Чтение онлайн

Так прошла неделя, Марисоль участвовала в репетициях, но еще не ни разу не пела со всеми на церковных службах. Между тем участники хора стали к ней привыкать, и вскоре она даже подружилась с некоторыми из них.

Однажды настоятельница объявила, что сегодня им предстоит репетиция с мужской частью хора. Девушки захихикали, женщины постарше сердито зашикали на них.

– Это храм, здесь не место думать о молодых людях! – строго сказала одна из женщин. – К тому же некоторые из этих молодых людей вскоре станут священниками, а им запрещено смотреть на женщин.

«Бедные люди! – подумал Марисоль. – Как им, наверное, тяжело!»

Участники женского хора перешли в другое помещение, где уже находилась мужская часть хора. Девушки сразу же стали разглядывать юношей, но настоятельница строго им пригрозила пальцем. Она переговорила о чем-то с руководителем мужского хора, после чего началась репетиция.

Марисоль едва подпевала, но была заворожена. Сочетание мужских и женских голосов, разложенное по интервалам, было просто божественным. Голоса отражались под сводами собора, создавая неповторимое звучание. Она даже закрыла глаза, наслаждаясь пением, а потом вдруг отдала себя отчет, что кто-то на нее смотрит. Девушка просто физически почувствовала на себе чей-то взгляд.

Она открыла глаза, и посмотрела на поющих юношей. И сразу увидела его. Это был молодой человек лет семнадцати, среднего роста, немного полноватый. У него были темно-каштановые волосы, широкое доброе лицо и большие серые глаза. Непонятно как она сразу выделила его из всех остальных молодых людей, и увидела, что он улыбается ей.

Марисоль очень смутилась и отвела взгляд. Волна непонятных, незнакомых ощущений овладела ею. Она вновь посмотрела на юношу, и увидела, что он продолжает смотреть на нее и улыбаться.

Девушка почувствовала необычайное волнение. Она не сводила глаз с этого юноши, а он, не переставая, смотрел на нее. На время ей показалось, что нет никакого хора, ни собора, только он и она в целом мире. На мгновение девушка подумала, что это сон, и зажмурила и протерла глаза, словно пытаясь проснуться. Но все было на своем месте, хор, пение и этот юноша.

Репетиция закончилась, и все стали расходиться. Уходя, Марисоль оглянулась и увидела, что юноша по-прежнему не сводит с нее взгляда.

Она вдруг вспомнила об Энрике, и почувствовала себя виноватой. Вроде как, у нее есть жених, а она заглядывается на других мужчин!

Вместе с другими певчими она вышла из собора и направилась к своей карете. Девушка уже собиралась садиться, как вдруг что-то заставило ее обернуться. Юноша стоял позади нее. Его глаза как-то необычно блестели. Он склонил голову, и она кивнула ему.

– Ты новенькая? – спросил он. – Я никогда раньше тебя не видел.

– Да, я недавно пришла в хор.

– Как тебя зовут? – улыбаясь, продолжал он.

– Мария Соледад, – тихо ответила девушка.

– А меня зовут Родриго Понтеведра, – снова широко улыбнувшись, сказал он.

Марисоль почувствовала, как ей хорошо рядом с ним. Мир словно перевернулся. Все было тоже самое, но одновременно не такое, как раньше. Девушке показалось, что краски стали более яркими, она услышала, что поют птицы, смеются дети, и ей даже привиделось, будто ангелы машут ей своими крыльями. Молодые люди стояли напротив друг друга и улыбались, не в силах расстаться.

– Сеньорита Марисоль, нам пора, – раздался голос кучера.

– Мне нужно домой, – как бы извиняясь, сказала девушка.

– Рад был с тобой познакомиться, Марисоль. И я рад, что ты будешь петь в нашем хоре.

– Я тоже рада нашему знакомству, – ласково сказала Марисоль. – До свиданья! – произнесла она, садясь в карету.

– До встречи, и хорошего дня! – сказал Родриго на прощанье. Марисоль смотрела на него из окна кареты, пока он не скрылся из виду.

По дороге домой Марисоль чувствовала, что с ней происходит что-то, чего раньше никогда не было. Образ юноши стоял у нее перед глазами, и она думала о нем всю дорогу. И весь последующий день.

Донья Энкарнасьон заметила, что с дочерью что-то случилось.

– Похоже, ты влюбилась, дочка, – улыбаясь, сказала она.

– Я еще не знаю, ничего не понимаю, мама, – уклончиво ответила Марисоль. Ей не хотелось делиться ни с кем своими чувствами.

Марисоль отдавала себе отчет, что не чувствовала ничего подобного, когда они познакомились с Энрике.

« Наверное, то, что я теперь ощущаю, и есть любовь!» – подумал она.

Она чувствовала небывалый душевный подъем, ей хотелось петь и танцевать, всех любить и всем делать добро.

Глава 5

К счастью, в суматохе возле собора никто не обратил внимания на разговор Марисоль и Родриго. Поэтому на следующий день никто ей ничего не сказал. Репетиции продолжались, и теперь Марисоль только и ждала, когда она поедет в собор, чтобы увидеться с Родриго.

Через два дня вновь была объявлена совместная репетиция, и Марисоль необычайно волновалась. Когда она его увидела вновь среди группы юношей, все просветлело внутри нее. Он поймал ее взгляд и улыбнулся ей, слегка кивнув. Марисоль заметила, что одна из девушек обратила внимание на их переглядывания.

Они стали видеться, и каждый раз Родриго встречал ее возле кареты, чтобы перекинуться парой слов. Они говорили ни о чем, но в его глазах Марисоль читала все, что он чувствует. Но от него она не слышала ни обычных комплиментов в ее адрес, ни признания, что она ему нравится. И это ее беспокоило.

Однажды, на другой день после такой их беседы настоятельница хора отвела Марисоль в сторону и сказала ей:

– Послушай меня, Мария Соледад. Я заметила, что вы несколько раз разговаривали с Родриго Понтеведра. Конечно, никто не запрещает вам общаться с юношами из хора, хотя это и не всегда прилично. Я бы ничего не имела против этого, если бы Родриго был просто певчим. У нас девушки иногда находят здесь женихов. Но имей в виду, что он скоро станет священником. А значит, ему нельзя влюбляться, жениться и иметь семью. Поэтому я должна тебя предостеречь.

– Спасибо, донья Долорес,– ответила Марисоль. – Я поняла вас.

Настоятельница кивнула девушке, погладила ее по плечу и отошла.

Марисоль почувствовала, что на нее будто вылили ушат холодной воды. Мир вдруг померк перед ней, какая– то невероятная тяжесть навалилась на ее плечи, в глазах защипало, и появились слезы. Она помрачнела, и попросилась домой, сказав, что чувствует себя плохо.

Настоятельница со вздохом отпустила ее.

Вернувшись домой, она бросилась в свою комнату, закрылась там и зарыдала. Служанка стучалась к ней, спрашивая, чем ей помочь, но девушка попросила, чтобы ее оставили в покое.