На краю вечности. Книга 2
Шрифт:
— Слово «нет» тебе, похоже, незнакомо? — увидев меня, усмехается новая хозяйка дома. — Впрочем, как и твоему брату. В этом вы с ним как близнецы.
Ко мне подскакивает охрана, но девушка жестом запрещает им меня трогать.
— Надо поговорить, — ровным тоном произношу я. — Может, оденешься? Беседа будет серьезной.
— Будет лучше если ты поднимешься ко мне, — подумав, говорит Антонелла. Мне не нравится это предложение, но я решаю согласиться. Она быстро поднимается наверх, я неспешно иду следом. Мы входим в комнату. Закрываю за собой дверь и приваливаюсь к ней спиной. Амати сбрасывает с себя халат, подходит к шкафу и начинает выбирать одежду.
— Чего ты хочешь? — спрашивает она, натягивая на себя джинсы.
— Чтобы ты забрала свое заявление против Ви, — говорю я. Антонелла громко смеется.
— Ты зря потратил время. Этого никогда не будет, — вплотную подходя ко мне и глядя в глаза, резко произносит она. — А если будешь настаивать — с тобой случится тоже самое.
— Нет, милая. С тобой это произойдет, — говорю я, смотря ей в лицо. — Мой друг — Кай Веге поведал мне, кто его нанял чтобы устранить Андреа. А потом и Катерину, так как она является настоящей наследницей твой любовницы по линии крови. И он готов повторить слово в слово в разговоре с жандармами.
— Блефуешь, — со скучающим видом, реагирует Антонелла.
— Отнюдь. Но знаешь, это не все. Если ты не согласишься на мои требования, я передам Америго где тебя искать. Он больше не будет добрым и ласковым, ты же понимаешь. Я даже боюсь представить, какой способ он изберет, чтобы убить тебя.
— В свое время ты за этим меня спасал? Чтобы потом издеваться? — зло спрашивает Антонелла. Берет с постели блузку и накинув ее на себя, спешно застегивает пуговицы.
— Поверишь ты или нет, но я искренне сожалею об этом. Столько бы других жизней сохранил, — честно говорю я. Антонелла свирепеет.
— Ненавижу, — сжимая кулаки, сквозь зубы цедит она, вскидывая подбородок. — Если ты вынудишь меня пойти против моей воли, жить тебе останется недолго!
— Если я внезапно погибну, признание Кая тут же попадет к законникам, — спокойно отвечаю я. Достаю диктофон и включаю запись с Каем. — У тебя две минуты, чтобы собраться. Выкинешь фортель — и я сам убью тебя.
Антонелла бросается на меня дикими зверенком. Вцепляется зубами в горло, пытается разодрать мне ногтями лицо. Но я быстро справлюсь с ее яростью, скрути ей руки за спиной.
— Иуда! — шипит она.
— Спокойней, дорогая. Вдох-выдох, — тихо говорю я, склоняюсь к ее уху. — Не стоит испытывать мое терпение. Оно у меня сегодня на грани.
Антонелла клокочет от злости, но тем не менее, подчиняется мне. Через пять минут мы вместе выходим из дома и отправляемся в жандармерию.
Вот уже два дня я не могу дозвониться до Астрид. Обычно, когда законница не желает разговаривать, то просто сбрасывает. Сейчас же никто не берет трубку. Через полчаса повторяю попытку, но теперь телефон выключен. Нехорошая догадка мгновенно вспыхивает в сознании, и я отправляюсь домой к мадам Пайпер.
На звонок в дверь никто не выходит. Машина женщины стоит возле дома. Заглядываю внутрь салона. С удивлением обнаруживаю, что ключ вставлен в зажигании. Значит, она собиралась куда-то ехать, но в последний момент что-то или кто-то заставил ее передумать. Вспоминаю, как был похищен Алонсо. Тот тоже не успел сесть в машину, когда убийца вынудил его уйти с ним.
Забираюсь на свое любимое дерево, чтобы заглянуть в комнаты дома. Меня ждет очередное разочарование — там пусто. Спрыгиваю на землю, отряхиваю руки и понимаю, что у меня остается всего один вариант — взлом.
Открыть дверь не составляет никакого труда. Замок легко поддается, и я оказываюсь в маленьком коридоре. Здесь все еще пахнет Шанелью. Значит, мадам покинула свое жилище не так давно. Заглядываю в гостиную. Там царит идеальный порядок и чистота. Все вещи на своих местах, ничего лишнего. Иду в спальню. Постель аккуратно застелена, на нее небрежно брошен шелковый халат. Заглядываю в шкаф. Он до отказа забит платьями, чемодан на колесиках лежит на нижней полке. Мысль о том, что она могла взять и спешно сбежать от той жизни, которой ей пришлось жить, отпадает. Да и не из тех она существ, чтобы бежать от трудностей.
Просматриваю бумаги, что лежат у нее на прикроватной тумбочке. Ничего, что бы указывало на причину ее исчезновения. И это может значить только одно — скорее всего мадам уже нет в живых.
Понимаю всю абсурдность своего предположения, но все же решаюсь проверить то место, где нашли убитым Алонсо. Маловероятно, что он мог продолжать совершать свои преступления там же, где уже побывала целая толпа жандармов и экспертов, но зная, кто он, меня бы такое не удивило.
Добираюсь туда быстро. Быстрыми шагами иду к дому, вокруг которого пестрят дежурные ленточки фиолетового цвета. Оглядываюсь по сторонам. Ни одной живой души поблизости. Для успокоения нащупываю за поясом пистолет.
Вламываюсь в подвал. Затаив дыхание, спускаюсь по лестнице. Запах крови дразнит и заставляет вспомнить о голоде. Значит, он был здесь… Миную последнюю ступеньку, сжимая в руках оружие, выхожу на середину. Никого. Лишь в центре на полу большая лужа крови и прядь белокурых волос, наполовину ставшая багровой.
Осознание того, что Астрид умерла, неожиданно вгоняет меня в тоску. И это вызывает удивление. Ведь я сам желал ей смерти, столько раз рисовал в своем воображении, что наступит такой день и я смогу поквитаться с ней за все, что она меня вынудила сделать. А теперь, когда кто-то уничтожил ее, освободив меня тем самым из ее цепких лап, у меня не проходит ощущение горькой потери. Что это? Внезапно всплывшая человечность? Стокгольмский синдром? Стоит ли искать ответ на это? Как это ни грустно, он какое-то врем мне будет ее не хватать.
Айлин уже дома. Она еще до конца оправилась от аварии, но ей уже значительно лучше. Переломы срослись, раны затянулись и превратились в едва заметные шрамы. Поднимаюсь к ней в комнату, чтобы поболтать и узнать, как у нее дела. Но прежде, чем успеваю взяться за ручку, слышу голос Америго:
— У меня есть свой дом в Кейптауне. Знаешь, это по-настоящему райское место! Переехав туда, наконец понял, что такое иметь свой угол, осесть где-то. Там, я ощущаю себя счастливым. Океанское побережье, белый песок. Ветер, пропитанный запахом солнца и свободы, с легким привкусом соли. Рядом с местом, где живу, расположен маяк. Иногда я пересекаюсь с его смотрителем. Это древний дед, с длинной, седой бородой. Он никогда не расстается со своей серой кепкой. Не удивлюсь, если он даже спит в ней… А еще он мастер рассказывать истории. Поначалу и не поймешь — правда это или вымысел. Но потом становится неважно — настолько это ладно и интересно у него получается… Я бы хотел познакомить тебя с ним. Вы бы подружились и по вечерам он бы угощал тебя крепким чаем со сладостями, которые сам готовит.
Нет, ну надо так размечтаться? Усмехаюсь про себя. В дверь настойчиво звонят, и я не слышу, что ему отвечает Айлин. Сбегаю вниз, чтобы узнать кого принесло. Дэшэна нет дома, он отправился на поиске жилья поблизости. Мне удалось убедить его, что близнецам небезопасно жить рядом с вампирами и он ко мне прислушался. Отворяю, вижу на пороге юношу в форме курьера.
— Могу я увидеть мистера Зотикуса Дорадо? — наклонив голову вбок, интересуется он.
— Это я.
— Простите, но вы можете предъявить какой-то документ, удостоверяющий, что это действительно вы? — смущенно просит он. Достаю из кармана пиджака регистрационную карточку, показываю ему. Тот довольно улыбается. — Эту коробку вам просила передать госпожа Пайпер. Лично в руки.