На карнавале чувств
Шрифт:
Ей не следовало оставаться.
Волшебная ночь закончилась.
Почему она не ушла еще до того, как он проснулся?
– Мэтт.
Теплые губы оторвались от ее шеи.
– Неужели ты собираешься сказать, что тебя сейчас ждут где-то в другом месте? Приятно было познакомиться, но вечеринка окончена?
Неужели ее так легко разгадать?
– Меня нигде не ждут.
Ну и зачем она в этом призналась? Теперь, если ей вдруг придется спасаться бегством, нужно придумывать какой-то совершенно новый предлог.
– Тогда не уходи.
Осторожно притянув Эву к себе, Мэтт целовал ей шею и плечи, стремительно раздувая не потухшие за ночь угли.
Ладно, пока что она никуда уходить не станет. Но и со спины они этого делать больше не будут. По крайней мере не сейчас.
Повернувшись в крепких руках, Эва обвила Мэтта ногами и улыбнулась.
– Только попробуй меня сбросить, ковбой.
– Не все в Техасе ездят верхом, – усмехнулся Мэтт.
– А кто тут говорит о лошадях?
Толкнув в грудь, Эва повалила его на постель, а сама уселась сверху, любуясь распростершимся под ней красавцем.
Насмешливо улыбаясь, Мэтт смотрел на ее обнаженное тело, и в его глазах явно читалось желание.
– Твоя очередь доставать презервативы.
Послушно потянувшись за защитой, Эва зубами разорвала упаковку.
– Тогда в седло, дорогая. – Закинув руки за голову, он снова улыбнулся. – На этот раз можешь меня даже не связывать.
А связала она его тогда только для того, чтобы хоть как-то унять кипевшие в них страсти. Но из этого ничего не получилось.
– Тебе, я смотрю, понравилось?
Легкомысленный ответ сорвался с губ Эвы раньше, чем она успела прикусить язык. Зачем опять начинать какие-то игры и дурачиться, когда ей больше всего хочется, чтобы с ней снова был тот вчерашний, нежный и ласковый, едва ли не боготворивший ее Мэтт?
Что это вдруг с ней? Она же всего пять минут назад собиралась уходить…
И все из-за Мэтта.
– Думаю, мне придется немало потрудиться, чтобы найти в тебе что-нибудь такое, что мне не понравится.
– А не боишься, что я специально поведу себя так, чтобы тебе не понравилось?
– Нет, не боюсь. Ты не станешь этого делать.
Отвернувшись, Эва уронила презерватив на кровать.
– Ты совсем меня не знаешь.
Да и никто ее по-настоящему не знает. При одной мысли, что она до конца откроется какому-нибудь человеку, а потом этот человек ее отвергнет, Эве становилось плохо. Почти так же, как когда она в очередной раз вспоминала, что она не нужна даже собственному отцу.
– Неправда. – Привстав, Мэтт снова усадил ее на себя и погладил по щеке. – Я узнал тебя, как только ты сняла маску.
От такого признания ее сердце провалилось в какую-то бесконечную пропасть и на пару секунд совсем перестало биться.
– Узнал?
Так почему же он тогда ничего не сказал? Но что в этом удивительного? Просто ему, как и любому мужчине на его месте, захотелось поиметь известную певицу. От накатившего разочарования Эва едва не заплакала.
– Узнал так, словно какая-то часть меня всегда тебя знала. – Улыбнувшись, Мэтт покачал головой. – Извини, я никогда не был силен в таких признаниях и говорю, как какой-то не в меру восторженный подросток.
– Ты о чем?
– Сам не знаю. Со мной еще никогда ничего подобного не было. – Бездонные глаза Мэтта буквально молили о понимании, но Эва была слишком занята нараставшей в груди паникой, чтобы вслушиваться в его слова. – И мне показалось, что ты тоже это почувствовала.
Так вот он о чем.
Ее сердце снова начало осторожно биться.
– Когда я в первый раз тебя поцеловала, мне показалось, что это уже не первый раз. Ты об этом?
– Точно. Между нами все… просто невероятно правильно. Вот, например, мы сейчас сидим голыми в кровати и все это обсуждаем, и мне это совсем не кажется странным.
– По-моему, все идет вполне неплохо. – Эва нерешительно улыбнулась.
– По-моему, тоже. Я знаю о тебе все, что мне нужно, бабочка моя.
С этими словами его губы нашли ее губы, вновь заставляя мечтать о том, о чем ей мечтать совсем не следовало. Например, о еще одной ночи в руках мужчины, который явно не спешит выгонять ее за дверь. В руках мужчины, рядом с которым она чувствовала себя чем-то дорогим и важным.
Но если она останется, сколько все это продлится?
Чем быстрее она уйдет, тем быстрее потухнет огонь.
Но стоит ей только уйти, как она снова окажется в реальном мире, где она никому не нужна. И почему-то теперь ей была ненавистна одна эта мысль.
Так почему бы не остаться с Мэттом, рядом с которым она может чувствовать себя самой обыкновенной женщиной? Да еще вдобавок желанной? Но если она останется, то тем самым как бы согласится еще больше с ним сблизиться. А ничем хорошим это не закончится.
Эва пристально посмотрела в его бездонные светло-голубые глаза.
В сотый раз целуя сидевшую на его коленях Эву, Мэтью чувствовал, что еще немного, и он взорвется.
Эта ночь стала для него настоящей сказкой, да и утро обещало оказаться ничуть не хуже.
Не успел он еще до конца проснуться, как испугался, что прекрасная женщина уже испарилась в лучах солнца, но она оказалась рядом. Теплой и живой. С разметавшимися по подушке волосами, она глубоко дышала во сне, заполняя собой доселе пустую и холодную постель.
Ночь кончилась, но Мэтью ее не хватило. Он еще не был готов сказать ciao.
Крепко обвив руками и ногами, Эва потянула его к себе еще ближе, хотя он и так уже практически вошел в нее. И что-то ему подсказывало, что стоит всего лишь раз в нее вонзиться, как он сразу зайдет за грань.
Сгорая от внутреннего огня, Мэтью застонал и негнущимися пальцами потянулся за презервативом.
Все еще не в силах оторваться от ее губ, он слегка отстранился, надевая на себя защиту. И только тогда он наконец-то приподнял Эву и усадил на себя, а она едва слышно выдохнула его имя, сливаясь с ним в единое целое.