На грани тьмы
Шрифт:
Все понимали, что на самом деле она имела в виду своего сына, Гэвина Пайка, старшего сводного брата Джулиана.
Рейносо и Хейс подняли руки в знак согласия. Джулиан не стал.
— Спасибо. — Розамонд поджала губы и пристально посмотрела на Джулиана. Мгновение спустя ее лицо прояснилось. — Наконец, у нас есть еще одно неприятное дело. Шеф Бриггс решил бросить Фолл-Крик.
Комнату заполнил гул возгласов. Ноа огляделся. Шефа Бриггса нигде не оказалось. Его не было и вчера. И позавчера тоже.
— Он отправился в Сент-Джо, — сообщил Джулиан со своего табурета на острове рядом с матерью. — Взял один из снегоходов. Фиолетовую «Ямаху».
Теперь, когда Джулиан упомянул об этом, Ноа вспомнил тот разговор. Последние несколько дней выдались тяжелыми. Все было как в тумане. Некоторые вещи лучше забыть в пыльном, игнорируемом уголке его мозга.
— Что означает «бросил»? — с сомнением спросил Сэм.
— Его дочь и зять живут в Сент-Джо, — сказала Розамонд. — Вы знаете, что он решительно выступал против некоторых предложений и улучшений здесь. Надеюсь, Сент-Джо придется ему по вкусу.
Виггинс удовлетворенно ухмыльнулся.
По комнате прокатился ропот и смущенные, беспокойные шепотки.
Розамонд сцепила руки и обвела взглядом комнату, обращаясь к каждому.
— Это его выбор. Мы не будем возмущаться или унижать его за то, что он выбрал благополучие своей семьи. Но нам нужен начальник полиции.
Рядом с ней начал подниматься Джулиан.
Ноа обнаружил, что уже ухмыляется. Джулиан был амбициозен. Он всегда хотел стать начальником полиции или переехать в более крупный город и дослужиться до комиссара. Это его шанс.
Ноа поставил свой бокал на журнальный столик, чтобы похлопать по плечу своего друга. Они с Джулианом обменялись взглядами. Джулиан сиял от нетерпения и триумфа.
— Надеюсь, вы не будете возражать, если я сам выберу нового шефа. Целесообразность и эффективность вот что важно в трудные времена. Как и общее видение единства. Лидер общины, готовый служить в равной степени, как и руководить.
Все внимательно слушали, все внимание собравшихся сосредоточилось на Розамонд. Она довольно улыбалась, наслаждаясь своей властью над аудиторией. Ее всегда отличал особый талант оратора.
— После долгих раздумий новым начальником полиции Фолл-Крика назначается… Ноа Шеридан!
В комнате воцарилась мертвая тишина.
Ноа напрягся. Его взгляд метнулся к Джулиану. Его другу. Его лучшему другу. Он не почувствовал от него ни радости, ни одобрения, ни поддержки. Сердце Ноа ухнуло вниз.
Тень пересекла лицо Джулиана — обида и гнев. Челюсти напряглись, рот сжался.
Возможно, никто больше этого не заметил. Все смотрели на Ноа. Но Ноа это увидел. Внутри у него все сжалось.
Рейносо хлопнул Ноа по спине.
— Вставай, парень!
Ноа нерешительно встал.
Присутствующие в комнате разразились аплодисментами. Действительно ли они радовались, он не знал. В конце концов, когда-то он считался изгоем в обществе, его подозревали в убийстве собственной жены.
«Это осталось в прошлом. Все уже закончилось и ушло. Теперь всё изменилось».
Розамонд встала и разгладила юбку, стряхнула невидимые ворсинки с плеча.
— Ноа Шеридан проявил себя во время бойни в Кроссвее. Он снова отличился во время налета на лагерь Картеров. Он привез необходимые капельницы и антибиотики, которые спасли более восьмидесяти наших соседей, родственников и друзей. Лучше Ноа нам не найти, уверяю вас.
Сэм подняла свой бокал с искренним одобрением.
— Да, да!
Дэйв и Майк улыбались. Аннет тоже. Даже Рейносо, лучший друг Джулиана, казалось, радовался за Ноа, довольный принятым решением.
— Я не знаю, что сказать, — пробормотал Ноа.
— Скажи «да»! — засияла Розамонд.
Он колебался. Все смотрели на него — Джулиан, Розамонд и Маттиас Саттер.
Его разум метался, пытаясь осмыслить все это, распутать все ниточки и возможные последствия. И не только из-за его дружбы с Джулианом.
Ноа инстинктивно понимал, что придется пойти на определенные уступки, как только он согласится на повышение. Он прекрасно знал, кто на самом деле главный, даже не говоря ни слова вслух.
В Фолл-Крике начальник полиции играл роль декорации.
Но даже будучи декором, он все равно мог оказывать влияние. Он мог присматривать за людьми, о которых заботился. По крайней мере, так он говорил себе.
Он вспомнил лицо Билли.
Его охватило острое отчаяние. Он потерял Ханну. Он не мог потерять еще и Майло.
Чтобы сохранить сына в безопасности, он готов на все.
Ему придется делать то, что ему не нравится, с чем он не согласен. Теперь он это понимал.
В следующий раз ему придется самому нажать на курок.
Ноа сглотнул.
— Ну что, Шеридан? Не держи нас в подвешенном состоянии! — прорычал Дэйв.
— Я согласен. — Его горло сжалось, во рту пересохло. Он больше не смотрел на Джулиана. Он не мог. — Большое спасибо. Я обещаю, что сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить и уберечь Фолл-Крик.
— Отныне во всем, что идет не так, виноват он, — проворковала Розамонд, вызвав еще больше смеха и аплодисментов.
— А если серьезно. Я уже говорила это раньше, и скажу снова. — Она подождала, пока все затихнут, и окинула взглядом каждого члена совета. — Вы все для меня — семья. Мы семья друг для друга. Мы делаем то, что должны делать. И мы выживем!
Больше криков. Больше аплодисментов. Теперь это звучало искренне. Может, так оно и было.
Пока друзья, коллеги и члены совета хлопали его по спине и поздравляли, Ноа огляделся в поисках Джулиана. Он хотел убедиться, что это ничего не изменит между ними.
Они были друзьями. Даже ближе, чем братья.
Джулиан будет дуться и злиться несколько дней, но он переживет это, как пережил, когда Ноа выбрали первым полузащитником вместо него.
Розамонд, вероятно, считала, что совет посчитает кумовством, если она назначит Джулиана начальником полиции. В этом не было ничего личного. Это не могло быть оскорблением для Джулиана. Ноа объяснит ему это.
Только он не мог, потому что Джулиана не оказалось в комнате.
Он уже ушел.
Глава 59