На берегах Дуная
Шрифт:
Настя взяла у старшины книгу, хотела почитать, но тревожные мысли бередили сознание. Неужели погибла Тоня? А может, и с Николаем случилось что-нибудь?
— Товарищ гвардии сержант, не хотите яблок свежих? — вбежал в дом ординарец Рахматулина Королев. Он, как догадалась Настя, взял над ней шефство и предлагал то и дело что-нибудь вкусное. То яблок раздобудет, то сушеного винограда, то вина «настоящего столетнего».
— Спасибо. Вы только что меня кормили яблоками, — принужденно улыбнулась Настя. — Занятия еще не кончились?
— Там приехал майор из штаба армии, сам показывает.
— Майор? — вскричала Настя. — Как фамилия?
— Не запомнил я. Такой стройный, выше нашего старшего лейтенанта и спокойный, не ругается совсем.
«Неужели он приехал? — билась радостная мысль. — Он, вероятно».
Настя выбежала из дому. Королев, запыхавшись, еле поспевал за ней. Вся рота лежала на снегу. Только Рахматулин и высокий офицер стояли, о чем-то громко разговаривая.
С первого взгляда Настя поняла, что это не он, но продолжала итти вперед. Майор, возможно, знает Аксенова и скажет что-нибудь о нем. Услышав голос Насти, майор и Рахматулин обернулись. На длинном остроносом лице майора затаилась улыбка. Рахматулин что-то говорил ему, глазами показывая на девушку. Тот утвердительно кивал головой и продолжал внимательно рассматривать Настю.
— Вот знакомьтесь, пожалуйста, наш снайпер Настя Прохорова, — сказал Рахматулин.
Майор четко приложил руку к ушанке и, как большому начальству, представился:
— Майор Брунцев. Старший помощник начальника оперативного отдела штаба армии.
— Брунцев? — испуганно вскрикнула Настя. — Саша Брунцев?
— Так точно, Александр Брунцев.
— Да вы что? — попятилась назад Настя. — Какой же вы Брунцев? Я знаю Сашу Брунцева.
Лицо майора передернуло судорогой. Он потянулся к кобуре, но быстро отдернул руку и веселым голосом ответил:
— Очень рад. Но, к сожалению, я не имел чести быть знакомым с вами.
— Да как же?.. Что же это?.. — обращалась Настя то к майору, то к Рахматулину. — Саша совсем не такой. Вы шутите.
— Ну, хватит рассуждений, — резко оборвал ее майор, — обознались, милочка. Фамилии перепутали. Продолжайте, старший лейтенант, занятия.
— Минутку, майор, — спокойно остановил его Рахматулин, — позвольте-ка ваши документики.
— Да вы что, шутить изволите? — возмущенно крикнул майор. — Я вам уже показывал.
На странный разговор подошли взводные командиры. Со всех сторон с любопытством прислушивались солдаты и сержанты.
— Уж, пожалуйста, извините, придется еще разок посмотреть, — развел руками Рахматулин.
— Никаких документов я вам не дам. Вы поплатитесь, лейтенант! — злобно выкрикивал майор, воровато кося глазами по сторонам.
— Руки вверх! — выхватив пистолет, крикнул Рахматулин.
Майор разом вскинул руки, и челюсть его мелко задрожала.
— Взять оружие, обыскать, — приказал Рахматулин лейтенанту Фомченко.
— Наш ТТ в кобуре и браунинг в кармане, — подал пистолеты Фомченко.
— Послушайте, да вы что?! — продолжал возмущаться майор. — Как вы смеете, я майор, старший по званию, представитель командования…
— Ничего. Ошибемся, извинения попросим, — отозвался Рахматулин, — свои люди, всегда разберемся. А если ты сволочь гитлеровская, то… Старшина, быстро к телефону, доложить комбату.
Майор угрюмо насупился, ни на кого не глядя. Вокруг него столпилась вся рота.
— Товарищ гвардии старший лейтенант, — доложил вернувшийся старшина, — приказано вам лично в штаб армии доставить, сейчас придет полковая машина.
— Фомченко, останетесь за меня, продолжайте занятия, — приказал Рахматулин, — со мной поедут Васильев, Стромец и Королев. Вы тоже поедете, Настя.
Всю дорогу неизвестный молчал. В штабе армии, видимо, знали о появлении майора Брунцева. Когда машина подошла к дому оперативного отдела, на крыльце стояли офицеры, солдаты, машинистки.
— Этот самый Брунцев?.. — подскочил к машине подполковник Можаев. — Ах, ты!.. Да Саша Брунцев погиб вчера под Чабди.
Он рванул майора за ворот и вытащил из кузова.
— Полегче, Можаев, — остановил его один из офицеров, — мы ожидали такого субчика. Позвольте мне с ним побеседовать.
— Настя! — закричала с крыльца Соня. — Вылезайте скорее, заходите к нам. Мы тут беспокоились за вас. Аксенов как вернулся вчера, так сразу полковнику Чижову звонил.
— А где он?
— Недавно уехал. Срочное задание. Он совсем измотался. Записку оставил вам. Просил с кем-нибудь переслать. Она у майора Сидорова. Сейчас найдем.
— Вот и снайпер наш, — подошел к девушкам генерал Воронков, — слышал о вас, слышал. А как ваша подружка? Веселая девушка…
— Тоня пропала без вести. И Анашкин пропал, Саша Васильков, капитан Бахарев, ротный писарь… — взволнованно говорила Настя, всматриваясь в знакомые лица.
Вокруг нее были друзья Николая. Он живет, работает с ними. Совсем недавно они его видели, разговаривали с ним.
— Да. Тяжело терять близких друзей. Очень тяжело, — вполголоса говорил Воронков. — У нас погиб Саша Брунцев. Аксенов еле выбрался.
— А где он был?
— Там же, где и вы. Я думал, что вы встретитесь. Может, по одной тропинке выбирались из тылов.
— А я не знала… не думала…
— Товарищ генерал, пусть она у нас хоть денек побудет, — упрашивала Соня, — отдохнет. Аксенов вернется.
— Не возражаю, только надо ее командира спросить.
— Кого? Этого старшего лейтенанта? — спросила Соня и побежала к Рахматулину.
— Знаете, товарищ генерал, — подходя, возбужденно заговорил Можаев, — оказывается, немец. Вчера они захватили труп Брунцева, забрали у него документы, подклеили новую фотографию — и вот вам, будьте ласковы, волк в овечьей шкуре. Он уже в двух наших дивизиях успел побывать. Все разнюхал, только ничего передать не успел.
— Уговорила, — возвращаясь, радостно прокричала Соня, — на два дня! Все равно, говорит, пока у нее работы по специальности нет.
Настя взглянула на Рахматулина. Тот стоял у машины и смущенно улыбался.
Генерал Афанасьев, видимо, не спал всю ночь. Он вошел в блиндаж начальника оперативного отделения мокрый с ног до головы и попросил стакан чаю погорячее.
Услышав голос генерала, Аксенов вскочил с нар и взглянул на часы. Было уже семь утра. Проспал он всего сорок минут.