,
Год за годом делая круг.
Замкнутый круг повторяется.
Поиски истины вечно идут.
Двери назад закрываются,
Все дороги на погибель ведут.
Нашли только горе и горе.
Нашли сигареты, вино.
Нашли под луной чисто поле,
Но всегда было что-то не то.
Может, мы были не с теми.
Может, мы были не там.
Может, не те песни пели,
И пили не то до утра.
***
Темнеет небо, кричать вороны перестали;
Сменился птичий крик на крик людей.
Кого-то вновь на публике распяли,
Хваля своих безумных королей.
Земля, разодранная войнами, краснеет.
Погибнет новый урожай к зиме.
Что бедный фермер здесь весной посеет,
То осенью сгорит в огне.
Отстроят новый замок – тут же рухнет,
Под мощью катапульт, у стен врага.
Ещё один огонь в домах потухнет.
По швам давно трещит земля.
Разодранная в клочья глупой ссорой
За право править ей, земля,
Три короля на битву едут снова,
След крови за собой влача.
Не повезло родиться здесь простолюдином.
Да и вообще, в век этих королей,
Неважно, кем родился, но умрешь скотиной,
Во славу этих глупых трех свиней.
Кому-то надоели эти войны, смута.
И, бросивши оружие, бежал в леса.
Его нашли на следующее утро,
Волкам не влезла только голова.
И плаха вот уже давно для виду,
Для палача давно работы нет.
Умрёт от скуки, скоро, видно,
Уйдёт он мирно, покинув этот свет.
***
Забывшие тебя пути искали,
Чтобы увидеть хоть на миг:
То, что когда-то потеряли,
То, что теперь лишь среди книг.
Все то, что в книге, не умрет,
День ото дня бессмертье обретая,
Когда-то поколение спасет,
В безжалостной агонии сгорая.
Черствейшие, в цинизме души,
Забывшие, что раньше всех спасало.
Друг друга, не жалея, душат,
Впивают с смертным ядом жало.
В конце всего, когда всё осознав,
Пав ниц, скорбя, все будут на коленях,
Во свете вновь, из книг восстав,
Частицы света зародятся в детях.
Из той частицы, что в сердцах детей,
За годом год, неспешно процветая,
Родятся поколения людей,
Что будут жить, лишь книги восхваляя.
***
Я забыл свои старые сказки,
Забросил тетрадь и перо.
Скажу, как есть, без окраски,
Я плакал вчера, меня прорвало.
Я юный, с нелепой мечтой,
Мечтой о вершине рок славы.
Я хотел оставаться собой,
Даже будучи очень старым.
Я учился у лучших легенд,
Вдохновлявших собой поколения.
Я верил, настанет тот день,
И стану другим наставлением.
Я знаю, что эта мечта жива,
Просто давно её потерял.
Взрослая жизнь меня сожрала,
И приземлённей я стал.
Доставая свою тетрадь,
Я пустил скупую слезу.
Родная моя! тебе я рад!
От пыли тебя отряхну.
Стихи мои, прошлых лет,
Читал всю ночь, до утра:
И в них я нашел ответ,
И в них я нашёл себя.
Вспомнил, с кем я себя ровнял,
Вспомнил, кем стать хотел.
Но увы, я никем не стал,
И к мечте своей охладел.
Но сегодня решил я вот, что:
Даже если не стану никем.
Если смогу изменить кого-то,
Значит достиг того, что хотел.
***
Горечь потерянных дней
Вызывает мрачные ассоциации.
И даже не знаю, что предпочту скорей:
Смерть или жизнь с душевной мутацией.
Холод ушедших ночей,
И перманентно в бреду метаться.
С каждой ночью всё холодней,
И даже не хочется просыпаться.
Грусть и пачка красного лаки –
Вот мои спутники последней недели.
Гнев и вечно лающие собаки
Своим лаем мне мозг проели.
Я не жалуюсь, что устал,
Хотя устал я просто безумно.
Просто хочу сказать, что я бы упал
И не проснулся бы даже на утро.
***
Потому, что жизнь не сказка –
Потому в ней нет героев.
Не скрываются за маской,
Личности чужих историй.
Здесь нет царевичей Иванов,
Зато Иванов-дураков полно.
Что отсидели жопы на диванах,
Лишь изредка смотря в окно.
Премудрых и прекрасных девиц нет,
Зато ассортимент кикимор полон.
И на невиданных дорожках не оставляют след,
Дорожек нет, там нынче город.
Наш мир не принимает сказки,
И чуду места больше нет.
Поэтому нам можно без опаски,
Духовно умирать и тлеть.
***
Хочу видеть море вновь и вновь,
Каждый день просыпаясь с утра.
Каждый раз засыпать у его берегов
Видеть, что ему нет конца.