Чтение онлайн

Четвертый том Петрополис сохранился в двух экземплярах – Петрополис 4-Бунин а и Петрополис 4-Бунин б (оба в ОР РГБ). Первый исправлялся Буниным в августе 1952 года, затем в апреле 1953 года. Точной даты на втором экземпляре автор не оставил, но, судя по почерку и чернилам, характерным для Бунина в то время, и исправлениям, которых нет в первом (ср., например, стихотворение «Мушкет»), можно предполагать, что правка в этот экземпляр была внесена позже, то есть в апреле-октябре 1953 года. Этот второй экземпляр в собраниях Бунина не учитывался, между тем по нему должны печататься тексты стихотворений «Мушкет», «Венеция» («Восемь лет в Венеции я не был…»), «Теплой ночью, горною тропинкой…», которые Бунин окончательно выправил именно в Петрополис 4-Бунин б .

В томе 84 Литературного наследства [ЛН], посвященном Бунину (вышел в 1973 году), были напечатаны как ранее не публиковавшиеся стихотворения, так и вошедшие в Бунин-9 , а именно те, в тексты и датировки которых автором были внесены коррективы («позднейшие редакции стихотворений, напечатанных в Собр. соч. 1965—1967 по более ранним публикациям» [ЛН, I, 173]). При этом утверждалось, что «были просмотрены все прижизненные сборники произведений Бунина, ряд периодических изданий и альманахов, в которых он печатался, обследованы все автографы, хранящиеся в советских архивах, учтены посмертные публикации в советской и зарубежной печати» [ЛН, I, 173]. Среди ранее неизвестных текстов особое место в публикации ЛН принадлежит стихотворениям из тетради автографов 1915—1917 годов [Тетрадь; см. ниже], однако использование этого первостепенного источника для текстологии бунинской поэзии, как и множества единичных автографов, хранящихся в фонде Бунина в РГАЛИ, и здесь, и в следующих изданиях было необъяснимо фрагментарным и усеченным.

Следующим шагом стало вышедшее в 1987—1988 годах шеститомное собрание сочинений Бунина [Бунин-6]. В нем был учтен опыт ЛН , однако в основных позициях составители пошли по пути воспроизведения собрания сочинений 1965—1967 годов. В новом издании был уточнен ряд текстологических и хронологических решений, но в то же время сокращено количество публикуемых произведений. Главным открытием Бунин-6 стало использование Парижской тетради Бунина 1943 года, полученной РГАЛИ после издания Бунин-9 и ЛН , – по которой была проведена сверка ряда текстов.

Восьмитомное собрание 1993 года [Бунин-8] повторило издание Бунин-6 , несколько расширив состав произведений, но не изменив текстологическую, источниковедческую и комментаторскую основу издания.

То же самое относится к предпринятому недавно Полному собранию сочинений Бунина в 13 томах [Бунин-13], два первых тома которого занимают стихотворения, а седьмой – переводы.

Каждое из названных собраний наряду с очевидными достоинствами, имеет и ряд не менее очевидных недостатков. Они коренятся в недостаточно разработанном источниковедческом и текстологическом базисе издания, что было вполне объяснимо в 1960–1970-е годы, но осталось недопустимо законсервированным и в более поздние, открытые для самых разнообразных исследований годы. Это касается и Бунин-13 , от которого можно было бы ждать полного научного издания Бунина и которое (по крайней мере, в его поэтической части) не является ни полным, ни научным. Как и предыдущие собрания, оно не выдерживает проверки архивными источниками, в нем нет ни аналитического описания автографов, ни сколько-нибудь подробного историко-культурного комментария. Мы остановимся только на «первой ступени» поправок – на тех промахах, не совершить которые было в силах составителей отечественных изданий Бунина (если не всегда Бунин-9 , то уже Бунин-6 и следующие) и для восполнения которых не требовалось привлекать материалы западных архивов, в том числе важнейшего среди них – Бунинской коллекции в Русском архиве при университете г. Лидса (Великобритания) [см.: Heywood]. Об этом свидетельствует и сравнение датировок из собраний Бунина с теми, которые зафиксированы в его рукописном наследии и были известны издателям, начиная с Бунин-9 (см. табл.).

Из этого сравнения следует, в частности, что авторские датировки в Петрополис могут расходиться с датировками в более ранних автографах, собственно, и фиксирующих время создания текста. Как раз с помощью архивных источников можно распознать позднейшие «ошибки памяти» Бунина и дать более точную картину его поэтического пути.

2. Подробнее о стихотворениях «Слово» и «Перстень» см. ниже. 3. Стихотворение опубл.: газете «Еврейская жизнь» (1916. 3 апреля. № 14—15). Номер был посвящен 25-летию литературной деятельности Х.-Н. Бялика (1873—1934), там же напечатаны переводы стихотворений Бялика Вяч. Иванова, В. Брюсова, Федора Сологуба. Как ни странно, в Бунин-9 указано, что текст печатается по этому изданию. Ошибочная публикация этого оригинального текста как переводного уже отмечалась [ Тименчик, Копельман , 105, 113], тем не менее в Бунин-13 [VII, 380] оно снова публикуется как перевод.

Основой всякого издания является вычитка текстов, сверка их с автографами и прижизненными изданиями, а также аргументированная датировка текста. К сожалению, это правило в современных изданиях Бунина не всегда выдержано. Примером может служить стихотворение «Трон Соломона», представляющее собой поэтическое переложение мусульманского предания о том, как джинны сооружали трон Соломону (Сулейману) и состарившийся Соломон опасался, что с его смертью джинны прекратят свою работу и трон останется не окончен. Для того чтобы этого не произошло, он просил Господа сокрыть от джиннов час его кончины. Так и случилось: он умер во время молитвы, и джинны, не заметив того, закончили трон. В стихотворении Бунина Соломон обращается к Господу с такими словами: «Трон Мудрости я им велел построить, / Но я умру – и, бросив труд, в Геджас / Уйдут они. Ты мог мне жизнь утроить : / Сокрой от них моей кончины час». Так стихотворение читается в прижизненных бунинских публикациях [СС 1908; ПСС 1915, 3]. В Бунин-9 и вслед за ним во всех последующих строка высокого поэтического накала «Ты мог мне жизнь утроить» превратилась во вполне меркантильную: «Ты мог мне жизнь устроить », а само стихотворение, в прижизненном (четвертом) томе собрания сочинений Бунина (1908) вошедшее в раздел «Стихотворения 1907 года», в тех же современных собраниях без каких-либо объяснений датировано условно <1906—1908>. На следующей странице в Бунин-9 [I, 311] напечатано стихотворение «Баба-Яга». Сравним его со стихотворением «Русская сказка», напечатанным в том же издании [VIII, 10]:

Баба-Яга

Гулкий шум в лесу нагоняет сон —

К ночи на море пал сырой туман.

Окружен со всех четырех сторон

Темной осенью островок Буян.

А еще темней – мой холодный сруб,

Где ни вздуть огня, ни топить не смей,

А в окно глядит только бурый дуб,

Под которым смерть закопал Кощей.

Я состарилась, изболелась вся —

Десять сот годов берегу ларец!

Будь огонь в светце – я б погрелася,

Будь дрова в печи – похлебала б щец.

Русская сказка

Ворон

Ну, что, бабушка, как спасаешься?

У тебя ли не рай, у тебя ль не мед?

Яга

Ах, залетный гость! Издеваешься!

Уж какой там мед – шкуру пес дерет!

Лес гудит, свистит, нагоняет сон,

Ночь и день стоит над волной туман,

Окружен со всех с четырех сторон

Тьмой да мглой сырой островок Буян.

А еще темней мой прогнивший сруб.

Где ни вздуть огня, ни топить не смей,

А в окно глядит только голый дуб,

Да огонь – в моря мореходу весть,

Да на много верст слышен дым от

лык…

Черт тебе велел к черту в слуги лезть,

Дура старая, неразумный шлык!

<1906—1908>

Под каким яйцо закопал Кощей.

Я состарилась, изболела вся,

Сохраняючи чертов тот ларец!

Будь огонь в светце – я б погрелася,

Будь капустный клок – похлебала б щец.

Да огонь-то, вишь, в океане – весть,

Да не то что щец – нету прелых лык!

Ворон

Черт тебе велел к черту в слуги лезть,

Дура старая, неразумный шлык!

15.08.1921

В первом случае текст напечатан по СС 1908, во втором – по Петрополис 8 , перекрестных отсылок или разъяснений нет (те же два текста напечатаны в [Бунин-6, 237, 364]). Между тем совершенно очевидно, что в 1921 году Бунин переосмыслил «сказку» и переработал первый вариант. Более того, позднее, в авторском экземпляре Петрополис 8-Бунин (c. 200) заглавие было дополнено Буниным от руки: «Русская сказка дней Ленина », и это в корне меняет смысл стихотворения. Полностью название появляется только в Бунин-8 , но и там ни оно, ни дата (там – 15.08.1921) не прокомментированы, а в примечании дана только ссылка на Роза Иерихона 1924 , где второе стихотворение напечатано под названием «На острове Буяне». Для выбора окончательной редакции текста, входившего и в сборники Бунина 1920-х годов и в Петрополис , преимущество имеет более поздняя редакция Петрополиса . Однако стихотворение «Одно лишь небо светлое, ночное…» печатается в Бунин-9 и следующих изданиях по версии Избранные стихи 1929 и таким образом содержит на одну строфу больше, чем окончательный текст в Петрополис 8 . Возможно, это связано с тем, что в авторском экземпляре Петрополис 8-Бунин стихотворение, помещенное в томе последним, вырезано, а сверки по самому Петрополис 8 не было.

Другие редакции и варианты

В фонде Бунина в РГАЛИ находится более ста одиночных автографов и машинописных вариантов стихотворений с авторскими пометами, и они только в редких случаях были учтены при подготовке бунинских изданий (некоторые примеры см. выше в таблице). Там же хранится Тетрадь стихотворных автографов Бунина в 121 страницу. Для установления наиболее точной версии текста и точной даты создания Тетрадь имеет исключительное значение. Заполнявшаяся Буниным с февраля 1915 по конец сентября 1917 года, она содержит черновые и беловые с правкой автографы 107 стихотворений, дающие отчетливое представление о характере работы Бунина над поэтическими текстами в этот период. Ничем подобным, относящимся к другим годам зрелого творчества Бунина, мы не располагаем. Вот несколько примеров, позволяющих проследить движение поэтического текста.