Чтение онлайн

— Зеленый… Горошек… Еботе…

— Ну да? И че?

— Он из-за него свой корабль проебал…

Не особо деликатно пояснил Бьернсон, который принюхивался к сыровяленному окороку, пытаясь понять, должен он так пахнуть или нет. Гвоздев сделал удивленную гримасу и снял с полки банку консервированного горошка.

— Серьезно? Это как такой хреновиной можно целый корапь утопить?

— Как выяснилось — легко… Слушай — вот не пойму: сдохло оно, или мне кажется?

— Дай нюхну…

Семеныч обнюхал окорок со всех сторон, потом достал нож и, отрезав кусочек, осторожно попробовал.

— На вкус нормально… Заветрилось, может?

— Тухлятиной воняет… Чуешь?

— Чую… — кивнул Гвоздев потянув носом, — Может крыса где сдохла? Хотя Гарбарука для крыс маловата…

— В смысле «маловата»? — не понял Слободан, — Что тут, в Островах, за крысы?

— Обычные. С кораблей. Но, почему-то живут только в крупных поселениях. А в мелких городках или на природе не встречаются. И если люди уходят, то они тоже исчезают.

— Почему?

— Да я то откуда знаю? — Гвоздев пожал плечами, — Я тебе что? Крысолог?

— А откуда знаешь, что они в маленьких поселениях не живут?

— Сам видел. Как-то в Котеану одну приволок. В бочке с сухарями. Хотел прибить, но оказалось, что местные их никогда не видели. Я ей клетку соорудил и два или три дня показывал за деньги. А однажды ночью просыпаюсь от грохота — крыса в клетке бесоебит так, что на пол её скинула. Мечется, на прутья кидается. Потом завертелась волчком и сдохла.

— Отчего?

— Да хер её знает. Испугалась чего-то. Да где-ж воняет-то?

— А может вообще не здесь? — Бьернсон вышел и выбил дверь напротив — Тут хлам какой-то… Посвети.

— Это не хлам, а ценные вещи… И, сука, вот куда мой молоток делся!

Гвоздев пошарил в кладовке заставленной ящиками и бочками, выволок какой-то ящик и извлек из него легкий молоток с гвоздодером.

— Вот суки! А я на подсобника грешил… И остальное тоже пригодится… Тут краска, рогожа, прочий инструмент. И тут точно не пахнет. Пошли дальше.

Бьернсон высадил две оставшиеся двери, причем по модному, встав посредине и пробив их ударами в обе стороны после чего сморщился…

— Мокрые порты Ньерда… Кажись отсюда…

— Да я чую… — Семеныч натянул рубаху на нос, — Вот нахера ты, дурилка, двери настежь вынес?

— Да откуда-ж я знал?

— А мы что, по твоему искали? Фиалковый луг? Что воняет и искали… «Откуда он знал»? Ебать-копать… — Семеныч посветил в одну комнату, потом в другую, — Аж глаза режет… Что-ж тут сдохло? Пусто почти… Вот тут стул какой-то… Слободан, глянь, будь другом…

— А че сразу я?

— У тебя лицо умное.

Слободан, скорчив рожу, взял фонарь и, прижимая к лицу носовой платок, вошел в комнату шаря лучом по сторонам. В ней и правда было почти пусто, только у разбитого окна стоял стул.

— Окошко изнутри разбили…

— И что?

— Просто обратил внимание… — взобравшись на стул, Слободан осветил раму, — Это классическая загадка из детективов. Окно разбито, но осколков в помещении мало. Значит били отсюда-туда. О! А тут еще веревка валяется…

Слободан подергал торчавший из под завала кусок веревки. Потом слез со стула и посветил на пол.

— Пыльно… Все следы запорошило… — он прошелся по кругу светя на пол, — А это что? Похоже на воск… Кто-то стоял тут со свечой… Довольно долго. Дальше не ходил… Интересно.

— Что там такого интересного? — отодвинув Семеныча, Бьернсон сунулся в комнату и покрутил башкой, — Тут вообще нихрена нет, кроме этого стула.

— Вот именно это и интересно… Ты детективы читать любишь?

— Нет. Я только наставления всякие читал, да и то потому, что Вад заставил.

— А я, раньше, любил. Ты про Серго Вуковича слышал?

— Нет. Это писатель?

— Детектив.

— Книга так называется, что ли?

— Да нет! Детектив, это человек, который расследует разные преступления.

— А как ты его читал?

— И жанр, который описывает такие расследования, тоже называется «детектив».

— Че-то херня какая-то..? — не понял Бьернсон, — И то «детектив» и это.

— Ну ты даешь, — изумился Семеныч, — Даже я знаю! Вот смотри: этот брусок он какой?

— Деревянный…

— И ты тоже «деревянный», хоть и не брусок. Понял?

— Я тебе сча в ухо дам за такие сравнения, — Бьернсон отобрал у Гвоздева обломок косяка, которым тот постучал ему по лбу и разломал в труху, — Хотя знаешь… Кажется понял… Так этот Серго Вукович детектив в прямом смысле, а ты читал про него в «детективах» которые книжки? То есть в переносном смысле?

— Ты знаешь, что такое «в переносном смысле», но не знаешь про такой жанр как «детектив»?

Слободан озадаченно уставился на него. Бьернсон пожал плечами давая понять, что ему мало интересно, какие знания и каким путем залетели к нему в голову.

— Ладно… Для простоты будем считать, что так и есть. Только про детектива Вуковича не в книжках писали, а в газете. Когда отец с другими мужиками каждую субботу собирался по вечерам выпить пива, они брали газету и перечитывали заметки о его похождениях. А я слушал. Там очень интересно все было. Как он маньяков ловил, убийц, грабителей.

— То есть этот Вукович у вас очень известный мужик?

— Конечно. Он в битве при Елсинках участвовал, а потом уехал в Гюйон и стал там детективом полиции. Очень известным, раз про него в газетах пишут. А у нас в Белгране знаменитостей не богато, тем более таких, чтобы их в других странах знали.

— Ну допустим… — Бьернсон кивнул шарахнувшись башкой о кирпичный свод, но даже не заметил этого, — И при чем тут эта комната?

— Вукович и другие детективы всегда делали выводы о том, что произошло, по всяким деталям. Вот как тут. Стул, веревка, капли воска, окно разбито с этой стороны… И из их наличия можно сделать выводы, что тут произошло.

— Это как?

— Еще деревяха есть? — заозирался Гвоздев, — На тебя удары твердым по тупому благотворно влияют, походу. Думать начинаешь.

— Вы тут все дохуя умные что-ли?

— Да кому и баран — академик. Даже я уже понял. Стул, веревки — значит кого-то тут к стулу привязали. Потом он отвязался, окно выставил и съебался. Я только не понял, при чем тут свеча…

— Возможно его перед этим допрашивали? — предположил Слободан, — Электрического освещения тут нет, так что ему пришлось взять свечу. Он стоял с ней вот тут… А значит стул с пленником находился тоже где-то тут.