Чтение онлайн

— Вам ничем меня не купить — ни женщиной, ни почестями, ни властью.

— А Анаэна будет тосковать, — спокойно продолжил текнор. — Неужели ты думаешь, что я так низко пал, чтобы торговать собственной племянницей?

— Сам видишь, мы никак не можем понять друг друга. Лучше я вернусь к своим.

— Будь по-твоему. Встретимся перед твоим отлетом.

Под ним, открывая сквозь разрывы облаков знакомые очертания, вращалась Земля, настоящая Земля людей. Несколько минут назад Тинкар связался по радио с посадочными службами и получил разрешение на приземление. Через три часа он должен был ступить на родную землю, но мысль об этом не вызывала у него особых эмоций.

— Ты еще вернешься, Тинкар, — сказал ему Холонас, когда он зашел попрощаться перед отлетом. — Ты пропитался духом галактиан в большей степени, чем думаешь, и оставляешь здесь слишком много своей души, чтобы расстаться с нами навсегда. Ты возмужал. Если я верно усвоил уроки истории, тебе вовсе не понравится то, что ты найдешь и что некогда оставил, и уже не сможешь с презрением отнестись к тому, что узнал среди нас.

— Ты вернешься, Тинкар, — сказал ему текнор. — Империя развалилась, и на этой планете нет ничего такого, что могло бы удовлетворить твои новые запросы. А «Тильзин» ты найдешь преображенным. Ни один человек на борту никогда не забудет, что обязан тебе жизнью!

— Ты вернешься, Тинкар, — произнесла на прощание Анаэна. — Ты вернешься, потому что я люблю тебя!

Сам он в этом сомневался. Как бы ни изменилась Земля, это, однако же, был его мир, его цивилизация. Мало-помалу он забудет о случившемся. Прошло два месяца со дня смерти Иолии, и он уже мог думать о ней, не сходя с ума. О! Боль никогда не утихнет, пустоту ничто не заполнит, но у него будет столько дел на Земле…

Тинкар припомнил все, о чем узнал, прослушивая земное радио. Империя окончательно рухнула. Он еще не знал обстоятельств ее падения, но управлявший ныне планетой Совет продолжал обращаться к последним сторонникам Императора, призывая прекратить борьбу и присоединиться к победителю, чтобы начать отстраивать все заново.

Наконец астропорт дал разрешение на посадку. Он медленно заскользил над европейским континентом, потрясенный увиденными разрушениями. Бр'лин, Лион, Марсел превратились в руины. Наконец появилась Империа, словно оседлавшая пролив, разделяющий Европу и Африку. Громадные межконтинентальные мосты обвалились, на море почти не было видно судов. На южном берегу, там, где некогда гордо возносился к небу императорский дворец, зиял огромный кратер. Наконец возник астропорт, бесконечная пустыня бетона, некогда усеянная крейсерами и разведчиками. Сейчас он был почти пуст, а слева, на месте диспетчерской башни, торчала груда ржавого металла. Теперь антенны вращались на крохотной временной башенке, едва ли достигавшей в высоту и ста метров.

Сердце Тинкара вдруг сжалось: рядом с башней стоял «Скорпион», его торпедоносец, весь помятый, но целый! Он узнал бы его из тысячи других. Ни у одного корабля не было такой заостренной кормы, двух убирающихся внутрь башенок позади командной рубки.

— Старина «Скорпион»! Он все еще жив!

Кто им сейчас командует? Один из старых друзей? Или кто-то, ему не знакомый? Тинкар направил катер вниз, не обращая внимания на сигналы, сел рядом со своим бывшим кораблем, спрыгнул на землю. Стрелой промчался по растрескавшемуся бетону, прижался к нагретой солнцем броне.

— Эй, вы! Какая муха вас укусила! Мы могли бы и выстрелить!

Рядом с ним остановился автомобиль с четырьмя мужчинами.

— Тинкар! Мне говорили, но я не поверил! Где ты пропадал все это время? Тебя считали пропавшим без вести!

Из-за лобового стекла машины ему улыбался Пер Эриксон.

— Я тебе все расскажу.

— Явился сдаваться?

— Возможно. Пока еще не знаю всю ситуацию.

— Залезай, я тебе ее объясню.

— Кто командует «Скорпионом»? — не удержавшись, спросил Тинкар.

— Я. Но мы почти не летаем. Есть другие дела. Ты знаешь, что с Империей покончено? Власть захватил народ, а управляет нами Совет. Знати больше не существует.

— А ты в армии?

— Я никогда не был фанатичным сторонником старого режима. А перед самым его концом даже попал в число подозреваемых. Я сдался почти сразу же, одним из первых. А ты?

— Я сделал даже худшее, — солгал Тинкар. — Не передал приказ Седьмому флоту. Гляди-ка, да он еще тут!

Он извлек из кармана куртки нетронутый пакет, на котором сияла императорская печать.

— Отлично! Тебя примут с распростертыми объятиями! Если бы Седьмой флот прибыл, все могло бы закончиться по-иному. Но я не знал, что ты был среди мятежников.

— Помнишь Гекора?

— Твоего друга? Понимаю, к чему ты клонишь.

— Кто сейчас правит?

— Джон Саймак, Луи Лантье, Герман Швабе. Остальных ты не знаешь.

Тинкар содрогнулся. Три бывших генерала, известных во всей Империи своей подлостью и жаждой власти.

— Я думал, народ…

— Совет правит от имени народа, — прервал его Эриксон, толкнув локтем в бок. — Сейчас тебя допросят о твоих похождениях. Кстати, ты завтракал? Нет? Что ж, позавтракаем вместе.

Офицерская столовая располагалась в деревянном бараке, крытом железным листом. Завтрак оказался обильным, но не слишком вкусным.

— Ну, рассказывай, что делал. Мне бы не следовало с тобой говорить, но…

Эриксон наклонился к нему и доверительно прошептал:

— Мы, ветераны Звездной Гвардии, должны держаться вместе. Быть может, ты знаешь вещи, которые будут опасными для тебя. Если что, я укажу какие.

— О! Не думаю, что мне стоит чего-либо бояться. Получив приказ, я стартовал, взял курс на Фомальгаут, потом, выйдя из поля обзора детекторов, сменил курс, добрался до границ Империи и сел на некой населенной людьми планете.

— На одной из первых колоний? И как там идут дела?

— Неплохо! Приняли меня хорошо, хотя я и подорвал свой корабль. Один из их звездолетов вчера вернул меня сюда и оставил в паре миллионов километров от Земли в небольшомкатере.

— Они сильны?

— Империя в расцвете своего могущества могла бы их раздавить. Теперь их лучше оставить в покое. Там образовалась конфедерация из ста с лишним планет. Есть у них кое-какие союзники и среди других рас.

История сама собой текла с его губ — история, которую он тщательно подготовил в последнюю неделю пребывания на «Тильзине».

— Но детали я сообщу разведслужбе. Скажи лучше, как обстоят дела здесь.

— В принципе, неплохо. Вечером мы с тобой еще успеем наговориться. Пока тебе подыщут жилье, будешь обретаться у меня. И — никаких возражений! Мы же ветераны Гвардии!

— Как так вышло, что за мной не приехали офицеры разведки? Во времена Империи…

— Слишком заняты, вероятно. Пока что ответственность за тебя несу я. И должен доставить тебя в Службу.

Они поболтали о том о сем: о бунте, о погибших — таковых было большинство — товарищах, о тех, кто выжил.