Чтение онлайн

 - Я не могу спасти твоих попутчиков, они – запрос свыше. И я не знаю, почему так важны их жизни. Тебя я тоже спасти не могу – слишком многие жаждут этой смерти. Прости, брат, но ты сделал для этого слишком много. Убийство вампира не прощается, и ты это знал. Тем более сейчас, когда нас осталось слишком мало, – говоря, Эрион всё больше и больше распалялся.
– Нас затравили до такой степени, что мы боимся выходить из-под земли, совершать посвящения, и не многие теперь способны на это. Все силы сумеречному народу приходится тратить на выживание. На то, чтобы смертные не узнали нас, на то, чтобы святые силы не могли распознать и испепелить надежду нашего рода – агентов, обладающих способностями подчинять себе массы людей. Только благодаря им, тем, кого люди называют мессиями, мы можем существовать. Варварское уничтожение людей теперь осталось в прошлом; мы сполна расплатились за грехи войны. Мы нашли, наконец, способ жить чище, хотя бы в поступках…

 - Убивая детей?! – в гневе закричал Стив, бесцеремонно прервав несколько патетическую речь Эриона.

 - И да, и нет, – Эрион не повысил голоса.
– Мы не убиваем их, но забираем их жизненную силу. Мы берем у них ровно столько, сколько необходимо нам для поддержания жизни. Они остаются жить, пусть слабеют, но живут, впитывая в себя силу отовсюду, рожают новых детей, радуются каждому новому дню. Они наполнены жизнью, ощущениями окружающего мира. Понимаешь, они могут чувствовать, ощущать жизнь, меняться с каждым днём. Даже умирая, они живут.

 - Ты им завидуешь?

Этот вопрос вырвался сам собой. Без сомнения, любой из существующих во тьме испытывал всепоглощающую зависть ко всем живым. Лицо старшего брата стало будто восковым; он смотрел мимо своего собеседника и не видел его.

 - Мы мертвы, мы обделены ощущениями, в нас нет жизненной силы. Наши спутники - страх и пустота. Даже наши сны пусты.

 Стив вспомнил, как часто Доз рассказывала о своих снах, они не переставали ей сниться. Она продолжала жить, в этом не было никаких сомнений. Порой Стиву казалось, что ей ничего не стоит выйти из тени под палящие лучи солнца вместе с Тайлером. И однажды Доз призналась, что только здесь, в этом мире, обрела свет. Где же и кем она была раньше, если тоска бессмертных не настигла ее? Из раздумий его вывел голос Эриона.

 - Я могу предложить тебе альтернативную смерть.

 - Интересно! Не знал, что в нашем случае возможна какая-то альтернатива.

 Эрион проигнорировал его высказывание, и, с безразличием взглянув на небольшой ножик для писем, лежавший на столике, произнес:

 - Ты ведь прежде был бойцом.

 Стива невольно передернуло от воспоминаний, давно принадлежащих прошлому. Бойцом… да, он был им когда-то. Сейчас казалось, что это было очень давно. Так давно, что воспоминания о боях на арене стали затягиваться безликой поволокой времени, оставив ему напоследок лишь технику владения своим телом и обращения с оружием.

 - И ты думаешь, я соглашусь?

 Эрион искоса поглядел на него и усмехнулся.

 - Малыш, у тебя нет выбора! Не сегодня, так завтра соберется Совет и ты на следующее же утро получишь последний в твоей жизни солнечный загар.

 - Ну, на роскошную казнь я не рассчитываю.

Старший вампир посмотрел ему прямо в глаза.

 - Но она будет. Роскошная и медленная. Преступивший – так тебя все теперь называют. Убийца наших спасителей – ты будешь лежать, прикованный, на черном ложе - палач в кроваво-красном плаще скинет ткань с серебряного зеркала и золотой луч сожжет в прах твою плоть сантиметр за сантиметром... А совсем рядом, в темноте укрытия - толпа ревущих зрителей, посылающая твоим тлеющим останкам проклятия!

 Голос вампира зловещим шелестом распространялся по темной комнате в поисках погруженных во тьму уголков. Стив непроизвольно вжался спиной в холодный шелк кресла, стараясь преодолеть наваждение.

 - По-твоему, умереть от лап и клыков зверя предпочтительнее?

 Эрион пожал плечами, сняв завесу морока. В комнате вновь стало как будто теплее и даже по-особенному уютней.

 - Не знаю. Я не боец. К тому же, Стив, повторяю: тебе уже нечего терять. В бою ты можешь победить благодаря своему умению или счастливой случайности и, соответственно, отсрочить казнь. Тебе надо беречь и ценить каждую секунду жизни. Ты приговорен, брат, и тебя уже ничто не спасет. Так что ты решил?

 - Великолепный выбор - сожжение или растерзание на мелкие куски! Спасибо. Если начистоту, я рассчитываю на что-нибудь иное, более жизнеутверждающее.

 Эрион усмехнулся:

 - Для начала, скажи, как ты собираешься выбраться из Cклепа? Выход наружу хорошо охраняется, мы постоянно начеку. Но, допустим, тебе это удастся. Даже если я промолчу, твое отсутствие очень скоро обнаружат. Совет состоится со дня на день, так что далеко уйти тебе не удастся. Не забывай, сейчас предзимник, а над нами голая степь и промёрзшая земля. Солнце настигнет тебя раньше суда. И казнь свершится, с одной лишь разницей: зрителей у тебя не будет.

Стив уронил голову на руки и помолчал немного.

 - Кто тренирует бойцов?

 - Твой друг Борб. Кстати, и зверюшки те же самые.

 Эрион легко поднялся с табурета и тенью переместился к секретеру.

 Движениями вампира можно было залюбоваться. Грациозность, статность, особый стиль – не каждый из бессмертных мог похвастаться этим, особенно если учесть, что способностями к такому виду перемещения в пространстве обладали далеко не все вампиры. Он был аристократом до глубины души как в жизни, так и в смерти. Стиль движений, речь, лёгкое пренебрежение в голосе еще больше подчеркивали этот факт.

 Эрион вынул из верхней дверцы секретера папку с бумагами, перебрал несколько листов. Найдя нужный, он протянул его Стиву.

 - Это будет твой образец. Там есть изображение, - усмехнувшись, добавил он.

 - Не переживай, читать я еще не разучился.

 Это была схема некого приспособления. Надпись наверху гласила: «Мерцание хамелеона» (для приобретения навыков стремительно меняющегося движения). Модель 24».

 - То есть, я буду мерцать в темноте и меняться в цвете? – не удержался от усмешки Стив.

 - Надеюсь, ты обойдешься и без этого. Это – новая разработка. Мы совершенствуем искусство перемещения.

 Слова Эриона вызвали недоверие. Стив отлично помнил, что движения человека-вампира прямолинейны в своей молниеносности, но зверь без труда мог их отловить. Те бойцы, кто в панике или сознательно пытались применить движение, не жили более ни секунды: их разрывали на мелкие куски в то же мгновение. Когда Игнариус узнал о планах своего молодого воспитанника, он запретил изучать Стивену искусство перемещения. Стив, не раз наблюдавший последствия подобных ошибок в бою, сам к этому не стремился.

 - Твое молчание я воспринимаю как согласие.

 - Зря. Оно обозначает недоверие.

 Эрион вновь раскатисто засмеялся. Стив поежился; ему уже порядком все надоело. Пора уже покинуть столь роскошные апартаменты, но куда идти и что делать дальше, он понятия не имел.

 - Позволь пригласить тебя быть моим почетным гостем, – словно отвечая на его мысли, чересчур вежливо предложил Эрион.

 - Спасибо, но вынужден отказаться. Признаться, мне бы хотелось осмотреть Склеп.

 - Не спеши, малыш. Напоминаю: нет тебе пути за стенами этих покоев.