Чтение онлайн

— Текила есть? — с надеждой в голосе поинтересовался Питт.

— А как же! — обиделся разносчик-подавальщик. — Среди местных рыбачков полно латиносов, для них и держим. А вообще-то ее редко заказывают.

— Тогда двойную текилу со льдом и ломтиком лайма. Тяжеловес отошел от столика и грузно зашагал на кухню, но на полпути обернулся, смерил их взглядом и многозначительно пообещал:

— Я скоро вернусь!

— Надеюсь, он не возомнил себя Арнольдом Шварценеггером, — пробормотал итальянец, — и не вздумает крушить кулаками стены и наши бедные головы.

— Расслабься, — посоветовал Питт. — Наслаждайся обстановкой, впитывай местный колорит, вдыхай неповторимую атмосферу...

— Кстати, об атмосфере, — перебил его Джордино. — Раз уж здесь так накурено, полагаю, я не очень ее испорчу, если добавлю толику собственного дымка. — С этими словами он извлек откуда-то одну из своих знаменитых сигар и не спеша начал ее раскуривать.

Питт между тем пристально разглядывал публику, подыскивая подходящего кандидата, из которого можно было бы выудить полезную информацию. Полдюжины бурильщиков, оккупировавших единственный бильярдный стол в дальнем углу зала, он отмел сразу. Рабочие с судоверфи могли кое-что знать, но по их угрюмым рожам легко читалось, как они отнесутся к навязчивым расспросам подозрительных незнакомцев. Самой многообещающей категорией выглядели рыбаки. Человек двадцать, сдвинув несколько столов, пили пиво и играли в покер. Они шумели, ругались, горланили матросские песни, но за рамки в общем-то не выходили. Особое внимание Питта привлек старик лет шестидесяти пяти, державшийся особняком в их шумном сборище. Он сидел рядом с картежниками и внимательно наблюдал за игрой, но сам в ней участия не принимал. На столе перед ним стояла почти нетронутая бутылка пива. Типичный одиночка — таким было первое впечатление, однако, приглядевшись поближе, Питт понял, что ошибается. Добродушный юмор в зеленовато-голубых глазах с хитринкой и живой интерес к окружающим выдавали в нем скорее психолога-любителя, ведущего активный образ жизни, но никак не ушедшего на покой бывшего рыбака, продолжающего по привычке проводить вечера в питейном заведении. Седые волосы, борода и пышные усы аккуратно подстрижены; одежда простая, но чистая и опрятная.

Официант-подавальщик принес спиртное. О существовании и назначении подносов он, по всей видимости, не догадывался, потому что бутылки с пивом нес в одной руке, а стакан, в котором плескалась неопределенного цвета жидкость — в другой. Питт с сомнением посмотрел на него и спросил:

— Не подскажете, какой марки ваша текила?

— Кажется, «Панчо Вилья».

— Если не ошибаюсь, «Панчо Вилья» разливают в пластиковые бутылки.

Экс-боксер наморщил лоб и сложил губы бантиком, изображая усиленную работу мысли. Затем лицо его озарилось, и он смачно причмокнул.

— Точно, мистер! Старина Чарли при мне наливал этот стакан из пластиковой бутылки. Да вы не бойтесь, отрава высший класс. Разок хлебнете, и все заботы как рукой снимет.

— Как раз это меня и беспокоит, — признался Питт. Когда гарсон-разносчик отошел, Джордино не удержался и прыснул в кулак.

— Ты что, уже пробовал это пойло? — с трудом выговорил он, давясь от смеха.

— Было дело, — неохотно кивнул Питт. — Купил как-то в одной мексиканской забегаловке за доллар шестьдесят семь.

— Пить-то его можно? Или сразу все заботы побоку, как наш благодетель посулил?

Питт поднял стакан, посмотрел на просвет, перекрестился и одним махом вылил в глотку половину содержимого. Замер на секунду, прислушиваясь к ощущениям, и облегченно выдохнул.

— Ну и как?

— Лучшая панацея от морской болезни, — объявил Питт, зажевав пробу сиротливо тощим ломтиком лайма и выплюнув пару косточек.

«Благодетель» вернулся с кухни, держа в одной руке тарелку с устрицами, а в другой — большую металлическую миску с супом. Брякнул их на стол и выжидающе уставился на клиентов. После короткого совещания они заказали на горячее дежурное блюдо: жареный палтус и джамбалайю [37] . Устрицы оказались такими огромными, что Джордино пришлось резать их на кусочки, как бифштекс, прежде чем отправить в рот, а одной порцией гамбо можно было насытить голодного льва. Блюдо с жареной рыбой бывший тяжеловес тащил в обеих руках, спотыкаясь и обливаясь потом, но палтус оказался таким вкусным, что друзья сами не заметили, как от него осталась только кучка обглоданных позвонков. Попутно они приняли на грудь еще по одной дозе спиртного, после чего блаженно откинулись на спинки стульев и ослабили поясные ремни — Питт на одну дырочку, а Джордино на целых две.

С аппетитом поглощая ужин, Питт не забывал и о цели их появления в этом притоне. Он весь вечер продолжал наблюдать за необычным стариком, постепенно проникаясь к нему все большей симпатией. Подозвав официанта-гарсона, он тихонько спросил:

— Не знаете, чем занимается тот старый джентльмен за карточным столом? Мы с ним раньше встречались, но убей меня бог, если я помню, где и при каких обстоятельствах.

Колыхнув животом, здоровяк медленно повернулся в указанную сторону. Поросячьи глазки на заплывшей жиром физиономии остановились на игроках в покер.

— А-а, этот. Как же, знаю. Он владеет траулерной флотилией. Ловит крабов и креветок. Еще разводит палтуса в садках на собственной ферме. С виду не скажешь, но денег у него уйма.

— А лодку напрокат у него можно взять?

— Откуда я знаю? Сами у него и спрашивайте.

Питт переглянулся с напарником.

— Ну вот что, Ал, — сказал он, — ты займись баром и постарайся узнать, куда сбрасывают мусорные мешки с прибывающих в Сангари судов.

— А ты что будешь делать?

— А я попробую выяснить, не проводилось ли где-нибудь выше по течению работ по углублению дна.

Итальянец молча поднялся со стула и направился к барной стойке. Несколько минут спустя оттуда уже доносился его оживленный говорок, сопровождаемый утробным ржанием слушателей. Когда Джордино начинал травить байки из собственной биографии, устоять перед его обаянием не мог никто, за исключением глухонемых старцев и грудных младенцев. Питт тоже сполз с сиденья, подошел к сдвинутым столам и остановился за спиной старика, оказавшегося, как выяснилось из разговора с разносчиком-подавальщиком, местным магнатом. Постояв немного, он тронул его за плечо и мягко произнес:

— Прошу прощения, сэр, не могли бы вы уделить мне несколько минут для приватной беседы?

Седобородый джентльмен окинул Питта цепким, проницательным взглядом, на миг задумался и утвердительно кивнул. Пересев за столик собеседника и отхлебнув глоток пива из заказанной им бутылки, старик деликатно откашлялся и спросил:

— Итак, мистер?...

— Питт.

— Очень хорошо, мистер Питт. Итак, чем могу быть вам полезен? Кстати, вы ведь не из здешних мест, не так ли?

— Верно. Я из Вашингтона. Работаю в Национальном подводном и морском агентстве.

— Слыхал. Солидная фирма. Прибыли к нам с экспедицией?

— Нет, у нас другая задача. Мы оказываем содействие Службе иммиграции и натурализации по пресечению контрабандного ввоза на территорию США беженцев из Китая.

Старик вытянул из кармана бушлата окурок сигары и неторопливо раскурил.

— Что от меня требуется?

— Нам хотелось бы арендовать лодку или небольшой катер, чтобы осмотреть одно местечко в верховьях, где находится что-то вроде карьера...

— Вы имеете в виду канал, прорытый «Шэнь Цинь маритайм лтд» под предлогом выемки грунта для строительства Сангари? — уточнил собеседник.

— Он самый.

— Должен вас разочаровать. Смотреть там не на что. Просто на месте Призрачного затона образовался канал, который местные жители тоже называют Призрачным.

— Не многовато ли землицы они выгребли, вам не кажется сэр?

Старик энергично кивнул.

— Угодили в самую точку, мистер Питт. Об этом мало кто знает, но они продолжали копать и после завершения всех насыпных работ в Сангари. А землю вывозили баржами в Мексиканский залив и топили подальше от берега.

— А есть там поблизости какой-нибудь населенный пункт?