Чтение онлайн

Олег сам первым протянул руку и приветливо улыбнулся. Дистанция нужна была во избежание сильнейшего внутреннего порыва. Хотя, а ну его, сам не зная кого, послал подальше Олег и крепко обнял Алёшку, поднял и пристально посмотрел в глаза. «Да, мой сын, мой, и я смогу его защитить», – думал он, всё крепче сжимая малыша.

– Ну папа. Ты чего! – Алёшка, как котёнок, выкарабкался из цепких объятий. – Ну ты даёшь, чуть кишки не выдавил. Давай, я сейчас доиграю немного, и мы поедем домой… или к тебе, – здесь малыш немного смутился, но детская психика в таком возрасте быстро включает защиту от негатива, и ребёнок спустя пару секунд уже увлечённо играл с друзьями.

Олег не стал разговаривать с воспитателем, хотя она так и вилась около него, а вышел на улицу и закурил.

Два года назад за занавесом деловых встреч, деловых пьянок, добыванием хлеба насущного в объёмах, превышающих все естественные и противоестественные потребности, он не заметил, как жена стала отдаляться. Вначале она просила его помочь с устройством на работу. На любую работу для преодоления комплекса домохозяйки, развившегося за шесть лет затянувшегося декретного. Каждый раз, когда он эмоционально описывал свои подвиги и предстоящие блистательные перспективы по реализации новых планов, Ленка смотрела с тоской в глазах, с немой просьбой помочь ей сделать такой трудный шаг и устроиться на любую работу. Он смеялся над её неуверенностью, отшучивался, говорил, что при его связях финансовый директор в крупной строительной компании ей уже обеспечен. Но никому не звонил, не просил при встречах, задвигая просьбы жены в самый глухой и пыльный участок подсознания. «Всё устроится, дорогая, вот увидишь!» – эта фраза уже стала дежурной, только произносил её Олег, стараясь не смотреть жене в глаза. А потом Лена через одногруппницу устроилась в контору бухгалтером. Она пришла домой счастливая, долго рассказывала ему про замечательных людей на работе, про крылья у неё за спиной. Она много говорила. А он молчал. Потом разразился скандал, причиной которому был обозначен сын, его занятия в школе олимпийского резерва по гимнастике, музыкальная и художественная школы, отсутствие внимания со стороны матери и ещё, ещё много всего, что скрывало ущемлённое мужское самолюбие. «Как так, какая-то одногруппница, простым бухгалтером, а она ещё и счастлива!» – недоумевал Олег. Чего не хватает? После этого разговора недели две, может, три они не разговаривали. Ребёнок очень сильно переживал, заикания стали усиливаться. Жена вынужденно оставила работу и, после месячных хождений по врачам, устроила Алёшу в логопедическую группу. Сама, без связей, без денег. И без него.

Вскоре Олег попал. Крепко так попал с реализацией грандиозных планов. И единственной блистательной перспективой было получить от семи до двенадцати лет общего режима. Три месяца он рассовывал немереное количество денег ментам, прокурорским, судьям через адвокатов. Продал машины, земельные участки, долю в строительном бизнесе. А Лена снова устроилась на работу, где познакомилась с замечательным человеком, который, как она говорила подругам, помог ей справиться с кучей комплексов и фобий – наследством от мужа, уже почти уголовника.

Олега закрыли в СИЗО. Единственным человеком, способным ему помочь и хотевшим этого, был старина Сергей. Но Олег отказался. Отказ прозвучал в такой форме, что не только школьный друг, но и родная мать может отвернуться.

– У тебя есть сигареты? – голос когда-то родного человека отозвался, как эхом, сильной болью в солнечном сплетении. – Полтора года не курила, а сейчас не исключаю, что начну. Здравствуй, Олег. Ты очень изменился, похудел и ещё что-то.

Лена была без головного убора, снежинки застревали в её каштановых волосах, таяли на лице. Голос слегка дрожал, пальцы делали лишние движения, потом спрятались в карманах дорогой соболиной шубы.

– Мне позвонил Сергей, сказал, что ты вышел. Я подумала, что поедешь, скорее всего, к сыну, вот и сама решила увидеть тебя.

– Испугалась, что заберу из сада Алёшку, не позвонив тебе?

– Нет, что ты. Ты же отец, имеешь право, – Лена уже второй раз оглянулась на парковку. На ней пытался протиснуться и встать задом к оградке черный Кайен. Увидев его, она стала немного расслабленнее. – Олег, нам надо о многом поговорить, пока тебя не было, произошло…

– Не нужно, – перебил её Олег, – договаривайтесь с ЗАГСом, звони в любое время. Как скажешь – так и будет. С меня сняли все обвинения, сыну за меня не придётся краснеть.

– Ну вот и хорошо, а то уж я всякого надумала. А как насчёт Алёшки? – здесь она снова вынула руки из карманов и попыталась поправить волосы на сильном январском ветру. То ли волновал ответ, то ли это была реакция на приближающегося слегка развязной походкой Рустама.

– Сын пусть остаётся с матерью. Если захочет со мной – я попытаюсь отговорить, либо уеду. Так устроит?

– Ой, Олежка, ты такой замечательный, – она сделала попытку обнять его, но остановилась, развела руками, слегка наклонив голову в сторону уже подошедшего. – Мне жаль, что так всё получилось, но…

– Лена, не нужно. Всё нормально. Познакомь нас.

– Рустам, – он протянул первым руку. – Вы – Олег. Заочно знакомы. У Вас замечательный сын.

– Да, меня зовут Олег, и сын у меня замечательный. Впрочем, как и жена.

Повисла пауза. Олег закурил, размышляя, сможет ли этот молодой, приятный, даже немного слащавый парень защитить его жену. Безусловно, деньги сделают своё дело, но его может остановить дядя. По имеющейся информации, старый аксакал не пришёл в восторг, когда узнал, что его единственный наследник (своих детей Аллах не послал) намерен жениться на русской, да ещё с ребёнком. Олег не знал, насколько независим Рустам от семейного бизнеса, но предполагал, что этой независимости может не хватить.

– Ой, Алёша, всё твоё семейство в сборе, – из дверей группы вышла Алевтина Леонтьевна, держа за руку пацана, и семенящим шагом направилась прямиком к Рустаму. – Вот, уважаемые господа, ваш мальчик. Очень хорошо сегодня вёл себя.

«Вот змея старая…» – подумал Олег.

Сын нехотя взял за руку мать.

– Алёш, я предлагаю сейчас нам с тобой поехать в детский мир. Сегодня мне звонили и сказали, что привезли новый Лего-робот на батарейках и пульте, а завтра мы вместе с папой и Рустамом поужинаем в твоём любимом кафе.

– Мам, я хочу сейчас с папой, – Лёшка хмурил брови, смотрел на носки ботинок и тёр варежкой под носом.

– Сына, ты уже взрослый и должен понимать, что у папы здесь очень много накопилось дел после его поездки. Так что попрощайтесь, как мужчины, и едем.

Сын подошел к Олегу, протянул руку и посмотрел пристально уже влажными глазами.

– Сынок, я очень люблю тебя и очень хочу быть сейчас с тобой. Но мама права. Она всю себя всегда отдавала только тебе. Будь послушным.

– Тебе дела важнее меня, – сказал Алёша. – Так было всегда. А этот сраный робот мне не нужен.

Ребёнок беззвучно заплакал и побежал в машину. Елена побежала за ним, оставив напоследок гневный взгляд.

Дождавшись, пока машина с сыном, женой и Рустамом выедет с парковки, Олег набрал номер приёмной фирмы, в которой работала финансовым директором Елена. Приятный женский голос сообщил, что генеральный будет ожидать его в 17.00. Оставалось чуть больше часа.

Фирма занималась поставкой азотных удобрений для сельскохозяйственных предприятий. Основные закупки проводились за счёт субсидированных этим предприятиям бюджетных средств. Заранее договорившись с представителями Минсельхоза, ответственными за выдачу субсидий на закупку удобрений, генеральный ждал поступлений, малую часть которых направлял на закупку и поставку, остальное обналичивал и откатывал оговорённые суммы. Будучи племянником председателя комитета по сельскому хозяйству в региональном парламенте, генеральный в течение трёх лет поднял колоссальное бабло, стал явно выделяться излишними понтами, чем привлёк стабильное внимание органов, которое в ближайшее время должно было завершиться результативной проверкой. Догадываясь или имея информацию, он готовился к проверке, стараясь документально подставить финансового директора. Рустам был представителем поставщиков – группы компаний, объединявшей ряд крупнейших производителей азотных и фосфорных удобрений. Наличие денег и связей должно было смягчить отношение к Елене со стороны органов, но не факт, что ему, Рустаму, позволили бы это сделать. Всем участникам цепочки, греющимся на бюджетных деньгах, было выгодно слить её.

«И всё-таки не всех я поил и таскал по баням зазря – оказались среди них и нормальные мужики, предупредившие даже в СИЗО об опасности, грозившей жене», – размышлял Олег, направляясь к зданию фирмы. Сразу после возвращения он встретился с начальником экономического отдела, ведущего разработку всей этой весёлой компании. Он уговаривал Олега поговорить с женой, объяснить, что и Рустам, возможно, в теме, и ей крайне необходимо немедленно либо уезжать за границу, либо участвовать в процессе, но уже в ином качестве.