Чтение онлайн

— И поэтому я — «Феникс»?

— Да.

Старпом, некоторое время, внимательно смотрел на Ливию, потом расхохотался.

— У меня есть один знакомый ученый, так он считает, что если теория, при всей своей стройности, не выглядит безумной, то она бесполезна.

— Я не права?

— А что вы хотите услышать? «Да» или «нет»? Что вам это даст? Ни одна теория не может быть полностью верна, но, так же, нельзя быть абсолютно неправым. Вам нужно знать, в чем именно вы неправы.

— Но вы мне не скажете?

— Не скажу. Вы, как и Аргус, безумно мне симпатичны именно тем, что думаете и ищите. Вывалить вам сразу все секреты будет попросту жестоко. Прелесть знаний именно в их поиске.

— Вы такой заботливый…

— Это был сарказм, если не ошибаюсь? Полезный навык.

— Скорее раздражение. Как и у вас.

— Вот как? Намекаете что мы духовно близки?

— В какой-то степени… Мне тоже очень не нравится, когда от меня что-то прячут или скрывают…

Старпом хотел ответить, но дверь с треском распахнулась, в комнату, обдавая все холодом, ввалилась высокая девушка в полушубке.

— «Синьора Светлана Олеговна, как я понимаю?»

— «Тогда уж синьорина. А вы, как мне сообщили гражданин Роше? Еще один знаток двергской письменности? Что-то вас прям густо насыпало».

— «Еще один? А кто второй?»

— «Неважно…» — Светлана кинула в Старпома армейской дубленкой, — «Хотите прогуляться?»

— «Спасибо. Каску я, лучше, сам возьму. Мне сообщили о ваших спортивных званиях, так что не надо в меня кидать твердыми предметами. И, кстати, нам говорили, что скоро ужин».

— «Да. Вот там, в сенях, термос стоит. Я сейчас тут, с вами, поем, заодно познакомлюсь».

— «А вы с незнакомыми мужчинами гулять боитесь?»

— «Я нет, а вот они — бывает. Давайте, раз такой из себя мужчина, поухаживайте за дамами. Посуда в шкафу справа…»

Старпом накрыл на стол, приволок термос и разложил по тарелкам горячую кашу с мясом. Ливия пододвинула посуду и принюхалась. Потом покосилась на Светлану, которая уже деловито орудовала ложкой.

— «Это каша?»

— «Ну да. Grechnewaya каша. А что?»

— «На Континенте гречку не едят», — пояснил Старпом, тоже весьма осторожно пробовавший блюдо, — «Выращивают на корм скоту. И я их понимаю… На вкус как будто сапожные гвозди. Только не спрашивайте, откуда я знаю».

— «Зажрались там на вашем Континенте…» — буркнула Светлана, — «Отличная каша…»

— «Возможно, дело в привычке. Есть такие вещи, к которым надо приучаться с детства».

— «А почему вы называете её „Grechnewaya“?» — Ливия, все таки, рискнула попробовать и теперь задумчиво жевала.

— «Потому, что раньше эту крупу ввозили из Греченя. Город такой. Я могу попросить, чтобы что-то другое приготовили».

— «Нет, все нормально. Я родом с Лоски и там похожая каша в ходу. Она считается пищей бедняков. Нам часто её давали в приюте. Разумеется, без крупных кусков свинины. Я просто не ожидала, что у вас её настолько любят».

— «Мы вообще полны неожиданностей», — Светлана повернулась к Старпому, — «А вы есть будете?»

— «Попробую», — Старпом решительно сунул ложку в рот и скривился, — «Ох и гадость… Но, судя по металлическому привкусу, должна быть зверски полезна. И, кстати, если не принюхиваться, то идет гораздо лучше. Возможно, в этом даже что-то есть. Ладно — что это мы все о еде да о еде? Давайте поговорим о Аургельгарде. Насколько я помню, его открытие вызвало в научных кругах настоящую бурю. Даже Руба не стала такой сенсацией. Больше шума наделал только отказ вашего правительства допустить сюда других ученых».

— «Тут наших хватает».

— «Да, однако, вы же понимаете, что все подумали?»

— «Что мы врем?»

— «Хуже. Что вы раскопали тут что-то такое, что хотите оставить себе и только себе».

— «Да-да… Наследие асов, Бьернхельм и Форбург в ярости, остальные в шоке. Это их проблемы. Мы честно предупредили, что атаки на наши суда, в том числе и научные, без ответа не останутся. Все их болевые точки нам давно известны и пнуть по ним — вопрос техники».

— «Так вот с чем это связано? А вы довольно злопамятны».

— «Мы просто злые. И память у нас хорошая. Вы, кстати, откуда знаете двергскую письменность?»

— «А вы? Их руны не сильно отличаются от северных, так что, чтобы понять, что это именно двергское письмо, а не просто фраза на Старой Речи, её надо было именно прочесть».

— «Мы нашли в Аургельгарде довольно много двуязычных надписей — обычное дело для крупного торгового города, где вели дела разные народы и смогли, на их основании, составить словарь. Но, как вы правильно заметили, ученых из других стран сюда не допускали. Значит то, что про вас говорили, правда?»

— «Скорее всего нет, но вы продолжайте».

— «Зачем?» — Светлана решительно отодвинула тарелку, — «Я в эти игры не играю. Не хотите говорить — ну и фиг с вами. Доедайте и пошли. Если такой умный, может поможете с парой вещей».

— «Ну вот…» — с видом полнейшего разочарования, Старпом доел кашу и начал натягивать дубленку, — «Вы меня, прямо таки, озадачили».

— «Чем? Тем что вы весь такой загадочный, а мне не интересно? Да подумаешь…»

Развернувшись Светлана вышла, впустив, вместо себя, волну мороза. Старпом, повоевав с пуговицами, повернулся к Ливии.

— Вы, надеюсь, не в обиде, что я оставляю вас в одиночестве?

— О нет. Тем более, что эта Светлана, похоже, куда лучше сумела вас разглядеть.

— Опять сарказм?

— Злорадство. Она ведь права? Вы наслаждаетесь вниманием к вашей персоне и не привыкли слышать в свой адрес: «Ну и фиг с вами»?

— Северянки и их фирменная прямота. Я очарован. Вы не ревнуете?

— Обещаю подумать об этом на досуге…

Поезд прибыл с утра. Станция, «Энмылына», несмотря на нахождение под ледяным куполом, была оборудованная небольшим вокзальчиком с полноценным залом ожидания, где Ливия, с огромным облегчением, снова встретила освобожденных из застенков ордена людей. Они по прежнему выглядели слегка сбитыми с толку, но держались уже гораздо более уверенно.

— Учитель Этан, как вы?

— Ливия? — кто-то уже успел сделать или одолжить Этану очки, которые он постоянно поправлял, успев от них отвыкнуть, — Прости, не узнал тебя в этой одежде. У меня все прекрасно, спасибо, что беспокоишься. Нас очень хорошо покормили и комфортно разместили. Это же залесцы, если я не ошибаюсь?

— Да.

— То есть ты работала на них? Почему ты сразу не сказала?

— Не знаю. Я так привыкла прятаться и скрывать… С вами говорили? Вы объяснили им, кто вы?