Чтение онлайн

Как объяснить все это? По мнению доктора Матура, некоторые йоги обладают способностями почти останавливать сокращения сердца, в значительной степени уменьшать другие биологические функции организма и жить несколько дней без дыхания и кровообращения. Доктор Матура сравнивает это их состояние с зимней спячкой у некоторых пресмыкающихся, земноводных и млекопитающих.

По словам известного факира Ивона Ива, позволявшего, чтобы его закапывали в землю живьем, объяснение этой тайны заключается в следующем: «Я зажимаю сонную артерию и чувствую, что теряю сознание. Я впадаю в полулетаргию, пульс у меня почти не прощупывается, дыхание почти прекращается. Только так можно выдержать под землей и не задохнуться». Однако после одного такого сеанса пульсация сердца у него достигла 250 ударов в минуту, и врачи предупредили его, что следующий сеанс может оказаться для него роковым, после чего факир прекратил свою деятельность.

Между тем интересен тот факт, что йоги не зажимают свою сонную артерию, а используют другой физиологический метод — постепенно замедляют ритм дыхания и увеличивают паузу между дыхательными движениями. Таким опытом поделился пожилой йог, выглядевший как 20-летний юноша. Он посетил Советский Союз и объяснил, как ему удалось сохранить юношескую внешность: по его словам, он живет только днем. Ночью он сокращает частоту вдохов и выдохов в 10 раз и «таким образом живет всего час вместо десяти» [30] .

Сочетая дыхательные упражнения с неподвижными позами и системой самовнушения, йогам, вероятно, удается сократить потребление организмом кислорода и перейти к такому уровню жизнедеятельности, при котором внешние признаки жизни исчезают.

Но не только йоги умеют «умирать и воскресать». Вот как врач-путешественник Гарри Райт в своей книге «Свидетель колдовства» (1971 г.) описывает практикуемый некоторыми африканскими жрецами обряд воскрешения впавшего в анабиотическое состояние «колдуна»: «На земле лежал здоровый молодой мужчина, ростом выше 6 футов (1 фут — 0,3048 м.- (Прим. переводчика), с широкой грудью и сильными руками. Я сел так, чтобы загородить его своим телом, и быстрым движением приподнял его веки, чтобы проверить реакцию зрачков по методу Аргила-Робинсона. Реакции не было. Попытался также нащупать его пульс. Пульса не было. Я не обнаружил и признаков того, что у него работает сердце… Нас окружила группа из тридцати человек. Низкими голосами они запели какую-то ритмическую песню. Это было что-то среднее между воем и рычанием. Они пели все быстрее и все более высокими голосами. Как будто мертвый должен был услышать эти звуки. Каково же оказалось мое удивление, когда именно так и случилось — «мертвый» неожиданно провел рукой по груди и попытался повернуться. Крики окруживших его людей слились в громкий вопль. Грохот барабанов стал еще более яростным. В конце концов лежащий на земле все же повернулся, поджал под себя ноги и медленно пополз. Его глаза, еще несколько минут назад не реагировавшие на свет, сейчас были широко раскрыты и устремлены на нас. Судя по всему, этот молодой мужчина с помощью самогипноза разработал в коре своего головного мозга контрольный пункт для определенных музыкальных ритмов. И ничто иное, кроме этих музыкальных ритмов, не могло бы его воскресить».

Разумеется, наука все еще находится в начале изучения явлений подобного рода, но во многих странах проводятся научные обследования йогов, впавших в состояние анабиоза.

В настоящее время, кроме врачей и физиологов, методами впадания в состояние анабиоза интересуются и специалисты в области космической биологии. Это одна из любимейших тем писателей-фантастов.

Но как бы мог обычный человек или космонавт, отнюдь не йог, в самом деле впасть в состояние анабиоза?

Еще в 1901 г. профессор Бахметьев в своей статье «Рецепт того, как дожить до XXI века» подробно описал, как протекает переход в состояние анабиоза у высших животных: «Сначала теплокровное животное должно превратиться в животное с изменяющейся температурой крови, что достигается с помощью наркоза… Это необходимо для того, чтобы у млекопитающих дыхание могло протекать так же, как у лягушек, насекомых и др., т. е. при понижении температуры оно бы ослабевало. Иначе животное будет напрасно терять силы в борьбе с холодом, и это истощит его преждевременно. После наркоза животному надо устроить холодную воздушную ванну, температуру которой следует постепенно понижать с помощью специального регулятора».

Теперь достаточно хорошо известно, что наркоз и вообще фармакологические средства способны привести только к кратковременному частичному состоянию анабиоза, что нашло применение в хирургической практике. «Продолжительный анабиоз (в течение нескольких месяцев или лет) требует принципиально других решений» — к такому выводу пришел советский академик В. В. Парин.

Советские ученые Н. А. Агаджанян и А. Ю. Катков утверждают, что вместо наркоза дыхание можно замедлить, если человек научится управлять своими дыхательными движениями. Когда человек начнет тренироваться, замедляя дыхательные движения, он постепенно будет приучать ткани своего тела к повышению содержания углекислого газа. Излишек двуокиси углерода охлаждает тело за счет понижения обмена веществ в тканях — главном источнике образования тепла, подавляет центральную нервную систему и ослабляет чувствительность организма к самым различным раздражителям, в том числе и к холоду. Вот почему организм, обогащенный углекислым газом, может дополнительно охлаждаться и дойти до состояния анабиоза. По мнению этих двух советских ученых, принципиальная схема впадания в состояние анабиоза выглядит примерно так: тренировка дыхания — повышение содержания углекислого газа в организме — общее охлаждение тела. От тренировки дыхания зависит приспособляемость организма не только к большим количествам углекислого газа, но и к нехватке кислорода в тканях. Такая приспособляемость организма может предотвратить необратимые явления, которые могли бы возникнуть при охлаждении тела.

Ныне методы йогов, в совершенстве владеющих способом впадания в состояние анабиоза, стали объектом обстоятельных научных исследований. Это полезно не только для науки, но и для здоровья и долголетия человека. Весьма вероятно, что этот метод найдет применение в космической биологии при будущих космических полетах к далеким планетам. Может быть, недалеко то время, когда сбудутся слова Циолковского о неограниченной (с помощью анабиоза) продолжительности жизни человека, покоряющего Вселенную.

Мы живем в эпоху научно-технической революции. Человек создал сложные космические аппараты, которые помогли ему вырваться из цепких объятий земного притяжения и проникнуть в необъятный космос.

Нога человека ступила на Луну, но не следует забывать, что Луна — лишь спутник Земли и находится от нее на сравнительно недалеком расстоянии.

Для дальнейшего изучения космического пространства в будущем предстоят все более продолжительные полеты к дальним планетам. Это потребует от специалистов не только решения целого ряда технических, но и сложнейших биологических проблем. Для полета на Луну были использованы небольшие запасы кислорода, пищи и воды. Но, например, для путешествия к Марсу потребуется целый год, к Сатурну — 4 года, а путь к Урану продолжался бы десятилетиями. При таком положении запастись для космического корабля всем необходимым на Земле невозможно. Элементарные расчеты, сделанные советскими учеными, показывают, что вес необходимого запаса для полета в течение 10–15 суток равняется массе членов экипажа, а запасы на год превышают массу членов экипажа в десятки раз. При полетах к более отдаленным планетам Солнечной системы, которые могут продолжаться десятки лет, вес запасов достиг бы астрономических цифр. Эти данные говорят о том, что обеспечить космонавтам нормальные условия жизни во время их будущих продолжительных полетов существующими методами практически пока невозможно. Вот почему советские специалисты рассматривают эти проблемы в совершенно ином аспекте.

Еще в 1870 г. великий русский ученый К. Э. Циолковский заметил, что в кабине космического корабля необходимо воспроизвести естественные взаимоотношения человека с природой, существующие на Земле. Миниатюрной моделью, которая будет содержать все материальные и энергетические связи человека, должна стать замкнутая система, работающая за счет энергии солнечного излучения.

Теперь уже не подлежит сомнению, что в кабине космического корабля должна быть создана замкнутая экологическая система круговорота веществ, сходная с круговоротом веществ на нашей планете. В этом небольшом пространстве необходимо создать микромир, в котором будут строго дозированы растительные и животные организмы. В первую очередь надо решить вопрос о кругообороте воды, а затем — о кругообороте растений и животных, дающем необходимое количество продуктов питания и кислорода. Но эти на первый взгляд простые вопросы, связанные с созданием замкнутого биоцентра, становятся исключительно сложными, если к ним присмотреться поближе. Например, проблема безопасности. В то время как механические элементы замкнутого цикла могут иметь большую прочность или можно взять с собой необходимое количество запасных частей, в крайнем случае даже изготовить какие-то нужные детали в самом корабле, то что произойдет, если нарушится один из участков биологической цепи? Это привело бы к нарушению всего замкнутого цикла. Даже временное нарушение одного из циклов (что трудно исключить при длительном полете) повлечет за собой опасность заболеваний и даже гибели животных и растений. Но самая серьезная опасность скрывается в самих биологических процессах: биологические свойства, особенно организмов растений, могут резко измениться в условиях продолжительной невесомости, вибрации, космических излучений и целого ряда других известных и неизвестных причин.

Возникает проблема: как же предохранить будущих путешественников от такой опасности? Разумеется, невозможно взять с собой в качестве запасных частей растения и животных, входящих в замкнутый экологический цикл кругооборота веществ.

Вот почему взгляды ученых, занимающихся этими проблемами, снова обращаются к патентам живой природы. В этом отношении весьма заманчивой представляется перспектива изоляции космонавтов в специальном помещении космического корабля на время большей части длительного путешествия и перевода их в состояние анабиоза или гибернации, чтобы затем в необходимый момент автоматически или по команде с Земли безопасно вернуть их к нормальной температуре и к жизни.

Почему же ученые сосредоточили свое внимание на этом уникальном биологическом явлении, стремясь моделировать его применительно к космонавтике?

Прежде всего наиболее правлекательно то, что животные в состоянии анабиоза или зимней спячки расходуют намного меньше кислорода и не нуждаются в пище. Кроме того, доказано, что у них повышается устойчивость к неблагоприятным факторам окружающей среды. Исключительно интересной особенностью состояния анабиоза или зимней спячки у животных является их повышенная устойчивость к неблагоприятным воздействиям. Так, например, установлено, что инфекционные болезни у таких животных не развиваются даже при искусственном заражении, а многие яды, смертельные для их организма в обычных условиях, в состоянии анабиоза или гибернации для них абсолютно безвредны. Доказано даже, что, когда такие животные были подвергнуты смертельной дозе ионизирующего облучения, они все равно выжили, так как у них в такой период сильно понижен обмен веществ и после пробуждения их жизненные функции протекали вполне нормально.

Эта временная устойчивость к заболеваниям, ядам и особенно к опасной радиации исключительно важна для будущих длительных космических полетов. Если принять во внимание вероятность того, что космическому кораблю придется проходить через зоны опасных космических излучений, станет ясно, какое значение имеет обеспечение защиты космонавтов от ионизирующей радиации.

Кроме того, дальние космические полеты будут осуществляться при скоростях, близких к скорости света. Это выдвигает со своей стороны перед космической биологией новые проблемы. При подобных полетах живые организмы будут подвергаться длительному влиянию повышенных ускорений. Следовательно, ученым необходимо заблаговременно выяснить, смогут ли космонавты безболезненно вынести подобное испытание.