Чтение онлайн

— Да вам вообще показываться в деревне не надо было! Флаг же висит! Давай по другому поставим всех, до того момента, пока вы в деревню не вошли…

Мы просидели за тактикой по-чапаевски еще часа два. Кукша лихо двигал фигурки, прикидывал как получает, мне рассказывал, я предлагал свое. У него толково получалось, готовый полководец. Точнее, учитывая материалы, из которых делали макет, палко-водец, от слова «палка». Веселина же дорабатывала схему, указывала какие-то непроходимые кусты, овраги, буераки, деревья крупные, ручьи рисовала. Готовый начальник штаба. Она по жизни аккуратная и глазастая, много видит и помнит того, на что я бы даже внимания не обратил. Засиделись мы, Буревой пришел нас разгонять на работы. Он накачивал баб, намечал им пути отхода, да вдалбливал схемы эвакуации. Не разогнал нас, сам в процесс включился. Итогом всего этого стало окончательное понимание нашего защитного механизма, то бишь драпа в лес.

Три укромных места по трем сторонам деревни, куда стекались люди при опасности, пути их отхода, еще два промежуточных, по дороге к ухоронке, и собственно она сама. По тактике стрелков наших тоже определились. Тут я предложил, остальные поддержали:

— Наша сила сейчас — маскировка, ну, скрытность, чтобы нас не видели, и знание местности. Поэтому вы вдвоем должны дать нам время для побега. Работайте на пару, тренируйтесь тоже. Кукша, тебе наконечников для стрел я наделаю, металлических, скажи только каких. Для стрел древка тоже сделаем, на станке. С оперением только сам реши, какое да как крепить. Тебе, Веселина, тоже стрел наделаем, к арбалету. Испытаем разные, из дерева разного, какие лучше подойдут.

— Да чего тут испытывать-то? Их клеить надо, — это дед поучаствовал в техническом прогрессе.

— Клеить, так клеить, покажешь как. Вы теперь у нас команда прикрытия. У нас так это называлось. Когда все разбегаются, или в деревню носа не кажут, из-за опасности, флага поднятого, то вы занимаете позицию во-о-т тут, — я показал на схеме их позицию, — мы с дедом вас по флангам, по краям то есть, прикрываем, чтобы не обошли незаметно. И задача ваша — дождаться пока все не соберутся в ухоронке. Сколько времени там им надо, Буревой? Ну, по моим часам? Два часа? Вот, значит вы сидите и наблюдаете за деревней два часа, ориентировочно. Потом переходите сюда, — снова отметка на схеме, — тут еще час ждете. Потом — в ухоронку вот этим маршрутом. Если же на вас пойдет кто, или нападающие в лес захотят сунутся, ваша задача — ранить сильно одного, желательно при этом чтобы место ваше не обнаружили. И переходить вот сюда, или сюда, сами определитесь по ситуации. И дальше ждете. Опять полезут — еще одного сильно ранить. Убивать не надо, а раненый — обуза для остальных. Они ж его не бросят, Буревой, как думаешь?

— Не, не бросят. После первого выстрела, мы так делали, они в строй встанут, или попрячутся, стрелка искать будут. Раненого за строй оттащат, или тоже спрячут, пока стрелка не найдут.

— И долго они так стоять будут?

— Да по разному. Иногда и четверть часа, чаще меньше, — дед лучше остальных ориентировался в моих отрезках времени, но минуты пока не осилил.

— Ну пусть будет пять минут. Пока оглядятся, пока осмотрятся… Потом разведку посылают, Буревой? Ага, точно, пару человек вперед идут, это и есть разведка. Значит, меняем тактику, — к этому слову они привыкли, — вы перемещаетесь после первого выстрела так, чтобы сделать второй. По разведчикам, с другой стороны. Вот сюда, например. Опять раните разведчика, незаметно, и меняете позицию. Потом — опять. Ясно?

— Ага, навроде как леший в лесу крутит, мы их крутить будем, — Кукша оживился, — а потом всех и убьем!

— Убьет он, вояка, — дед включил сарказм, — на третий выстрел они толпой побегут, все лучше чем под стрелами стоять. Меня так ранили, когда мы лучников в лесу атаковали. Но лучники их не ушли тоже.

— Тога после второго выстрела смещайтесь в лес, на следующую позицию. По лесу незнакомому они, чай, не сильно бегать будут? Ага, вот и Буревой подтвердил, так все. Нам главное, чтобы они ушли. Просто ушли, напугать их надо. Когда потери у них сильные будут — они уйдут, зачем головой рисковать, если добычи в нашей деревне большой не предвидится? Я так думаю…

— То верно, в лес соваться, да незнакомый, да когда по тебе палят почем зря, не будут. Нет тут для них добычи. Только опасность, — дед почесал бороду, — только вот что с доспехами делать? И как Кукшу спрятать, ему ж во весь рост стоять надо, чтобы из лука стрелять?

— А вот тут самое сложное, — я предвидел сопротивление, потому сделал паузу, собрал к себе внимание всех, — Кукша стрелять не будет. Будет Веселина.

Заявление мое перекосило всех. Особенно Веселину. Кукша скривился, начал было открывать рот, но я жестом остановил его:

— Ты будешь сестру прикрывать, ну беречь. Если много полезет, или опасность вам непосредственно угрожать будет, твоя задача — закидать их стрелами, заставить спрятаться, пока Веселина не перейдет на другую позицию и не подготовит выстрел. Потом и ты к ней пойдешь. Без непосредственной опасности — стрелять запрещаю! Имея я право? — это я уже к деду.

— Хм, закидать и заставить спрятаться, говоришь… А то дело, если бы черемисы тогда так с нами боролись, мы бы оттуда не ушли, по одному бы нас вырезали. У нас лучников пятеро было, да самострел один. Их человек десять стреляло, да еще пять с копьями были. Не ушли бы мы. Или ушли, но без добычи… Верно, Сергей, говоришь, прикрывать надо. Тогда мы их точно задержим, и сбежать успеем.

— Ну тогда, раз все согласны. — я посмотрел на Кукшу, он был не согласен, но решение принял, понял его выгоду, — тогда будете тренироваться в стрельбе вдвоем. По той тактике, как мы вам с Буревоем назначили. А меня, брательник, будешь учить копьем работать, хотя бы теоретически, на словах то есть.

На том и порешили. Еще обсудили мелкие детали, поигрались на макете, да и пошли по своим делам. Разве что Веселина осталась, ее схема заинтересовала, она хотела точнее ее сделать.

Дед с Кукшей пошли ставить силки на гусей, они уже начали прилетать, а я пытался сделать сушилку для мяса. Ее начал делать параллельно с нашими военными упражнениями. Делал я ее из провода, с которого пережгли изоляцию, листа железа, который оторвали от трансформатора, камней, ну и вездесущего дерева.

Собрал что-то вроде деревянной коробки с крышкой, посередине нее воткнул лист железа горизонтально, выложил камнями, скрепленными глиной, печь по типу камина. Авось не сгорит. Поверх листа железа, чтобы не касаться его, сделал сетку из проволоки. Огонь в «камине» будет нагревать лист железа, тот горячим воздухом сушить продукты, разложенные на сетке. Вроде надо это без доступа воздуха делать, это мне память подсказывала. Крышку сделал, чтобы давление создать, и конвекцию воздуха. Испытал, не сгорела по крайней мере. Начал думать, чего бы посушить. Решил рыбу опробовать, ее с утра Буревой с Кукшей из верш достали. Кстати, мысль с проволокой для верш удалась. Они их теперь два десятка ставили, чинить мало приходилось, вот и наделали.

Разделал пару рыб побольше, вынул мясо, нарезал полосками, разложил на сетке, и начал проводить испытания. Первую партию сжег, сильно перегрел. Вторая вроде ничего получилась, но какая-то приваренная. Следующую партию делал, приоткрыв крышку, да замазал глиной щели. Получились неплохо, но до того каменного состояния, в котором я хотел сохранить мясо, было далеко. Решил механически еще обработать. Опять пошел к станку.

Выточил два вала, сантиметров по тридцать, соединил их, чтобы получилось как прокатные валки, ручку приделал, шпеньков вставил да короткую кожаную ременную передачу соорудил. Полученный продукт после сушки, наиболее успешную партию, прогнал через эти валки. Мясо стало тонкое, выступил жир. Опять на просушку. Теперь получались пластинки рыбы, без соли, почти безвкусные. Наделал я этих пластинок, пока экспериментировал, кучу. Дооборудовал немного сушилку, прям на горячую, сделал ее более герметичной. Встала проблема поддержки нужной температуры. С ней провозился в кузнице, делал термометр. Медных мелких элементов да мелкой проволочи внутри трансформатора в прошлый раз мы надергали, гвоздей у Буревоя я немного выпросил под свои «прожекты». Плющил гвозди, соединял между собой по три штуки в длину. Приплющивал к ним медь, получалась полоска слоенная. Из проволоки, которую не успел освоить Буревой, сделал стрелку, ее вставлял в полоску железа из тех обрубков, что остались после моей инструментальной деятельности. Согнул в виде спирали полоску из гвоздей с медью, одним концом вставил в стрелку, там узелок для этого сделал, второй закрепил на железке. Саму железку согнул слегка по краям, чтобы дугой получилась. Такие термометры на духовках в моем времени стояли, простейшие механические приспособления. Всю конструкцию вставил в деревянную коробочку, обмазал опять глиной, и присобачил коробочку с термометром к сушилке, поближе к листу железа, чтобы не костер измерять, а сам воздух. Ну что, всего две переделки потребовалось — и стрелка начала отклоняться.

Три дня потратил на сушилку в общей сложности. Мужики приносили мясо, мы пробовали его сушить. Подбирали температуру, нужную щель в крышке, срок сушки. Сушить по итогу приходилось долго. Лучший вариант был — отварить перед этим мясо, часть мы сразу с бульоном съедали, часть, грудку особенно, резали на тонкие полоски и сушили. Жир собирали отдельно, чтобы влаги поменьше было при сушке. И сушили мы их до состояния чипсов, прогоняли через мои валки в начале и середине процесса. На вкус опять же не очень получилось, и полезного в таком мясе немного, и выход полезного продукта небольшой. Однако, после кулинарных испытаний, когда мы высушенные куски сварили с добавлением жира, полученный бульон все одобрили. Съедобно. Невкусно, но съедобно. Теперь осталось понять, сколько оно так храниться может. Поэтому сушенное мясо упаковывали в пластиковую бутылку, закрыли, обмазали сосновой смолой крышку для герметичности, и убрали подальше. Набрали одну «полторашку» мясных чипсов, и решили пока не продолжать — если мясо испортится, то только время да дрова переведем.