Чтение онлайн

"О чём же мне хотели поведать, может, что-то произошло с Дашей…но как же мне об этом узнать? От неё ведь столько дней нет вестей. Олег посоветовал прислушиваться к сердцу, но оно пока молчит…не хочет вести меня дальше. Иди туда незнамо куда, ищи то, что потерял давно. Может ещё не время? Но когда же?!"

Неожиданностей он не страшился, даже напротив, желал скорейшего разрешения запутанной ситуации. Максим чувствовал, что всё это время его к чему-то готовили, возможно к самому важному в жизни, но пока не понимал самой причины. Безусловно, некоторые контуры тайны вырисовывались в его сознании, но только отдельными вспышками, отблесками, однако сама суть так и оставалась сокрытой. Порой ему казалось, что ещё немного и она приоткроет свой занавес, но этого последнего шажка и не хватало. Но как бы там ни было, близость разгадки, несомненно угадывалась его сердцем.

Потом в сознании Максима возник образ погибшей Ольги, как и предсказывал Зорин, это дело обернулось очередным "висяком". Пару раз Скобелева вызывали к следователю прокуратуры, но этим видимо всё и закончилось. Исполнитель уже почивал в иных мирах, а истинные заказчики были недоступны для следствия.

Между тем, его мысли вновь переключились на Дарию-Уну, образ этого неземного создания словно поселился в его чувствах.

"Даша, как же я мог полюбить тебя…разве такое возможно? Ты же ундина… бестелесный дух, а я человек, я должен любить себе подобных. Но почему же, я не могу ничего поделать с собой? Какое-то безумство!"

Откинувшись на спинку кресла, он прикрыл глаза, вспоминая о пережитом в обители Дарии-Уны.

"Нет, то что случилось со мной невозможно стереть из памяти, хотя это и не поддаётся логическому осмыслению. Но много ли правды в человеческой логике? Как я устал от этих догматов земной косности. Они утверждают лишь то, что способны видеть сквозь призму собственного невежества, а всё остальное отвергают как вымыслы шарлатанов. Они увековечивают лишь тлен и смерть, потому что лишены подвижности жизни. Но я же видел, ощущал…можно не верить глазам, но чувства, их же невозможно обмануть!

Размышления Максима прервал пронзительный звонок в дверь. Его сердце насторожилось и заныло от предчувствия чего-то неотвратимого.

"Ну вот и началось!" — почему-то решил он.

Взглянув в глазок, Максим поначалу даже не узнал своего друга, лицо Глазина сильно осунулось и почернело. Скобелев отворил дверь, пропуская Сергея в квартиру.

— Что произошло, Серёга?

— Макс…они Юрку… Юрку похитили…

— Как похитили, кто они?!

— Не знаю кто…но он у них.

— Так, подожди, давай по порядку… Нет, проходи комнату, я сейчас!

Скобелев буквально влетел на кухню и вернулся с той же бутылкой коньяка оставшейся ещё после отъезда Зориных.

— Выпей и успокойся, — Максим подал другу стакан, на треть наполненный коньяком.

Сергей выпил залпом и не поморщился.

— Ещё?

— Давай…

Он снова выпил, поглядел на Скобелева стеклянными глазами, а затем охватил руками голову:

— Я во всём виноват…дурак…за всё нужно платить…Вика с ума там сходит…. Что я наделал!

— Серёга, давай без самобичеваний, рассказывай по существу.

— По существу… — страдальчески выдавил Глазин и какое-то время собирался с мыслями. — Макс, эти люди похитили сына…и сказали, что мы его не увидим до тех пор пока ты не выполнишь их требования… или вообще не получим, если ты откажешься. Но почему?!

— Кажется я понимаю что происходит. Что они велели мне передать?

— Вот телефон, там единственный номер…они сами всё скажут.

Скобелев взял трубку и набрал незнакомый номер.

— Добрый вечер, Максим Леонидович. Я рад, что вы согласились выслушать, — раздался насмешливый голос.

— Кто вы и чего хотите от меня?! — жёстко проговорил Скобелев.

— Меня вы можете называть Донатом, а кто мы такие, не так важно сейчас. Главное договориться, сделка важна не только нам, но и вам.

— Пока не отпустите парня, переговоров не будет!

— Напрасно вы так…это не последний козырь в нашей колоде. Ваша мать очень больна, и спасти её можем только мы, кроме того, у нас в гостях прекрасная ундина. Вы же её наверняка помните?

— Сволочи, я же доберусь до вас, всё равно доберусь!

— Ба-а, сколько экспрессии, но слова, словами и останутся, а дорогие вам люди уйдут в мир иной. Подумайте хорошенько и перезвоните мне.

Максим швырнул на диван трубку и нервно зашагал по комнате, но немного успокоившись, он со своего мобильника набрал номер родителей. Ответил отец.

— Папа, у вас всё нормально?

— Максим…я хотел тебе звонить, с мамой плохо…она в больнице, а врачи не могут ничего вразумительного сказать. Ты приедешь? — дрожащим голосом проговорил отец.

— Папа, успокойся, всё будет нормально, я постараюсь приехать…приеду как только смогу. Ты держись!

— Буду ждать, сынок, приезжай.

Максим положил трубку на стол и выругался:

— Твою… обложили сволочи!

После чего попытался успокоить друга:

— Серёга, ты за сына не переживай, я им нужен, отпустят они Юрку, отпустят.

— Ты прости меня, Макс, это моя вина, оступился я тогда…не хотел ведь…

— О чём ты?

— Помнишь был кризис? Тогда весь строительный бизнес лихорадило, заказов ноль, всё чахло на глазах…. И меня эта беда не миновала.

— Но, ты же поднялся.

— Поднялся, но какой ценой! — нервно ответил Глазин. — Меня тогда глубоко подсадили на крючок, строительство встало, проверка за проверкой…денег нет. А тут Влад с предложением, мол я тебе помогаю, а ты меня в замы берёшь. Не хотел я тогда, сердце будто чувствовало. Но ты пойми… я это предприятие как ребёнка вырастил, с нуля ведь поднимал…. Разве я мог вот так своими руками зарыть его в землю?! Поэтому и согласился. Мне дали кредит под низкий процент, в то-то время… все вымогательства моментально прекратились и я выплыл.

— А кредит-то вернул?

— Да не полностью ещё, но это мелочи. Сейчас-то я понимаю, что Влад всё это затеял из-за тебя, он ведь часто о тебе расспрашивал. Тогда я не придал этому особого значения, ну всякое бывает, может он почитатель твоего творчества…фанат, как принято называть. Но, совсем недавно Влад исчез…ты же знаешь, а сегодня, они пришли ко мне и напомнили о долге. Я уверял, что погашу кредит вовремя, но им не то было нужно. Они припёрли меня к стенке сыном, ты уж извини…

— Всё правильно, выбрали тебя, чтобы побольнее ударить меня… это в их духе.