Чтение онлайн

Разговаривали они о самом важном. И если вы подумали, что они говорили о любви, то вы не ошиблись. Да, о любви к мужчинам, детям, родителям, братьям и сестрам, друзьям. О любви к животным и растениям, к озерам и горам, рекам и водопадам, к морскому влажному ветру и яростным ветрам высокогорий. О любви к музыке и стихам, легендам и сказкам. И это всё называется разговорами о Жизни.

Хильда рассказала о своей пока еще маленькой жизни, о маме и папе, которые живут в рыбацком поселке на песчаном побережье Балтийского моря. О своем приятеле Мареке, который не поехал с ней искать Водопад Ведьм.

Она заплела свои пружинистые рыжеватые волосы в две косы и завязала их яркими зелеными лентами.

Забэл внимательно слушала Хильду, задумчиво глядя на нее, и мысленно плавными движениями рук очерчивала вокруг нее золотистую сферу. Зачем она это делала, Забэл не знала, да и не думала об этом. Ей просто нравилось представлять, как вокруг Хильды растет и наливается золотым светом защитная оболочка.

А Хильда сияла глазами, улыбалась и чуть смущенно спрашивала Забэл, есть ли у нее муж, дети, какие у нее папа и мама. И опять о ее далекой стране – какие там люди, реки и города.

– Да, у меня есть муж, но мы с ним не живем вместе, хотя часто встречаемся. Мы просто друзья.

В глазах Хильды промелькнула тень сожаления, но она промолчала.

– И сын у меня есть,– продолжила Забэл после минутного молчания, – ему уже восемнадцать лет. Он красивый и умный мальчик, но ему грозит опасная болезнь. И современные средства мало помогают. Вот почему я ищу для него лекарство. Мой народ верит в вещие сны, и многие видят их. И вот однажды я тоже увидела такой сон.

– А что тебе приснилось?

– Я была в большом книгохранилище. Ходила по комнатам и разглядывала высоченные стеллажи, заставленные старинными книгами. А в какой-то момент появился старик в синем балахоне с капюшоном. Маленького роста и с большим носом. Как у мужчин моего народа. Среди армянских мужчин много носатых, ты ведь, наверное, знаешь. В руках у него была коробка из твердой кожи. Он положил мне в руки эту коробку и исчез. Я проснулась.

– И всё?

– Нет, что ты, далеко не всё, – Забэл отпила глоток чая и выпрямилась, движением головы встряхнув волосы, которые, как черный шелковый плащ, укрывали ее плечи. – Через несколько дней мне пришлось проводить экскурсию в Матенадаране – это самая большая в мире библиотека древних рукописей. Там есть очень старые книги на армянском и персидском, а еще на японском, греческом и иврите. Вот приедешь в гости ко мне в Ереван, мы с тобой обязательно туда пойдем.

– А я учу фарси и древнегреческий, нам их преподает профессор Вильфранд, – обрадованно сказала Хильда и засмеялась, – вот ведь какое совпадение. Ой, прости, я тебя перебила. Продолжай, пожалуйста.

– Ты представляешь, эту самую коробку, из моего сна, я увидела в руках одного сотрудника, который проходил мимо. Я спросила его, что это такое, а он мне сказал, что это книга врача и ученого Амирдовлата Амасиаци, очень известного целителя, который жил шестьсот или даже тысячу лет тому назад. Я попросила посмотреть эту книгу, но он мне просто отдал ее и сказал очень странные слова.

– А что, что он сказал? – Хильда в нетерпении быстро допила свой чай и налила еще из прозрачного сосуда.

– Он сказал так, – Забэл на секунду задумалась. – Ты возьми эту книгу с собой и иди на Север и немного на Запад, в те края, где сосны и камни тысячи лет не расстаются друг с другом. Есть страна между высокими горами и суровым океаном. Тысячи озер и рек. Древние камни и столетние деревья. Там у людей глаза светлые и прозрачные, как их небо. Эта Книга поможет тебе узнавать растения и их пользу. Иди смело и не удивляйся ничему.

– А что потом?

– Потом он быстро ушел, а я принесла книгу домой. Ты знаешь, мне недели хватило, чтобы получить визу в Норвегию, купить билет на самолет, и сегодня утром я была уже в аэропорту Осло. Села в первое попавшееся такси. Такая яркая машина – оранжевая с зеленой крышей. А шофер сказал, что знает, куда меня везти. Мне стало немного страшно, откуда он может знать… Но я подумала, что, возможно, тот сотрудник книгохранилища мне помогает. Что здесь сложного? Позвонил знакомому таксисту в Осло, описал мою внешность и адрес сообщил. Сказал же он, – ничему не удивляйся.

– А потом-то что было, как ты этот дом нашла?

–На такси доехала до поворота на деревню Тиммерхавн, а там на обочине меня ждала вот эта собака и два ее щенка. Они и привели меня к озеру, – Забэл ласково потрепала по шее Айку, которая уже давно сидела, положив голову ей на колени и не сводя глаз с ее рук. Оба щенка Айки кувыркались у ног Забэл, тихо переругиваясь между собой.

– И вот я здесь, и мы с тобой пьем чай, а у меня еще остались растения в мешке, которые собирала по дороге в лесу и не успела разобрать. Вот этим я сейчас и займусь, –закончила Забэл и поднялась из-за стола.

Пока женщины тихо беседовали, боевой кот Берсерк развалился на широкой тахте, покрытой шкурой оленя, и лениво щурил желтые глаза, поворачивая полумесяцы зрачков то в сторону Хильды, то в сторону Забэл.

Он время от времени спрыгивал на пол, в очередной раз похозяйски обнюхивал свою кошку с котятами и пытался хриплым голосом прекратить эту совершенно бессмысленную, с его точки зрения, болтовню. Он даже пошел на недостойную патриарха хитрость, попытавшись жалобно мяукнуть, но это вызывало только веселый смех Хильды и понимающую улыбку Забэл.

Целью Берсерка было привлечь внимание Забэл к своей незаурядной личности и заманить ее в постель. Что ему и удалось через некоторое время. Так он сам, по крайней мере, думал.

Наконец чай был допит, чашки вымыты, травы и коренья собраны в пучки и развешаны вдоль глухой стены комнаты, и женщины улеглись на большой тахте, где места хватило бы еще на четверых.

Берсерк пристроился между ними, бесцеремонно пройдясь по их ногам, громко и хрипло заурчал и недовольно высказался: «Долго же вы болтали, у меня опять заболела шея. Давай, не ленись, лечи меня. Ты ведь для этого сюда и пришла, я-то знаю…»

Хильда расхохоталась, а Забэл осторожно нащупала рубец на мощной шее старого бойца и собрала в ладони золотой шар.

Стало тихо и запахло оранжевыми раскаленными горами и выжженными солнцем травами страны огня Муспельхейм. А еще зеленое свечение разлилось от пальцев Забэл и заполнило комнату.

Так боевой кот Берсерк провел ночь в одной постели с двумя женщинами, может быть, впервые в своей жизни. Справедливости ради надо отметить, что большую часть ночи он лежал под рукой Забэл, недвусмысленно требуя продолжения сеанса целительного массажа. Иногда это ему удавалось.