На Калиновом мосту над рекой Смородинкой
Шрифт:
– А? – очнулась я. – Слушаю, конечно.
Елена тут же вперила в меня недоуменный взгляд.
– Чем ты в своих полях занималась? – поинтересовалась сестра. – Лицо у тебя такое мечтательное, будто ты там королевича повстречала. Или единорога.
Вот что ей ответить? Ведь после этих «полей» мне никакой королевич не нужен, а единорог – тем более.
Сегодня до самого вечера мы с Владом бродили по улицам и паркам Ладари – столицы нашего маленького государства. Пили вино, ели сладости, о чем-то говорили и целовались, целовались, целовались… Все события этого чудесного дня смешались в моей памяти в единый быстрый хоровод. Чувства, которые сначала меня испугали и озадачили, были окончательно отпущены на волю, и я полностью, безоговорочно позволила себе наслаждаться происходящим.
Ближе к сумеркам Влад перенес меня к развилке, на которой мы должны были встретиться с сестрой, и улетел восвояси. И вот теперь мы с Еленушкой шагаем домой, она мне оживленно о чем-то повествует, а у меня перед глазами стоят голубые очи, белоснежные волосы и сильные руки…
– Ваась! Ты уснула что ли?
– Извини. Что ты там рассказывала?
– Я там рассказывала, что Игнатушка мой через две недели в Ладарь уезжает. И что мне из-за этого тоскливо.
– О!.. Погоди! Это ты про сказочника своего толкуешь? Как-то быстро он стал ТВОИМ.
– Да много ли времени для этого надо? – мечтательно улыбнулась Елена. – Иногда и пары минут достаточно.
Уфф! Значит, я не одна такая, с чувствами бьющими через край. Прямо от души отлегло.
– А отчего же он так скоро уезжает?
– Занятия у него в университете начинаются.
– Так он студент?
– Он преподаватель.
Хм. А ведь я тоже скоро уезжаю, а Владу сказать об этом забыла.
– К чему все это тебе рассказываю, - продолжила сестра. – Я, Вась, теперь каждый день в деревню ходить буду. Чтобы ни одного денечка до самого его отъезда не упустить.
– И я с тобой, - тут же сказала я. – Мне в полях понравилось. Солнышко греет, вита струится, хоть ложкой ешь, да и матери спокойнее будет.
– Вот и хорошо, - обрадовалась моя двойняшка.
До самого дома Елена расписывала мне какой ее Игнатушка умный, красивый и работящий. Я слушала, в нужных местах кивала и поддакивала, а сама то и дело возвращалась мыслями к своей прогулке по Ладари.
На следующий день «к подружкам» мы отправились сразу после завтрака.
Стоило подойти к развилке, как оказалось, что нас там уже дожидаются – у самой дороги в нетерпении топтался широкоплечий загорелый парень вполне себе приятной наружности. Увидев Елену, он расплылся в широкой улыбке счастливого дурачка (это, к слову, нормально – все мужики на мою сестрицу так реагируют). Однако, увидев рядом с ней меня, вдруг как-то напрягся и улыбаться перестал. Это, впрочем, тоже нормально – я когда ленкиных хахалей вижу, грозной становлюсь и сердитой. Елена эту мою особенность знает, поэтому чмокнула меня в щеку и быстренько со своим Игнатушкой поскакала в сторону деревни.
Я же снова отошла от развилки подальше и подула в волшебный свисток. Через минуту мою талию уже обнимали нежные мужские руки.
– Здравствуй, моя красавица, - сказал Влад, прижимая к себе.
Я повернулась к нему лицом, и сразу же утонула в бездонных голубых глазах.
– Я принес тебе подарок, - улыбнулся воздушник, нежно поцеловав меня в губы. – Смотри.
Он протянул мне маленькую бархатную коробочку. Я открыла ее и восхищенно ахнула – внутри лежало небольшое белое блюдце с затейливой голубой каймой и маленький серебряный шарик – магическое средство связи.
– Это чтобы мы с тобой могли поговорить в любое время дня и ночи, - пояснил Влад.
– А оно будет работать в Лихолесье? – с сомнением спросила я.
– Теоретически должно. Это обычный переговорник, никаких особых чар на нем нет.
– У меня есть такой, - сказала я, рассматривая подарок со всех сторон. – Только он в Элории, в общежитии. Во время учебы я через него беседую с мамой.
– А теперь у тебя будет переговорник для разговоров со мной. Он тебе нравится?
– Очень, - я встала на цыпочки и чмокнула воздушника в губы. – Спасибо. Ты принес накопитель?
– Да, - спохватился Влад, покопался в карманах и протянул мне зеленоватый флакон.
Я уселась на землю и уже через минуту протянула его воздушнику полным до краёв.
– Куда бы тебе хотелось сегодня отправиться, Василиса?
– Все равно, - улыбнулась я. – Куда отнесешь, туда и отправлюсь.
– Мне кажется или ты сегодня грустная? – Влад сел на землю рядом со мной.
– Ну как сказать… Нам с тобой скоро предстоит расстаться. И это меня несколько удручает.
– Расстаться? – удивился кащ. – Почему?
– Через пару недель начнется новый учебный год, и мне нужно будет уйти в Элорию.
Выражение лица Влада стало задумчивым.
– Верно, - медленно сказал он. – Я как-то совсем забыл, что ты еще студентка.
– Успею ли я наполнить витой твой артефакт?
– Вряд ли. Но ведь мне это не к спеху. Хуже другое – расставаться с тобой я морально не готов.
Я улыбнулась и прильнула к его плечу, а он снова прижал меня к себе.
– У тебя будет две с половиной недели, чтобы к этому подготовиться.
Он усмехнулся, встал на ноги и потянул меня за собой.
– Ты когда-нибудь была в горах?
– Нет.
– А хочешь побывать?
– Конечно!
– Тогда полетели!
***
Домой я вернулась в том же романтическом мечтательном настроении, что и вчера. После маленького путешествия в зеленую горную долину, в которой мы с Владом провели весь день, даже Игнатушка, проводивший Елену до нашей развилки, показался мне милым и очень симпатичным.
Пока мы с сестрой шагали к Лихолесью, я снова в полуха слушала ее восторженный рассказ о том, как здорово они погуляли, предвкушала завтрашнее свидание, а еще с нетерпением думала о том, что перед сном опробую свой новый переговорник.
На крыльце терема нас встретила мама.
– Припозднились вы сегодня, егозульки, - улыбнулась она. – Я уж одна поужинала. Ступайте в горницу, там дедуля для вас каши припас.
Лично мне есть совсем не хотелось – Влад сегодня плотно накормил меня мясом, запеченым на углях по какому-то чудному рецепту. Но для конспирации хотя бы пару ложек каши проглотить стоило. Впрочем, только я подумала о светловолосом воздушнике, как перед глазами встала изумрудная трава, яркое солнце и мягкие губы, которые нежно касались моей шеи…
Из нахлынувшей задумчивости меня вывела мама – когда я проходила мимо нее, она вдруг крепко меня схватила за локоть и тихо спросила:
– Василиса, сильно ли ты голодна?
– Не очень, - удивленно призналась я.
– Тогда давай пошепчемся.
Я удивилась еще больше, но безропотно пошла за ней. Варвара привела меня в кухню, где мы с сестрой обычно готовили свои снадобья, потом приподняла пальцами мое лицо и несколько секунд при свете светильника рассматривала белки глаз. Устало вздохнула и кивнула на стоявший рядом стул.