Чтение онлайн

– Идиотка, – сказал он. – Ты должна отчитываться передо мной о каждом своём гребаном действии. Я тебе тут не шутки шучу.

«Я тоже не шучу шутки…» – пронеслось в ее голове.

Глаза Марии жгло, словно кто-то выплеснул ей в лицо миску лимонного сока, но нет, это были всего лишь горькие слёзы обиды.

«Ты должна что-то делать, должна бороться», – советовал ей таинственный голос из-за могильной плиты.

И это было единственное, что она должна.

– Я не твоя вещь, – тихо сказала Мария.

– Ты моя жена, а значит, принадлежишь мне.

– Я принадлежу только самой себе.

– Себе ты принадлежала тогда, когда была в той дыре, из которой я тебя вытащил. Ты должна быть мне благодарна за то, что теперь живешь в этом доме, ешь мою еду и прилично одеваешься. Твоя жизнь была полным дерьмом, но благодаря мне она стала лучше. Взамен я прошу хотя бы каплю уважения. Это так для тебя сложно?

– Я тоже хочу уважения. Я бы уважала тебя, если бы ты делал то же по отношению ко мне!

– Разве я тебя не уважаю? Я трачу на тебя столько денег, покупаю красивые платья, дорогие украшения! Что тебе ещё надо, сука ты неблагодарная?! А знаешь, мне это надоело. Мое терпение не резиновое. Давно пора было заняться твоим воспитанием, ведь каким отбросом ты была, таким и осталась. Вставай.

Одним движением он поставил ее на ноги и потащил куда-то по коридорам особняка.

– Ч… что? Что ты делаешь? Пусти меня! – сопротивлялась Мария, но как ни старалась, вырваться из его стальной хватки никак не могла.

Когда он волок ее, как куль с картошкой, через кухню, на дороге возникла одна из служанок, которая, увидев столь ужасающую картину, закрыла руками рот и спряталась за первым попавшимся поворотом. Мария не могла этого не заметить, поэтому бесконечное чувство одиночества захлестнуло ее с ног до головы. Никто не придёт ей на помощь, никто за неё не заступится, так она и сгинет в этом доме, никому ненужная и глубоко несчастная.

Хосе притащил Марию к чулану, где хранились ненужные вещи, и затолкнул ее внутрь. Мария упала, проехавшись ладонями по шершавому полу, и всадила в кожу несколько крупных заноз.

– Сиди тут и думай о своем поведении, – не без удовольствия сказал он, точно был кровожадным учителем, который придумал нерадивому ученику самое изощренное наказание и теперь предвкушал узнать, что в конце концов из этого выйдет.

– Хосе, пожалуйста! – Мария поползла к выходу, но Хосе уже захлопнул дверь и запер ее снаружи на щеколду. – Хосе! Неужели ты меня тут оставишь?! Хосе?..

Ответом на это ей были только удаляющиеся шаги, от звука которых внутри все сковало холодным ужасом, постепенно переходящим в бессильное отчаяние. Мария скатилась вниз, свернувшись перед дверью в клубочек, будто дворовая собачонка, и тихо заплакала.

Вся его злость, все его наказания были до ужаса утрированными. Возникло ощущение, что ему просто нравится делать ей больно и он ищет надуманный предлог – разлитый чай, «неподобающие» слова с ее стороны или что-то ещё. Может, так он ощущает какую-то силу, которой на самом деле не обладает, ведь разве это сила, когда унижают тех, кто не может дать сдачи?

– Ты не такая слабая, Мария, – услышала она знакомый голос, обладатель которого будто бы находился рядом, хотя на самом деле поблизости никого не было.

– Эулохио? – спросила она и даже оживилась.

Если она и спятила – пусть. Слушать тёплый бархатный голос было приятно. Так она чувствовала себя не такой одинокой.

– Да, – ответил он.

– Вы ведь призрак?

– Вроде того.

– Вы… как вы тут оказались?

– Проследил вчера за тобой и решил, что моя помощь точно не будет лишней.

– Чем вы можете мне помочь?

– Добрым словом. Хотел бы я сделать для тебя что-то большее, но, к сожалению, не могу.

– Я не выдержу этого. Наверное, я должна умереть. Если вы призрак, скажите: мир, в котором вы сейчас находитесь, лучше этого?

– Не скажу, – категорично ответил Эулохио. – Но скажу, что твой конец не должен быть таким. В твоих руках изменить то, что происходит.

– Как я это сделаю? Он… он ненормальный. Я не знаю, как я это могу изменить.

– Он ненормальный, – подтвердил бесплотный голос. – Таких ненормальных не должно быть.

Мария слабо возразила:

– Но они все же есть.

– Как есть, так может и не быть.

– Что вы имеете в виду? – не поняла она.

– Ты говоришь, что должна умереть, но я не думаю, что он заслуживает жизни больше тебя. Умереть из вас двоих должен именно он.

– Но… вы же не хотите, чтобы я с ним что-то сделала?..

– А как иначе, Мария? Рано или поздно он тебя убьет. Может, не своими руками, доведет до самоубийства, но разве это не будет равносильно убийству?

– Я не думаю, что способна на такое… Я не смогу этого сделать.

– Ты находишься в такой ситуации, что либо ты, либо тебя. Подумай над этим. Хочешь ли ты иметь право на счастливую жизнь? Она вполне может у тебя быть, но за любое счастье нужно заплатить определенную цену. Именно тем счастье и примечательно, что его так трудно достичь.

***

Пока Мария сидела взаперти, у неё было предостаточно времени, чтобы всерьёз поразмыслить над словами Эулохио. Она перебирала в мыслях различные способы избавления от Хосе – например, можно подсыпать яд в еду или напиток, «случайно» столкнуть его с лестницы, задушить подушкой во сне или напасть с ножом со спины, – и совершенно не представляла себя в роли убийцы. Убить человека, тем более мужа, пусть и дрянного, – страшно.

Хосе вернулся через несколько часов и отворил дверь.

– Чтобы вечером была у меня, – бросил он, даже не удосужившись проверить, в каком состоянии пребывает его ненаглядная супруга, столько времени просидевшая в тесном, душном чулане. Будто ничего не произошло, он зашагал прочь.

Мария выбралась в коридор и с ненавистью посмотрела вслед его удаляющейся фигуре. Разумеется, она поняла, для чего он ждет ее вечером. Он называл это супружеским долгом. Вот только после всего случившегося она совсем не хотела его исполнять.

– Ему это будет неважно, – шептал ей на ухо Эулохио. – Он возьмёт тебя против воли. Ты должна быть готова. Ты должна защитить себя.