На лезвии меча
Шрифт:
Рене… Софи улыбнулась.
Это был выходной день и она пришла на берег своего ( надо же, своего ) пруда с рассветом. Она любила эти утренние часы, когда Город ещё дремал и не было дневной суеты. Положив флейту на газон, Софи сосредоточилась и, войдя в транс, начала отработку ежедневных комплексов. Она грациозно перетекала и струилась в потоке движений, и вдруг чьё-то настойчивое внимание вторглось в неё извне.
Она оглянулась… И поймала откровенно восхищённый взгляд атлетически сложенного юноши примерно её возраста. Тёмно-карие, почти черные глаза, смуглое лицо с тонкими арабскими чертами…
Софи почувствовала, как всё её спокойствие разлетается в прах. Огнём плеснуло в груди и сладко заныло в животе. Софи почувствовала, как щёки её налились густым жаром.
– Классная девочка, – сказал юноша. У него был приятный тембр голоса. – Как тебя зовут, детка?
– Софи, – пролепетала она, мгновенно подпав под обаяние этих глаз и этого голоса.
– А меня зовут Рене.
Он улыбнулся. У него была очаровательная добрая улыбка. – Ты восхитительна, малыш…
Вот если бы кто попробовал назвать её так, Софи обиделась бы, как минимум. Но с ним…
Странно, но Софи буквально растаяла от этого « детка » и « малыш ». В его тоне не было и намёка на унизительное чувство собственного превосходства. В его тоне была ласка и глубоко спрятанная нежность.
Почти беззвучно приблизился полицейский дрон и завис над ними. Юноша достал из – за ворота широкой рубахи металлический жетон на цепочке и показал дрону. Удовлетворённный дрон улетел, а юноша искоса взглянул на Софи.
– Интересует почему?
Софи кивнула. Ей действительно было не совсем понятно, что это за жетон. Полицейские дроны сканировали чипы биомедконтроля в которых была зашита вся информация о человеке дистанционно, а этот Рене показал какой-то жетон.
– Всё очень просто, детка, – сказал Рене. – Я вне Системы. У меня с Городом соглашение. Тебя это не пугает?
Софи смотрела на него широко открытыми глазами. Надо же, она только вскользь слышала глухие отзвуки рассказов о таких людях, а здесь, нате вам, вот он, живой и здоровый и вполне реальный. Стоит рядом с ней, смотрит ей в глаза и улыбается.
В этот же день Рене пришёл к ней поздно вечером и остался у неё до утра. И она познала любовь…
И это оказалось даже лучше, чем она представляла.
Она была счастлива. Чувства кружили ей голову, и мир ликовал вместе с ней. У неё всё получалось. Она была переполнена энергией. Рене познакомил её со своей Семьёй, Рене открыл ей глаза на многие вещи, о которых она и не догадывалась. Рене и бабушка Ло, глава Семьи Рене научили её многому и…
Кажется, у неё будет ребёнок. Она не знала, откуда к ней пришло это ощущение, но она знала. Ребёнок от любимого мужчины. Его и её продолжение…
Семья, ребёнок…
Софи покачала головой. Странно как – то всё устроено в этом мире. Ну почему ей и Рене нельзя будет жить под одной крышей? Почему её ребёнок, когда она родит, будет с ней только до пяти лет, а потом его заберут в образовательный комплекс и она сможет видеть своего малыша только пару раз в год и то, только по видеосвязи? Зачем? Кому всё это нужно?
В этом отношении Семья Рене была куда как лучше. И хотя эти люди жили в очень сложных условиях и были вынуждены нелегально пользоваться большинством обычных благ доступных горожанам, у них было то, чего не было в мире Софи. Они могли жить без инструкций Системы…
И они не ждали лицензии на рождение ребёнка. Не нужна она была им, абсолютно не нужна.
Ни выигранная в лотерею, ни выданная по факту беременности генетически совместимых партнёров подобранных Системой…
Это вот Софи ждала эту лицензию как все законнорожденные подключенные к Сети, ждала, когда её статус окрасится в нежный салатовый оттенок, свидетельствующий о том, что Система приняла её под свою опёку.
А у родителей Рене и Жака не было никаких статусов и лицензий, и они родили двух очаровательных мальчишек, Рене и Жака.
Рене уже вырос и скоро сам станет отцом, а его младший братишка Жак с завистью поглядывает на него и стреляет глазами по сторонам, ловя взгляды взрослых, которые, по его мнению, ну вот ни капельки не догадываются, что у него роман с Дейдрой из Семьи Малоне.
Эпизод 2
Сцена 3
Ей снился сон. Тяжкий кошмар. В этом кошмаре она из последних сил карабкалась по вертикали бетонной стены с торчащими из неё ржавыми обрезками арматуры и осколками стекла и судорожная боль сводила израненные пальцы, кровоточащие и жалкие, с обломанными ногтями. Распахнувшаяся под её ногами бездна выла звериным воем и тяжко, до тошноты, ворочалась багровыми огнями и что-то, похожее на огромную змею шириной во всю улицу ползло и извивалось там, а она, дико тараща глаза, хрипло стонала и силилась подтянуть своё безвольное тело вверх, подальше от этой бездны. А потом ослепительный белый свет родился в ней и начал затапливать всё вокруг, стирать багровые огни и бетонную стену и вспыхнул ярко-ярко и она ослепла.
Софи широко открыла глаза и уставилась взглядом в мутную белёсость потолка. Ночник тускло горел над прикроватной тумбочкой. Тихое сонное сопение коснулось её слуха и она, стряхнув с себя смутное ощущение надвигающегося несчастья, посмотрела на Рене и улыбнулась, переполняемая нежностью к нему.
Он спал совсем по – детски, подвернув одеяло под щёку, и она почти невесомо прикоснулась рукой к его растрепавшейся шевелюре. Он тотчас же открыл глаза. Взгляд его был насторожен и холоден, словно он и не спал какое-то мгновение назад.
– Прости, – тихо сказала она. – Я не хотела тебя будить.
– Что-то случилось? – Он приподнялся на локте. – Почему ты проснулась?
– Не знаю… – Она пошевелилась под одеялом. – Мне снился плохой сон. Очень плохой. И я проснулась.
– А-а-а, – он снова опустился на подушку и зевнул. – Тогда можешь засыпать спокойно. Этот сон не повторится.
– Откуда ты знаешь? – Теперь она приподнялась на локте и смотрела на него сверху вниз.
– Слышал от бабушки Ло. Она знает толк в таких вещах.
– Ну… Если уж бабушка Ло говорит об этом, тогда я могу быть спокойна.
Она улыбнулась и погладила его щёку.
– Вот-вот. – Рене повернулся на бок и сонно засопел.
Она вылезла из-под одеяла и села на краю постели. Потом опустила голову, выискивая взглядом домашние тапочки, и в этот момент на кухне что-то мощно грохнуло. Пыль под дверью взвихрилась мутным облачком и, прежде чем она успела хоть что-то понять, обнажённый Рене, хищно пригнувшись, бросился через неё к двери. В руке его тускло отблеснул тяжёлый автоматический пистолет.