Чтение онлайн

– Фу, мама, обязательно делать это здесь? Это отвратительно, – скривилась Стелла и сделала музыку тише.

Ее мама наконец-то приняла нормальное положение. Она была одета в чересчур обтягивающие лосины и короткий топ от «Balenciaga». Оправив повязку на голове, мама с чувством превосходства посмотрела на нее.

– Между прочим, это новая японская система упражнений для омоложения тела, души и разума. И, вместо того чтобы закатывать глаза, я бы на твоем месте взяла их на заметку. Я всегда говорила: красота – это то, что нужно лепить, взращивать и поощрять. Поверь мне, дорогая моя, когда тебе будет сорок, я буду выглядеть на тридцать пять.

Ее мама была помешана на сохранении молодости с тех пор, как обнаружила у себя седой волос. С тех пор она только тем и занималась, что готовила по утрам тошнотворные зеленые смузи, ела ягоды годжи, наносила на лицо глину с добавлением эфирных масел и извращалась в гибкости по программам каких-то фриков из тянь-шаньских гор.

Мама Стеллы для своих тридцати девяти имела потрясающую фигуру и запрещала дочери на людях называть себя мамой. Кроме того, она считала, что с лихвой выполняет свои родительские обязанности уже тем, что прекрасно выглядит и не лезет в личную жизнь Стеллы. Та не имела ничего против. Ей казалось, что, если бы они с мамой общались поближе, она бы терпеть ее не могла.

– Мама, прекрати, мне же только семнадцать.

– Уже почти восемнадцать, – не моргнув глазом, ответила та. – Когда тебе будет тридцать, начинать следить за тонусом кожи уже окажется поздновато.

– Я купила новое платье, – сказала Стелла, соблазнительно шелестя пакетом, чтобы отвлечь ее от этих дурацких разговоров.

– И даже не прислала мне фотографию, чтобы я одобрила? – возмутилась мама. – Кстати, когда ты успела? У тебя же должны были только закончиться занятия.

– Я совсем забыла про благотворительный вечер у Акининых. Пришлось прогулять последние уроки и поехать на шопинг.

– Какой ужас, Стелла, – укоризненно сказала мама, поцокав языком.

Она говорила эту фразу всякий раз, когда ее раздирали противоречия: с одной стороны, она чувствовала, что обязана что-то сказать, а с другой – она ненавидела читать нотации. Ей очень хотелось быть такой себе клевой современной мамой и находиться с подростками на одной волне, прямо как мать Реджины Джордж из фильма «Дрянные девчонки». Ну, разве что только без искусственного бюста шестого размера.

Родители Стеллы, как и многие их друзья, явно насмотрелись американских сериалов и придерживались их методики воспитания. Ничего не запрещайте детям – и им не захочется это делать. Позволяйте им пить – и они не станут покупать наркоту. Разрешайте им прогуливать уроки – и у них не будет соблазна пойти под откос и проиграть все родительское имущество в казино. Ну, и все в таком роде.

– Ох, я была абсолютно уверена, что платье тебе понравится. Оно просто идеально! – прощебетала Стелла и достала платье, позволив ему эффектно заструиться до самого пола.

– Хм, – мама рассматривала его с таким пристальным вниманием, с каким ценители искусства обозревают «Мону Лизу» в Лувре. – Действительно, в общем и целом довольно достойно. Я обожаю, когда ты становишься центром всеобщего внимания, милая. Ах, я сразу же вспоминаю себя в твоем возрасте…

На этом месте лицо ее мамы немного омрачилось, но Стелла не поняла, почему. Однако та с молниеносной быстротой вернулась к своему прежнему деловитому тону:

– И уж постарайся затмить эту вездесущую долговязую дочку Лары Акининой, которой она умудряется похвастать даже в разговоре о консервных банках. Вчера мы с Германом встретились с их семьей в опере, как я не пыталась отводить глаза. Так вот, Лара мне все уши прожужжала о том, что ее Амина встречается с сыном какого-то захудалого министра. Как это банально. Это даже хуже, чем встречаться с футболистом – те хотя бы не такие занудные сухари. Серьезно, ты должна выглядеть лучше Амины, чтобы ее мать заткнулась хотя бы на неделю.

– Думаю, мам, тебе полегчает, когда ты узнаешь, что мне рассказала сегодня Марина, – захихикала Стелла.

– Это та, что надевает бюстгальтер с бретельками под платье без верха? – поинтересовалась мама.

– Да-да, именно. Но даже от нее, как оказалось, может быть какой-то толк. В общем, она подслушала, что муж Акининой променял ее на – господи, ты просто не поверишь! – на мужчину. Как тебе такое, а? Так что не суди ее слишком строго. Что ей, в конце концов, еще остается делать… Когда муж тебя позорит, вся надежда на детей, ха-ха.

– Да что ты говоришь?! Боже ты мой, просто поверить не могу! Какой скандал! – захохотала мама. – Нет, ты положительно подняла мне настроение! Подумать только… Хотя чему тут удивляться? С такой женой, как Лара, кто угодно бы сменил ориентацию…

После того, как мама вдоволь наигралась этой новостью, она вдруг спохватилась:

– Кстати, будь готова сегодня к вечеру. К нам на ужин приглашены гости.

– О-о-о, нет… – простонала Стелла.

Стелла ненавидела эти пафосно-церемонные ужины с партнерами ее отца, на которых все надевали на себя лживые маски толщиной с Китайскую стену. Эти полуофициальные трапезы проводились как бы с дружескими намерениями, но на самом деле служили поводом для того, чтобы укрепить партнерские отношения и проверить, все ли еще в силе их деловые соглашения. Если приглашение на ужин принято – значит, дело в шляпе. Это как в старину – если попробовал еды под чьей-то крышей, то уже не имеешь права выступить против хозяина. И да, Стелла получала высшие баллы по истории.

– И кто же будет? – уныло поинтересовалась она.

– Соколовские, Пономаревы, Лида Дегтярова – без мужа, к счастью, зато со своим сыном. Как там его… То ли Артем, то ли Артур…

– Эдик, вообще-то, – убитым голосом сказала Стелла.

– Ах да, точно.

– А мне обязательно присутствовать?

Ладно, семейство Соколовских – это еще куда ни шло. Но Пономаревых она не переваривала. Анна Пономарева разговаривала с ней тем снисходительным тоном, которым говорят с детьми, когда хотят сделать вид, что воспринимают их как взрослых. Ну а ее муж был просто отталкивающе некрасив, как смертный грех. Стелла ненавидела некрасивых и толстых. Они разрушали ее веру в то, что, если у тебя есть деньги, ты всегда выглядишь шикарно. А уж Эдик Дегтяров…

– Ну разумеется, ты обязана, – голос ее мамы враз посуровел. – Ты же дочь хозяина дома, так что на тебя налагаются определенные обязательства. И, будь добра, выровняй волосы. Они завились от дождя и торчат в разные стороны. Помнишь, что я всегда тебе говорила?

– Слишком большая роскошь позволять себе не выглядеть идеально, – монотонно пробурчала Стелла, как будто отвечая на вопрос учительницы.

– Вот именно, дорогая, – одобрительно подтвердила мама и вновь приняла позу «Триконасана» – ну или как там она называется…

Стелла закатила глаза и направилась в свою комнату. Она испытывала по отношению к своей маме смесь жалостливого снисхождения и скрытого восторга – казалось, даже если по ней проехаться бульдозером, она все равно будет выглядеть с иголочки.

– Ах да, кстати, – окликнула мама Стеллу, когда та уже начала подниматься по высокой лестнице с изящно изогнутыми перилами, – твой дядя проездом в городе, так что он тоже будет присутствовать.

Мамин голос буквально брызнул ядом. Она терпеть не могла своего деверя Александра, который просил называть его просто Алекс, что тоже очень бесило маму. Она считала дядю бездельником, безалаберным гулякой и отъявленным бандитом, что, собственно, не особо грешило против истины (кроме разве что последнего, но Стелла не могла быть уверена наверняка). Стелла же его просто обожала – он вносил толику безбашенного разнообразия во все это чинное окружение ее родителей. К тому же он всегда ужасно смущал своими двусмысленными шуточками ее семейку, и уже за это Стелла его любила. Они с дядей всегда весело проводили время, так что этот вечер, возможно, и не будет безвозвратно загубленным.