Чтение онлайн

— Спасибо, ребята, хорошего вам дня. На сегодня можете быть свободны, кроме Волкова Александра. Саша, задержись, пожалуйста.

Школьники, оглядываясь и шушукаясь, медленно покидали класс. Волков же замер возле своей парты, гневно сверкая взглядом в мою сторону.

Посмотрела пристально на мальчика, пытаясь понять его реакцию, но Александр молчал, лишь насторожился весь, как дикий зверек, в любую минуту готовый сорваться на бег.

— Саша, у нас с тобой существует определенного рода проблема, — когда класс полностью опустел я, мягко улыбнулась, и начала издалека: — У тебя есть желание заниматься дополнительно иностранными языками? Думаю, ты сам понимаешь, что твои знания, а именно их отсутствие в нужном количестве — это большая проблема и сейчас, и в обозримом будущем. И все будет только усугубляться.

— Вы хотите, чтобы я попросил отца… нанять вас репетитором?

— Нет, — получилась немного резче, чем планировала. — Я не занимаюсь репетиторством у тех ребят, которым преподаю в лицее. Но у меня есть два варианта решения в сложившейся ситуации.

Волков с любопытством ожидал продолжения, закинув рюкзак на плечо, но сам при этом ничего не спрашивал. Что же, любопытство — это уже хорошо. По крайней мере, оно сменило негатив, и я пояснила:

— Два раза в неделю согласно расписанию я провожу факультативы по обоим предметам. Понедельник, среда — английский язык. Вторник, четверг — немецкий. Минут через пять как раз начинается занятие. Ребята обычно приходят на него ближе к концу четверти, если у кого-то есть долги или кто-то что-то не понимает. В твоем же случае я бы тебе настоятельно рекомендовала их посещать регулярно.

— А если я откажусь? Это же факультативы, — и пристальный взгляд исподлобья в мою сторону.

— Твой выбор. Мое дело предложить, но учиться за тебя я не могу, — лишь развела руками, показывая, что заставлять его не имею никакого права, и продолжила рассматривать подростка, ожидая, что он скажет дальше.

Не может же он не понимать, что ему сдавать в конце года экзамен мне.

— А какой второй вариант? — не выдержал Саша.

— А второй… Могу созвониться с твоей бабушкой, рассказав ей то же, что и тебе сейчас, и тогда мне сообщат о том, что с тобой занимается репетитор или же тебя вынудят ходить на факультативы. Но я прекрасно вижу итог таких занятий. Ты не будешь заинтересован в этом, а под давлением результат будет плачевный. Кроме того, я ценю свое время, и тратить его впустую мне определенно не хочется.

— И что будем делать? — печально усмехнулся он.

Это была его первая улыбка, что мне довелось увидеть.

— Поэтому предлагаю третий вариант, ты посещаешь все мои факультативы, считая их обязательными, как уроки, на них мы постараемся закрыть максимально твои пробелы. Бонусом пойдут домашние задания, которые я задаю в классе. То есть мы будем выполнять их вместе, чтобы тебе стало понятнее, ну и, естественно, легче. В дальнейшем, когда уже твои знания хоть немного подтянутся, и ты вольешься в учебный процесс, будешь делать их сам, но всю эту четверть планирую разбирать все досконально и готовиться с тобой к классным урокам. Александр, но ты должен понимать, в таком ритме я готова работать, только если от тебя будет отдача… Это в твоих же интересах.

Саша молчал, с явным подозрением изучая меня. То хмурился, то закусывал губу, обдумывая сказанное.

— Не пойму, а вам-то это зачем? Ну, учится у вас школьник плохо и че? — и, не дав ответить, тут же равнодушно добавил: — Моей прежней училк… кхм… учительнице было на это все равно. Анастасия Петровна, вообще, занималась лишь со своими любимчиками, которые подавали надежды, все остальные, если не понимали, то это было уже их проблемой.

— У меня нет любимчиков, — спокойно пояснила парню, смотря в глаза. — Я искренне сожалею, что у тебя не сложились отношения с предыдущим педагогом. Но хотела бы надеяться на наше с тобой плодотворное сотрудничество. Так что скажешь?

— Я так и не понял, зачем вам это? Ну, буду я получать тройки, вам от этого ни холодно ни жарко.

Какой наивный. Какие тройки?!

— Саша, твои знания — это показатель моей работы как педагога. Поэтому все, кому «посчастливилось» у меня обучаться, знают мой предмет… так или иначе. Как понимаешь, других вариантов у них просто нет. Мы находим с каждым учеником компромисс, и ребята в классе ответственно подходят к этому вопросу. Иностранный язык очень интересен и многогранен. Мы же изучаем не просто правила, мы изучаем практически новую для нас культуру. Погружаемся в нее, смотрим фильмы, ставим спектакли, поем песни. Да много чего необычного делаем. Тебе неинтересно, потому что у тебя пробелы. Это как в математике, если для расчета отсутствуют требуемые данные, ты никогда не решишь задачу. Это раздражает и злит, пропадает интерес. Так и в языке, нехватка знаний не позволяет увидеть полную картину и насладиться самим процессом.

Мальчик стоял, переминаясь с ноги на ногу, его плечи опустились и он весь словно потух, а потом тихо пояснил:

— Я не могу, бабушка с папой ждут меня дома… маме сорок дней. Так что сегодня никак.

Опешила от этого откровения.

— Саша, что же ты сразу не сказал? — подошла к нему, аккуратно приобняв, не зная, как еще поддержать мальчика. — Я бы не стала тебя задерживать.

Волков лишь сжал плотно губы, кивнул, стараясь опустить голову пониже, скрывая слезы. И резко вытер рукавом влагу со щек.

— Давай, я тебя отвезу домой.

Но он отрицательно крутанул головой, высвобождаясь и, больше не проронив ни слова, вышел из класса.

На следующий день Саша пришел на факультатив. Спокойно и без негатива, но излучая дикую настороженность, расположился за первой партой напротив моего рабочего стола, ожидая дальнейших действий с моей стороны.

Работа у нас началась с большого теста по английскому языку, мне необходимо было определить темы, которые требовали лишь небольшой проработки, и те, что он не знал совсем. Картина вырисовывалась печальная, но меня мальчик порадовал своим упорством и стремлением учиться. Он впитывал все как губка, не сразу понимая, но желания и упорства у Волкова было хоть отбавляй. И это вдохновляло.

Разбирая с ним ошибки теста, мы задержались гораздо дольше, чем было отведено временем факультатива. За окнами стемнело. От лицея до нашего дома идти минут пятнадцать, предложила подвезти, но Саша вновь попытался отказаться, пришлось настоять. Не знаю почему, но мне самой этого хотелось.

Так и сложилось, что мы с Сашей задерживались, усиленно занимаясь, а потом вместе возвращались домой. Мои мысли все чаще крутились вокруг этого ребенка. Мне его было дико жаль. Такая трагедия в столь юном возрасте.

А на одном из наших уроков у Александра заурчал живот. С горем пополам все же удалось вытянуть из него информацию. Как выяснилось, он сегодня просто забыл деньги, что ему оставил отец на питание, дома и ничего еще не ел с утра. Столовая была уже закрыта, и я накормила его пирожками с яблоками, которые вечером пекла для чаепития, но забегалась, так и не отнеся в учительскую, и чему сейчас была безумно рада. С каким-то умилением наблюдала, как он их просто сметает, стыдливо косясь в мою сторону. Пришлось отвернуться, чтобы не смущать парня.

Постепенно мальчик в моем обществе перестал зажиматься, кидать настороженные взгляды, а спустя месяц плодотворной работы, вообще в кабинет вошел впервые с робкой улыбкой, я ответила ему тем же.

На одном из занятий нас прервали, вызвав меня к директору.

— Саша, продолжай выполнять задание. Я подойду чуть позже, без меня не уходи.

Он кивнул и углубился в предмет, я же направилась к Вишняковой.

— Здравствуйте, Наталья Валерьевна, можно? Или мне лучше зайти позже? — поприветствовала руководство, интересуясь ее свободным временем, так как в кабинете она была не одна.