На краю времени, на пороге мира
Шрифт:
«И он приказал меня убить?!! Невозможно!»
Но тоненький, едва слышный голосок уже подсказывал Гилу, что – возможно. Очень даже. Два проступка для мага Закрытого города – это уже слишком, даже если этот маг был одним из самых лучших учеников…
«А ты, дурачок, хотел вернуться в Закрытый город!»
Гил стиснул зубы. Невероятным, запредельным усилием бросил свое тело в самую гущу орешника. Сейчас главное – скрыться из виду, потеряться. А дальше?
– А дальше – тебе придется его убить, Гил, – промурлыкал голос. Бесплотный женский голос, который уже не раз заговаривал с ним, делая намеки – но никогда не договаривая до конца.
– Да кто ты такая?!! – яростно огрызнулся Гиллард, – хоть бы раз показалась!
– Ты все увидишь. Позже. В гнезде Куниц.
Он пополз вперед, стараясь не шуметь. С какой стороны ни глянь – а ведь голос прав, и сейчас придется либо расправиться с подосланным убийцей, либо… Погибнуть самому.
Маневр удался, да так хорошо, что Гиллард и сам не ожидал. Маг Закрытого города стоял, прислонившись спиной к кряжистому дубу и, вероятно, полагал, что Гиллард должен находиться совсем с другой стороны.
«Ну что ж… Прости меня, брат».
Сила потекла из плетеного браслета, собираясь тяжелыми каплями в пальцах; Гиллард, прицелившись, толкнул ее вперед, большим лохматым шаром… Все, что успел сделать подосланный убийца – это вскрикнуть, поднять руку, для отражения заклятья… Но – было слишком поздно. Сила удара оказалась столь велика, что мага словно вдавило в дерево. Завоняло паленым мясом, поплыл густой дым.
Гиллард поспешно выбрался из своего убежища, бросился к содрогающемуся в агонии телу – и его тут же стошнило.
Нет, конечно же, маг Закрытого города знал, чисто теоретически, что шар огня с легкостью прожигает человеческую плоть. Но – до сего дня Гиллард никогда, ни разу не видел результата действия этого заклятья. Все, что происходило в Закрытом городе, строилось на основе экспериментов и умозаключений. Все, что случилось сейчас – слишком разительно отличалось от того, к чему привык маг Гиллард Накори.
– П… прости… – с трудом выдавил он, стараясь не смотреть в застывшие глаза убитого, – прости меня… Ведь ты ни в чем не виноват. Да пребудет с тобой Хаттар.
Его бил озноб, руки тряслись, и зубы выстукивали барабанную дробь.
Похоже, пути в Закрытый город больше не было.
Глава 8
Северная провинция Империи
…К утру стало ясно, что у Гора начался жар, и что, хочешь – не хочешь, придется сделать привал. Глядя, как он тяжело слез с коня, Миральда только покачала головой. Везение в который раз решило обойти их стороной.
– Почему мы остановились? – только и пробормотал имн, – я готов следовать за тобой дальше.
– Мы передохнем и продолжим наш путь, – выдохнула ночница, – а сейчас ложись-ка, Гор. Я поищу нужные травы, чтобы тебе стало легче.
Она сама привязала коня, не забыв потрепать его по холке; животное глядело на нее со страхом, но не бесилось и не пыталось вырваться. Миральда даже расседлала его и, припоминая опыт человеческой жизни, обтерла сухой тряпкой. Затем, предоставив коньку право выбирать между кустом лещины и просто травой под ногами, ночница занялась поисками компонентов, из которых она могла бы приготовить снадобье для своего верного спутника.
Гор молча сидел под деревом и виновато поглядывал на нее, прекрасно понимая, отчего они делают остановку. И снова Миральда увидела на его лице странную печать обреченности, и снова ей стало немного страшно. Она поспешно юркнула прочь с полянки и занялась поисками травы. Зубастая волчанка, очищающая кровь, медвежье ушко, заживляющее и восстанавливающее силы, и синеглазка, вытягивающая любое воспаление. Все это в обилии росло по всей Империи, и Миральда, пользуясь острым обонянием нелюди, быстро набрела на кустики искомых трав.
Вернувшись, молча отломила кусочек коры и принялась растирать на нем компоненты, обращая упругие зеленые листочки и ярко-синие цветы в резко пахнущую кашицу. Гор, притаившись, как мышь, наблюдал за приготовлениями, но Миральда спиной чувствовала, как ему плохо – и как стыдно за то, что подвел. В общем-то, за то, что пострадал, спасая ее же.
– Я думаю, нет причин для беспокойства, – сказала Миральда, поворачиваясь, – я чувствую, что мы успеваем. Так что нет большой беды в том, если мы задержимся на день.
Хотя, положа руку на сердце, ночница была вовсе не уверена в сказанном.
Гиллард был далеко, и сможет ли Миртс защитить его от сестер печали?
Она аккуратно размотала куски полотна, ранее бывшие подолом ее рубашки, и осмотрела рану еще раз. Меч охотника за нелюдью скользнул по ребрам и рассек мышцы, не задев жизненно-важных органов; это давало надежду на быстрое выздоровление. Но вот слегка воспалившиеся края раны ей не понравились. Миральда вздохнула и вспомнила, как она в свое время исцелила Шениора д’Амес, последнего короля Дэйлорона. Теперь, к сожалению, такая магия была ей недоступна.
Пошарив глазами по земле, она подняла щепку.
– Ну-ка, возьми это в зубы. Сейчас тебе придется немного потерпеть.
И, как только Гор выполнил ее требование, Миральда усердно занялась лечением, стараясь, чтобы снадобье попало и внутрь раны.
… Когда повязка вновь была водружена на место, и бледный, как призрак, Гор улегся под деревом, Миральда отерла со лба трудовой пот и уселась рядом.
– Вот теперь все быстро заживет, – сказала она.
Гор бросил на нее печальный взгляд и промолчал.
Чтобы хоть как-то подбодрить его, Миральда добавила:
– Когда я найду Гилларда, то постараюсь сделать так, чтобы ты остался свободен. Ну, понимаешь? Я не хочу, чтобы ты вернулся в Кайэр, где тебя в конце концов съедят. Я хочу, чтобы ты остался жить с людьми…
В карих глазах кочевника блеснул осторожный интерес.
– Но… Я не могу уйти из Кайэрских топей!
– Это еще почему?
– Потому что… – он замялся, долго подбирая нужные слова, – потому что я не умею жить сам.