Чтение онлайн

— Хорошо, — согласился я. — Но если мы спасём ей жизнь, а ты нас обманешь…

— Не обману, — твёрдо сказал лекарь. — Даю слово.

Дарс активировал полевого хирурга и перевёл его в режим хирургического вмешательства. Устройство просканировало пациентку ещё раз и начало подготовку к операции.

Следующий час прошёл в напряжённой работе. Полевой хирург методично устранял внутренние повреждения, останавливал кровотечение, восстанавливал повреждённые ткани. Гализ наблюдал за процессом с нескрываемым восхищением, изредка задавая вопросы о принципах работы устройства.

Наконец, индикаторы полевого хирурга замигали зелёным: операция завершена успешно. Девушка стала дышать ровно.

— Невероятно, — прошептал Гализ, проверяя пульс пациентки. — Она будет жить. Полностью восстановится.

И только здесь понял, в чём дело. Когда он склонился над ней. Девушка оказалась очень похожа на Гализа. Наверняка дочь, решил для себя. Хотя никогда раньше не слышал о том, что у него были дети.

— Теперь твоя очередь, — напомнил ему. — Показывай скафандр.

На этот раз лекарь не стал возражать. Он провёл нас в небольшое подсобное помещение, где среди разнообразного хлама лежал знакомый силуэт.

Мой скафандр. Потёртый, местами поцарапанный, но он. Сердце ёкнуло от надежды.

— Вот он, — сказал Гализ, указывая на скафандр. — Женщины нашли его на берегу три года назад. Говорили, что рядом лежали останки какого–то морского чудовища.

Подошёл к скафандру и внимательно осмотрел его. Внешние повреждения были весьма значительными — несколько глубоких вмятин от зубов дратора на заднем ранце вывели из строя основные системы. Судя по всему, резервные системы на груди тоже пострадали от его зубов, но вроде выглядели целыми.

— Медицинский блок, — прошептал, находя нужную панель и приложив её к руке.

Реакции никакой не последовало. За эти годы скафандр разрядил все накопительные блоки энергии, что на нём были установлены. Хотя сам блок оказался в удивительно хорошем состоянии — защищённый дополнительной бронёй, он пережил и схватку с дратором, и годы хранения в лавке. Тогда снял батарею с рации и попытался активировать с её помощью скафандр. Информационный блок на руке на мгновение включился и сразу отключился.

— Понятно, — сказал сам себе. — Запущу. — пробормотал сам себе, рассматривая старого знакомого.

— Отлично, — сказал Дарс, заметив моё выражение лица и подслушав меня. — Значит, старик сможет сделать то, что обещал?

— Точно скажу у глайдеров. Не хватает мощности батареи рации, чтобы запустить скафандр. Но скорей всего сможет, — кивнул, аккуратно сворачивая свой скафандр. — Теперь у него есть всё необходимое.

Гализ тем временем изучал полевого хирурга, его лицо светилось от восторга.

— Это изменит всё, — бормотал он. — С таким оборудованием смогу помочь гораздо большему количеству разумных.

— Гализ, да ты идеалист, — услышав это, ответил ему.

— И что в этом плохого? — спросил он в ответ.

— Плохого? А ты знаешь о том, что с помощью кодов, что дал тебе, искин в ратуше может стрелять из орудий, установленных на городских стенах? — предупредил я.

— По кому стрелять? — удивлённо спросил он.

— А это уже тебе решать. Вот захотят дагарцы снова к вам приплыть, и уже тебе придётся решать — топить их корабли или не стоит. Или пускай они высаживаются на берег и творят в городе то же, что и в прошлый раз, или ты решишь прикончить их в море.

— А почему тогда в прошлый раз не стреляли по ним? — озадаченно нахмурился Гализ.

— Это вопрос точно не ко мне. Нас здесь не было тогда. Кстати, за эти годы Тагир вместе с Дамиром вырезали в Таргороде несколько семей купцов полностью. В том числе и семью Малаха, а его самого долго пытали под ратушей.

— Умер Малах, значит… Не удивлён, — мрачно кивнул лекарь.

— Так что предупредил тебя насчёт этих кодов, а дальше уже тебе решать. Кому жить, а кому умереть.

— Понял тебя, — задумчиво ответил лекарь.

Мы покинули лавку лекаря и направились обратно к глайдерам.

— Рик, — сказал Дарс, когда мы шли по тёмным улицам Таргорода, — а зачем ты ему сказал, что все погибли у Малаха, как и он сам?

— Так надо было. Сейчас сарафанное радио разнесёт по городу всем о его гибели, — пожал плечами я.

— Тогда стоило ему сказать и о гибели моих жён, — с горечью заметил Дарс.

— Так, сам стоял, молчал.

— Слушай, ты действительно готов рискнуть жизнью ради возвращения своего прежнего облика? — серьёзно посмотрел на меня друг.

— Готов, — ответил без колебаний.

— Но дети привыкли к тебе такому, какой ты есть. Айли любит именно такого отца.

— Айли псион. Она почувствует, что это по–прежнему тот же человек, только выглядит по–другому. А вот остальные… — замолчал я.

— Что остальные?

— Здесь всё сложнее, — честно признался. — Возможно, придётся всё начинать заново.

Мы дошли до глайдеров в молчании, каждый погружённый в свои мысли.

— Летим к старику сразу? — спросил Дарс, забираясь на глайдер.

— Нет, сначала домой. Хочу провести время с детьми, пока ещё остаюсь таким, каким они меня знают.

— А если процедура пройдёт неудачно?

— Тогда это будет моё последнее с ними проведённое время, — ответил ему. — Ещё одна причина провести его вместе.

Мы быстро добрались до флаера. Запитал скафандр от бортовой сети. Информационное табло сразу засветилось и прислало запрос на идентификацию. Вложил руку в скафандр и сразу почувствовал, как палец укололо. После чего скафандр послал меня подальше и потребовал бывшего владельца, что неудивительно — ДНК у меня была другая, а также начал жаловаться на полученные повреждения.

— Порядок работает, — ответил Дарсу, внимательно наблюдавшему за моими действиями. — Данные сохранились.

— Классный скафандр, похоже, — протянул он с любопытством.

— Тоже пиратский трофей.

— Да ты гроза пиратов! — воскликнул Дарс с восхищением.

— А я тебе разве не говорил об этом?

— Ты сейчас серьёзно? — недоверчиво покачал головой.

— Абсолютно.

— Вот никогда бы не подумал, — пробормотал он с удивлением.

— Пора возвращаться. Ты со мной?