Чтение онлайн

Именно поэтому, если так можно сказать, шефство над модернизацией «Алатау» взял тогда главный инженер радиотехнических войск ПВО страны. И еще полковник, ведущий специалист заказывающего управления Минобороны. Оба позднее были уволены в запас. Ну, это уж как все. А в судьбе разработки оба они сыграли решающую роль.

Начальником заводского ОКБ был молодой способный инженер, специалист по приводам вращения, отличный организатор и очень смелый человек, согласившийся стать главным конструктором разработки. Георгий стал первым заместителем главного конструктора и получил уникальную возможность искать на предприятиях страны и предлагать любые идеи и технические решения, которые могли быть полезны для дела. Молодой, не испорченный зазнайством коллектив без ревности воспринимал чужие идеи и заделы и азартно воплощал их в чертежи и железо. Собственные идеи тоже принимались. Предпочтительны были уже опробованные решения, доказавшие свою работоспособность и эффективность, и не важно, кем они были найдены.

Военные помогли Георгию познакомиться со всеми радиолокационными станциями, существовавшими в стране, — в войсках ПВО, в сухопутных войсках, в военно-морском флоте. Это было бы невозможно без их поддержки. Ведь в каждом роде войск были свои разработчики, институты и КБ, свои заводы, свой, только им известный опыт. Это было бесценно! Добраться до этого кладезя мешал жесточайший режим секретности, с давних времен существовавший в стране. Шла холодная война, а на войне, как на войне. И может быть Георгий был одним из немногих, кому выпало такое везение, как возможность смело черпать из межотраслевого опыта. Да еще к тому же из опыта, прошедшего самую суровую проверку из всех возможных проверок — проверку жизнью. Это было пиршество техники! Можно бесконечно рассказывать о красоте и изобретательности отдельных технических ходов, об остроумнейших находках талантливейших наших инженеров, осуществленных в условиях острейшего дефицита времени, средств, информации. По крупицам собиралось это в копилку новой темы, обсуждалось с разработчиками блоков и систем, становилось общим достоянием. Это был непрерывный праздник. Позднее Георгий часто задавался вопросом, почему так бывает не всегда, и, в общем-то, достаточно редко. Почему редко? Да хотя бы потому, что за долгую свою жизнь в технике ему крайне редко приходилось самому рассказывать об известных ему вариантах решения различных технических проблем тем, кто бился над их разрешением. Что им мешало? Нехватка времени? Амбиции? Скромность? Недоверие к чужому опыту? Странно это. Затраты на знакомство с чужим опытом ничтожны, эффект неоценим. Умные учатся на своих ошибках, мудрые — на чужих.

Георгию ничто не мешало впитывать чужой опыт, нести его в общую копилку. Не ему одному пришлось тогда этим заниматься. В головном институте последний главный конструктор «Алатау» активно включился в новую работу. С его помощью удалось выйти на разработчиков мощных приборов для передающих устройств современного типа, подобных опробованным в последних разработках радиолокаторов, с которыми познакомился Георгий. О таких передатчиках можно было только мечтать! Причем, если на вызвавшем настоящий фурор военно-морском корабельном радаре с так называемым «частотным сканированием луча» электровакуумный прибор для передатчика, амплитрон, разрабатывали сами разработчики радара, то здесь за его разработку брались специалисты самого новейшего института минэлектронпрома, признанные профессионалы в передающей технике.

Передатчик радиолокатора — это не только сердце радара. Это и главная его сила, его мощность. Чуткий приемник, изощренная защита от всевозможных помех, артистически изящная, ажурная и широко раскрытая антенна, все одинаково нужно, одинаково важно, одинаково сложно. Все влияет на возможности радара, на его способности и рано обнаруживать цели, и преодолевать помехи.

Однако, однако, однако, — только мощный передатчик, надежный, точный, стабильный, с гибкой перестройкой — только он сделает радиолокатор действительно живым, действительно живучим, действительно боевым! Ведь передатчик — это энергетика, которая является решающим преимуществом наземных РЛС перед авиацией в радиоэлектронной борьбе, поскольку на земле нет таких жестких ограничений по объему аппаратуры, ее энергоемкости и, в конечном счете, по ее весу, какие всегда существуют на самолете, где все надо везти с собой: и аппаратуру передатчика, и аппаратуру его охлаждения, и аппаратуру его энергопитания, и горючее для всей этой техники. Ведь чем мощнее передатчик, тем выше высоковольтное напряжение, необходимое для его работы, тем тяжелее изоляция, тем сильнее протекающие токи, толще провода, объемнее системы охлаждения и т. п. Словом, мощная энергетика дело не легкое!

Требования к стабильности работы, к точности установки и поддержания частоты, а следовательно, к возможности отстройки от помех — это требования к отсутствию колебаний и пульсаций питающих напряжений, к отсутствию вибраций, к развязке с вентиляторами и насосами, без которых не обойтись в системах охлаждения, и все это — вес, вес и вес. И цена.

И вот предлагается новый набор мощных электровакуумных приборов, цепочка, невиданная до того в отечественной и мировой практике радиолокации: мощная лампа бегущей волны — ЛБВ, и усилительные амплитроны, или, как их еще называют, платинотроны. Два, но одинаковые. Замечательный набор! ЛБВ дает огромное усиление, пусть с невысоким кпд, но мощность на выходе сравнительно невелика. Зато амплитроны при небольшом усилении имеют фантастический кпд. То есть почти все подводимое напряжение превращается в радиоизлучение! Представьте себе, если бы кпд можно было бы довести до ста процентов, то вообще передатчик не требовалось бы охлаждать, а ведь даже в последних радиолокаторах вес систем охлаждения превышал вес собственно передатчика.

Опыт работы радиолокаторов с амплитронными передатчиками в ПВО уже был. Великолепный супермобильный радар на гусеничном самоходе был только что создан в Сибири для системы ПВО сухопутных войск.

Рассказывали легенды о том, как происходили государственные испытания этого комплекса, состоявшего из радиолокатора и зенитно-ракетной установки. Госкомиссию привезли в условленное место полигона, а там ничего нет, пусто. Вдруг с ревом двигателей подкатывают самоходы, на глазах комиссии развертываются антенны, начинают вращаться, глубоко ощупывая небо. Обнаруживают и захватывают самолет-мишень. Пуск! Антенны сворачиваются, и комплекс растворяется в степном мареве. Цель поражена, госкомиссия тоже!

Кроме высокого кпд у передатчика на усилительной цепочке было много других преимуществ. Прежний передатчик на магнетроне для смены рабочей частоты требовал замены магнетрона и полной перенастройки радара. Рабочие частоты радаров ПВО засекались либо агентурной, либо воздушной, либо спутниковой разведкой и подавлялись при воздушном налете прицельной помехой, которую нетрудно сделать в тысячи раз более мощной, чем помеха заградительная, забивающая сразу все частоты всех радаров. Поэтому в войсках ПВО страны вынуждены были придавать к каждому радиолокатору на магнетронах десятки запасных магнетронов на различные частоты для военного времени. Предполагалось, что в час «Ч» во всех радарах боевые расчеты быстренько снимут «мирные» магнетроны и быстренько установят «боевые» магнетроны. И спутают все разведданные растерявшемуся противнику!

Как же! На очередных учениях однажды попробовали проделать это упражнение. Результат был удручающим. Ни один из радаров включить снова так и не удалось. Чтобы магнетрон из ЗИПа (из запасного имущества) был постоянно готов к работе, его необходимо периодически «жестить», то есть включать и настраивать. А как же при этом с секретностью его частоты? Специально для настройки без излучения в РЛС делаются поглотители СВЧ мощности. Которые не должны выпускать излучение наружу. Которые не должны отличаться от антенны по нагрузке на передатчик. Которые тоже должны охлаждаться, чтобы отводить мощность передатчика в тепло. Все это и не просто, и громоздко, и дорого.

Разумеется, запись о проверке сделать много проще, чем саму проверку…

Амплитроны и иные передатчики на усилительных а не на генераторных приборах решают проблему смены частот куда более изящно. Меняется маломощный входной сигнал — меняется частота и форма мощного выходного импульса. И не надо заменять тяжеленные мощные приборы генераторов, отсоединяя каждый раз разъемы электропитания, трубы жидкостного охлаждения, воздуховоды воздушного охлаждения, волноводы СВЧ каналов. С усилительной цепочкой даже можно одновременно излучать несколько частот, рабочих, вспомогательных или ложных, чтоб окончательно запутать противника и вынудить его отказаться от прицельных помех, растянуть помеху по диапазону и тем самым максимально ее ослабить.

Уже говорили мы об автокомпенсаторах помех, которые принимая сигналы помех со специальных вспомогательных антенн позволяли вычитать, выдавливать сигналы помех из основного канала, сохраняя при этом сигналы от целей неизменными. А это эквивалентно увеличению мощности передатчика в десятки раз! Автокомпенсаторы были предложением, от которого нельзя было отказаться. Только что разработанные в военной академии ПВО и в институтах радиопрома макеты автокомпенсаторов доказали высокую эффективность этого метода борьбы с активными помехами.

В академии ПВО предложили использовать автокомпенсаторы и для борьбы с пассивными помехами в системе селекции движущихся целей — СДЦ. Для подавления пассивных помех нужно было задержать принятый радиосигнал на период повторения излучаемых импульсов, а затем помеху скомпенсировать, а сигнал сохранить. Оказалось, что это можно сделать практически на тех же устройствах, что использовались для подавления активных помех, а любая унификация упрощает и разработку, и изготовление, и эксплуатацию техники.