Чтение онлайн

Траление донных неконтактных мин проводилось в такой последовательности: сначала водолазы осматривали причальную линию, затем акваторию обрабатывали глубинными бомбами и завершалось дело тралением электромагнитными и акустическими тралами. Кроме того, порт Одессу протралили разомкнутым и акустическим тралами.

Благодаря этой тактике все районы стали чистыми от мин. Всего корабли Одесской военно-морской базы за 1944 год вытралили и уничтожили 57 донных неконтактных и 385 якорных мин [142] . Порты и подходы к ним были открыты для плавания.

В порту Керчь и Керченском проливе траление проводили экипажи 13-го отдельного дивизиона катерных тральщиков (командир капитан-лейтенант И. Г. Черняк) и 2-й бригады траления (командир капитан 1 ранга А. Ф. Студеничников). Плотность минного заграждения здесь была исключительно велика. Противник выставил на различных глубинах комбинированные заграждения из якорных и донных мин, некоторые из них даже просматривались со шлюпок в тихую погоду.

В 1944 году было проведено боевое траление фарватеров в проливной зоне и в Азовском море, а также портов, в результате чего удалось уничтожить 617 якорных мин и минных защитников [143] .

В результате проведенных тральных операций в течение 1943–1944 годов все крупные порты и фарватеры к ним стали открытыми для плавания.

Всего за период боевых действий на Черном море с 1941 по 1944 год было уничтожено 2349 мин, из них 1788 якорных мин и минных защитников, 561 донная неконтактная мина [144] .

Война уходила все дальше на запад. Но для овровцев напряжение не спадало. Корабли по-прежнему выполняли задачи по обороне военно-морских баз, тралили фарватеры, участвовали в высадке десантов и конвоировали транспорты, снабжавшие войска оружием, боеприпасами и продовольствием.

Боевые успехи могли породить у некоторых моряков чувство успокоенности, потерю бдительности. Поэтому командиры, политработники, партийные и комсомольские организации заботились о воспитании личного состава в духе высокой бдительности, постоянной готовности к немедленным действиям.

7 сентября 1944 года танкер «Передовик» в охранении четырех больших охотников («БО-201», «БО-202», «БО-205», «БО-211») и семи катеров-охотников («МО-321», «МО-322», «МО-357», «МО-358», «МО-359», «МО-362» и «МО-378») вышел из Батуми и взял курс на Одессу. Командир конвоя капитан 3 ранга П. Ф. Масалкин находился на борту «БО-202». И хотя вокруг было спокойно, опытные наблюдатели зорко следили за горизонтом.

На «БО-211» (командир старший лейтенант А. И. Родионов) вахту нес командир отделения сигнальщиков старшина 2-й статьи В. А. Иванов. Ему помогал любимец всей команды юнга Слава Разливанов. Он-то и заметил первым плавающую мину, которая, покачиваясь на волне, медленно приближалась к борту.

— Поднять сигнал «Вижу плавающую мину!» — распорядился старший лейтенант Родионов.

— Есть, поднять сигнал, — ответил Иванов.

Одновременно радист передал в эфир сообщение об опасности. Танкер выполнил маневр уклонения, и все обошлось благополучно.

На рассвете при подходе к Одессе гидроакустик «БО-211» старший краснофлотец Аркадий Мордасов прощупывал толщу воды гидролокатором. Когда среда хорошо знакомых звуков появился новый, еле слышный, он насторожился. Опытный акустик четко различал любой корабль и ошибки допустить не мог — где-то рядом подводная лодка противника поджидает конвой. Мордасов тут же доложил об этом командиру. Была сыграна боевая тревога. Затрепетали сигнальные флаги, предупреждающие корабли конвоя об обнаружении фашистской подводной лодки.

Минеры, закончив приготовление глубинных бомб, ждали команды помощника командира лейтенанта А. Н. Лебедева. В этот момент сигнальщик старшина 2-й статьи Иванов доложил:

— Вижу торпеды!

Оставляя пенистые дорожки, вражеские торпеды пронеслисъ мимо и тут же первая серия глубинных бомб ушла в воду.

Командир изменил курс, чтобы корпусом катера прикрыть танкер. Атак больше не последовало. Очевидно, получив повреждение, вражеская лодка ушла на глубину.

Точно в назначенный срок конвой прибыл в Одессу.

Огромная радость охватила боевых моряков, когда на «БО-211» пришла весть о высокой оценке Родиной их действий. Так, акустик старший краснофлотец Мордасов был удостоен ордена Красной Звезды. На груди воспитанника Славы Разливанова засияла медаль Нахимова. Медаль Ушакова была вручена командиру отделения минеров Тимофею Гурьянову, а старшему лейтенанту Родионову — орден Нахимова II степени.

В конце августа 1944 года в целях содействия войскам 3-го Украинского фронта командующий флотом вице-адмирал Ф. С. Октябрьский принял решение о высадке морского десанта в румынский порт Констанца. В состав десанта вошли морские пехотинцы 143-го и 384-го отдельных батальонов морской пехоты (около 800 человек). Для их высадки был сформирован отряд кораблей под командованием командира 2-й бригады торпедных катеров капитана 2 ранга В. Т. Проценко. В отряд вошли тридцать торпедных катеров и шесть катеров-охотников, в том числе «МО-091», «МО-0141», «МО-0336» и «МО-0101» под командованием капитан-лейтенанта А. Ф. Краснодубца.

29 августа 1944 года отряд кораблей вышел из Сулины в Констанцу и прибыл туда без помех со стороны противника. В подходной точке фарватера отряд встретил румынский торпедный катер с поднятым на мачте белым флагом и провел корабли по фарватеру. В порту Констанца морские пехотинцы высадились.

Хотя все корабли румынского флота в ответ на ультиматум советского командования капитулировали, румынское военно-морское командование продолжало занимать по отношению к советским морякам нелояльную позицию. Поэтому было решено заменить румынские экипажи советскими. По приказанию командующего флотом 1 сентября в 15 ч из Одессы в Констанцу вышел отряд кораблей в составе трех быстроходных тральщиков («Искатель», «Щит» и «Взрыв»), двух больших охотников за подводными лодками («БО-105» и «БО-103») и катера-охотника «МО-360». На борту отряда кораблей находились бойцы 83-й бригады морской пехоты. Отрядом командовал командир отдельной бригады сторожевых кораблей капитан 1 ранга В. М. Нарыков, находившийся на тральщике «Щит».

На внешнем рейде Одессы корабли построились в строй кильватера и легли на курс, ведущий к румынским берегам. Головным шел тральщик «Щит», за ним «Искатель» и концевым «Взрыв», в охранении — большие и малые охотники.

К рассвету отряд кораблей прибыл к подходной точке фарватера, у которой их встретил румынский минзаг «Мурдшести». Сначала он шел встречным курсом, затем, когда расстояние до него значительно сократилось, стал разворачиваться на обратный курс. Чтобы избежать столкновения с ним, «Щит» застопорил ход, а за ним и все корабли. И в этот момент вражеская подводная лодка торпедировала БТЩ «Взрыв». Нос корабля быстро погрузился в воду, а затем ушла под воду и корма. Погиб весь офицерский состав, в том числе командир корабля капитан-лейтенант С. С. Грабильников и командир БЧ-5 старший инженер-лейтенант В. Ф. Соловьев.

Большие охотники сразу же стали преследовать подводную лодку, а малый охотник спасал людей с погибшего корабля. Удалось подобрать несколько моряков и десантников, в том числе и Героя Советского Союза майора Н. В. Старшинова, раненного в обе ноги.

Тральщики, следуя в кильватер минзагу, вскоре вошли в порт.

В 5 ч 30 мин команды морских пехотинцев поднялись на палубы румынских кораблей. Они сняли вахту, арестовали офицеров, взяли под контроль все боевые части, а рядовой состав вывели на причалы и отпустили домой.