Чтение онлайн

Эмма встала на колени, подползла к дереву и, прижавшись к массивному стволу, уставилась в ночь, широко раскрыв глаза от ужаса и не сомневаясь, что сердце выскочит из груди в любую секунду. Следующие несколько часов она провела, перебирая в голове всевозможные жуткие исходы. Ее может ужалить какое-нибудь смертоносное насекомое или укусит крыса. Или пока она спит, огромный удав обовьется вокруг ее шеи и медленно выдавит из нее жизнь.

Эмме показалось, что прошла целая вечность, прежде чем ей удалось утихомирить свое воображение. Возможно, повлияло переутомление, или весь адреналин выгорел после крушения, но постепенно ее мысли и сердце успокоились, и паника, заполнившая мозг, сжалась до уровня горошины.

Эмма стала мысленно играть в игры — своего рода умственная терапия. Она создавала запутанные кроссворды и сама начисляла себе очки. Странный способ скоротать время, но девушка еще никогда не оставалась ночью одна в дикой местности. В юности она не ходила в походы. К двенадцати годам они с отцом остались вдвоем. Полтора года они прожили в Вашингтоне, округ Колумбия, где Эмма сходила в несколько приключенческих походов вместе с учениками школы-интерната, но это были однодневные экскурсии — пеший туризм, спуск на плотах или скалолазанье. Она даже не разжигала походный костер.

Постепенно Эмма утомилась от всех этих мыслей и погрузилась в менее напряженные занятия. Она сосредоточилась на грызущем голоде и представила себя в продуктовом магазине Сиэтла в окружении яблок, бананов и сочных апельсинов.

Но потом тишину ночи пронзили крики обезьян, которые прыгали с ветки на ветку и раскачивались на лианах, и удушающая тревога охватила Эмму с новой силой, так что у нее от страха даже закружилась голова.

Жизнь не подготовила ее к тому, что она окажется совершенно одна в тропическом лесу. И впервые она поняла, что темнота очень даже осязаема. Густая, колючая и жутковатая. И она пульсировала жизненной силой миллионов зорких животных и существ, которые видели в ней добычу, в доказательство чему руки и ноги Эммы были искусаны насекомыми. В какой-то момент посреди ночи она зачерпнула пригоршни влажной земли и размазала жидкую грязь по всем открытым участкам кожи.

Утром лес осветило солнце, но Эмма не спала ни минуты. Она даже задремать не смогла.

Сквозь просветы в кронах деревьев проникал солнечный свет, но конечности Эммы отяжелели и не слушались. Еще тяжелее было у нее на сердце.

Она поднялась в гору, но ей не удалось включить спутниковый телефон, и теперь она ковыляла вниз по склону к месту крушения самолета. Девушка боялась, что за ночь Мик так и не пришел в себя.

Еще ее страшила мысль, что она заблудилась.

Эмма пыталась спускаться строго вниз, но сегодня окружавшие ее деревья и растения казались другими. Она шла вниз, но все казалось совершенно незнакомым. Возможно, она где-то не там свернула.

Сохраняй позитивный настрой.

Девушка решительно продиралась сквозь заросли, упрямо переставляя ноги по чавкающей грязи. Она должна двигаться вперед, как морально, так и физически.

Эмма сосредоточила свое внимание на Мике. Если он окажется без сознания, она попытается напоить его, а потом накормить. Цель не казалась недостижимой, и она была уверена, что справиться с этой задачей. Она обязана. Выбора у нее нет. Доктор Дельгадо объяснил ей принципы элементарной медицинской помощи, к тому же недавно Эмма поступила в школу медсестер. Она справится с задачей накормить и напоить пострадавшего человека.

В рюкзачке у Эммы должен был быть злаковый батончик, но вчера она не могла мыслить ясно и оставила его в самолете. Всю ночь, она только о нем и думала, но теперь была рада, что не захватила рюкзак с собой, иначе давно бы его съела. Если бы у нее получилось заставить Мика съесть хотя бы пару кусочков и хоть ненадолго прийти в себя, может, он бы смог говорить и объяснил бы ей, как работает спутниковая связь…

Если он не сгорел, конечно. Эмма вспомнила запах гари, который ощутила вчера. Возможно, в результате катастрофы замкнуло электрическую систему самолета. Но если и так, у нее все еще оставался спутниковый телефон.

Девушка поправила ремешок на плече, чтобы тот не впивался в кожу. Она вытащила из своих штанов кожаный ремень и использовала его в качестве ремешка для телефона, чтобы было легче нести, правда, теперь штаны съезжали по бедрам вниз и ей приходилось постоянно их подтягивать.

Эмма продолжала спускаться по склону, стараясь не наступать на раненую ногу и избегая корней деревьев и лиан. Шла она медленно. Помимо того, что ей хотелось есть, она устала и у нее ныла лодыжка, она теперь была еще и расстроена. Ей не удалось запустить спутниковый телефон, и велик шанс того, что при падении он сломался.

Мысли позитивно.

Мик не умер. Он объяснит ей, как позвать на помощь.

Он не умер.

Не умер, не умер, не умер.

А что, если все же умер?

Слезы обожгли глаза.

— Прекрати, — прошипела она.

Она должна мыслить позитивно. Если негатив просочится в ее мысли, то она сдастся. Джунгли поглотят ее, и никто никогда ее не найдет. Несмотря на предостережение внутреннего голоса, она не осталась возле самолета, и вот теперь она заблудилась, хочет есть и…

Что-то блеснуло на солнечном свету. Это…?

Эмма пробиралась вперед, разводя ветки в стороны. Крыло!

Большое серебристое крыло, которое оторвалось от самолета и торчало из земли между двумя деревьями. Это не фюзеляж, но она должна быть уже близко. Девушка двинулась глубже в заросли, сердце у нее бешено колотилось, она разглядывала деревья в поисках любого признака металла.

Вскоре Эмма заметила обломки, и ее захлестнуло облегчение. Она пошла быстрее, со скоростью, которую позволяло растяжение лодыжки.

Среди деревьев, что-то зашуршало, и Эмма остановилась и прислушалась. Она обернулась посмотреть, но не заметила среди деревьев никакого движения. Девушка подождала несколько минут, но больше не раздалось ни звука. В солнечном луче мелькнула бабочка и села на фиолетовую орхидею.

Эмма поплелась к фюзеляжу. Он показался ей меньше, чем она помнила. Дверь по-прежнему была открыта, но теперь ей нужно было забраться наверх, а, значит, придется поработать руками.

Сильные руки — не ее конек. Спорт тоже ее не увлекал, что заметно по ее излишне пышной фигуре. Время от времени Эмма занималась йогой, но от этого верхняя часть тела не стала сильнее. Икроножные мышцы у нее были в полном порядке, но с учетом растяжения, подпрыгивать вверх, чтобы дотянуться до самолета, не самое разумное решение. Девушка приблизилась к двери, и подняла руки вверх, чтобы положить спутниковый телефон в самолет, затем она вцепилась в подпорку и сумела закинуть туда здоровую ногу. Ухватившись за дверную раму и оттолкнувшись одной ногой, она сумела забраться в самолет.

И очутилась на усыпанном мусором полу кабины. Эмма задыхалась, вся вспотела от усилий, да еще и нос пришлось зажать, такое внутри стояло зловоние. Она отвела взгляд от жуткой картины, в задней части салона и опустилась на колени.

— Мик?

Мужчина не двигался, но Эмме казалось, что он сидит немного в другом положении, чем в последний раз, когда она видела его.

— Мик? Мне жаль, что меня не было так долго, но я собираюсь напоить тебя. Девушка заглянула в кабину.

И ее сердце замерло. Она открыла рот и закричала.