На дальнем рубеже
Шрифт:
– Я и сама не уверена, что я что-то видела, но ведь радар что-то…
Слова Грайнер совершенно неожиданно для неё и для её спутников прервали звуки бластерных выстрелов и вторивший им ужасающий рёв, причём всё это доносилось именно с верхнего по отношению к тому уровню станции, на котором сейчас находились пилоты «Мула», уровня.
– Отец Небесный! – длинные, похожие на заячьи, уши Индузи скрутились в трубочки, что означало крайнюю степень растерянности. – Это что вот такое сейчас было?!
– Вы как хотите, а я наверх не полезу! – решительно заявил Пиледжи, на всякий случай делая несколько шагов назад, словно это могло помочь ему при нападении неизвестного существа. – Мотать надо отсюда, и пусть власти со всем этим сами разбираются! Мы же простые пилоты орбитального рудовоза, а не «безполы» или космодесантники!
– Лим – не будь трусом! – покачала головой Ланника. – Это тебя не красит!
– Мне насрать, красит меня это или нет, только мне не улыбается валяться здесь так же, как он! – огрызнулся второй пилот грузовика, кивая в сторону трупа. – Мне ещё пожить охота до того, как Проводник Душ явится за мной для того, чтобы забрать для последующего перерождения!
– Не знаю, как там насчёт Проводника Душ, но мне тоже как-то неохота раньше времени заявляться в чертог Отца Небесного! – поддержал Пиледжи бортинженер «Мула». – Ты можешь сказать, кто стреляет и в кого? И что за образина там так орёт, будто её режут на части силовой пилой?
В самом деле, рёв, что доносился с верхнего уровня, превратился в какую-то совсем уж невыносимую звуковую какофонию. Так как всё, что происходило вокруг экипажа «Мула», видели и слышали в Роскильде, оттуда поступило указание действовать по обстоятельствам, но понапрасну не рисковать.
При этих словах диспетчера Грайнер недобро усмехнулась. Как бы ни заботилось руководство МРЛ о своих работниках, но желание выяснить, что же за херня происходит на станции, запросто могло перевесить жизни троих космонавтов. Но, с другой стороны, нужно же выяснить, что же творится на орбите. Ведь никто не мог поручиться за то, что подобное не произойдёт на каком-нибудь из компаунд-комплексов компании.
– Парни – я не больше вашего хочу лезть туда, – лорнианка ткнула стволом бластера вверх, – но что если та хреновина, что сейчас там орёт благим матом…
– Хреновина заткнулась! – нервно хихикнул Пиледжи. – И никто больше не палит из бластера!
Действительно, наверху наступила тишина, которую можно было бы охарактеризовать, как напряжённую.
Конец ознакомительного фрагмента.