Чтение онлайн

Уже через полчаса Николь встречала нас на пороге своего большого и красивого дома радостными возгласами. Её мама как раз садилась в машину, но, увидев нас, помедлила и приветственно махнула рукой.

– Я к бабушке. Отдыхайте.

Поблагодарив её за всё, мы зачем-то помахали ей вслед, а потом, смеясь, пошли в дом.

Николь обожала книги. Эта страсть передалась ей от отца, у которого была огромная библиотека. Николь же умудрилась превратить в библиотеку весь дом. Это было так непередаваемо уютно, что всем, кто бывал у неё в гостях, хотелось остаться там навсегда.

Я бережно обвела контур рамки с семейной фотографией. Их было очень много по всему дому. Как странно: мама и папа Николь не живут вместе, а фотографий у них так много, и все только совместные… Есть, конечно, несколько странные… Где Николь ещё совсем малышка. Но, если честно, мне бы тоже ужасно хотелось точно так же дорожить своей семьёй, пересматривать фотографии и вспоминать…

– Я смотрю, в нашей компании пополнение, – шепнула подруга мне на ухо. – Я думала, вы с Сашей приедете одни.

– Ой, прости пожалуйста! Я не предупредила…

– Всё в порядке! – торжественно остановила меня девушка. – Я только за! Жалко, что Саша так никого себе и не нашёл. А ещё студент!..

– Извини, не до этого, – отшучивается брат.

– Зря. Любовь – это лучшее, что есть на свете.

– Ты говоришь слишком пафосно для своего возраста, – рассмеялась я.

– Нормально. Просто ты маленькая и глупая, и ничего не понимаешь. Пошли, приготовим мальчикам что-нибудь поесть.

– Давайте я, – предлагает Рома, и я зависаю. Неужели он даже готовить умеет? Вот это я понимаю, мужик!.. И с какого перепугу я втюрилась в Артёма?!

– А ты можешь? – испытующие смотрит на него Николь.

Вместо ответа Рома улыбается и берёт меня за талию.

– Где у вас кухня? Возьму с собой помощницу, и никакие сковородки мне не страшны!

Я, как-то "изящно" изогнувшись, потрепала его по затылку.

– Пошли, шеф-повар.

Это было нечто. Мы перепачкали половину кухни, потому что Роме пришла в голову отличная мысль: щекотать меня, пока я делаю соус. Зато так искренне я не хохотала, пожалуй, никогда. На мои сдавленные оханья и громкий смех Ромы из гостиной прибежали Саша и Николь. На голове у брата болтался шлем виртуальной реальности – такая громоздкая дорогущая штуковина. Кажется, он забыл её снять.

– Что за шум? – весело поинтересовалась Николь. Саша молча сверлил глазами Рому.

– Всё в порядке, – ответила я. – Я чуть-чуть пролила соус…

Потом мы вместе оттирали его от коврового покрытия, пока нам это не надоело, мыли посуду и спорили, что будем есть в первую очередь. Когда Роме надоело меня слушать, он просто закинул меня на плечо и понёс в столовую, не обращая внимания на возмущённые крики. Мои возмущённые крики.

Николь шла за нами с тарелкой и злорадно хихикала:

– Так ей и надо! Правильно, Ром, правильно! Давно пора!

Было обидно и смешно одновременно. Мой грозный и неприступный образ подрывали изнутри. Надо было срочно что-то делать.

После обеда Николь демонстративно увела меня на второй этаж. Мы оставили Сашу и Рому мыть посуду, а сами завалились на просторную кровать в обнимку с огромными медведями. Комната Николь была такой… Такой характерной, что ли, что её нельзя было бы спутать ни с одной другой. В ней была вся её жизнь: книги, диски с фильмами и почему-то музыкой, картины, которые она рисовала, большие мягкие игрушки и фотографии, фотографии…

– Как же их много… – протянула я, оглядываясь.

– Разве? А мне всё время кажется, что чего-то не хватает, – пожаловалась подруга.

– Думаю, тебе не хватает фотографий со мной, – уверенно произнесла я. – Впрочем, мне самой их тоже не хватает. У нас в семье почему-то не принято фотографироваться.

– Так чего ты ждёшь? Бери фотоаппарат, или фотографа пригласи – и сделайте семейный альбом! Поройся в старых бумагах, найди детские фотографии…

– Кстати, я никогда не видела Сашиных детских фоток, – задумчиво произнесла я. – Ни одной.

– Ты уверена? Может, просто давно не пересматривали?

– Нет, я точно помню: мои лежат у мамы в ящике стола. А Сашины… Там их нет.

– Странно. Поищи получше, детские фотки – это самое милое и ценное на свете!

– Ну да… – задумчиво протянула я. – Стоп. Мы отвлеклись. Скажи мне, я должна знать. Кто тот красавчик, с которым ты вчера болтала у Арины?

Николь заметно покраснела и уткнулась носом в живот медведю.

– Давай-давай, колись, – улыбалась я.

– Нуу, ты его знаешь, наверное, – нехотя начала девушка, но я видела, что ей не терпится рассказать мне об этом загадочном незнакомце. – Он, вроде бы, учится с Сашей в одном институте. Они приятели.

Я кивнула. Да, его лицо мне было чем-то знакомо. Наверное, видела его в университете.

– Аринка приглашала всех подряд, ну, мы и столкнулись с ним… В коридоре. Когда я поймала того придурка, Гошу, который пролил на меня колу. Я жутко ругалась, чуть не плакала, да ещё и выпила прилично… В общем, Паша оттащил меня, предотвратив убийство.

– Паша? – я многозначительно приподняла брови. Николь покраснела ещё сильнее.

– Да, Паша… Знаешь, он… Я не могу объяснить. Ну, как будто знаю его всю жизнь. Ничего не могу поделать, всё время думаю о нём… Вот.

Я, не сдержавшись, обняла её.

– Ты не представляешь, как я за тебя рада, – искренне призналась я. – И как он тебе? Умный? Добрый? Самоуверенный?

– Самый лучший! – гордо ответила девушка. – Нет, не самоуверенный, конечно. Просто уверенный. Решительный, смелый. Вот только…

– Что такое?

– Мне кажется, он не любит богатых людей.

Я опешила. Это что ещё за новости?

– А это… Имеет значение?!

– Не знаю, наверное, имеет. Вбил, небось, себе в голову лохматую какой-нибудь стереотип…

– Погоди, а как ты это поняла?

– Он, кажется, ворчал на счёт всей вчерашней вечеринки… Что-то про расточительность, показуху, чёрствость… Ну, я, конечно, поддакивала. Как можно с таким парнем не согласиться?!

Я рассмеялась.

– Ну, и что ты теперь будешь делать? Он, наверное, решил, что ты тоже не слишком богата…

– Вот именно! – воскликнула Николь чуть не плача. – Вот именно! И я ни за что в жизни не признаюсь, что это не так. Он же тогда… Никогда больше…

– Тихо-тихо, – я попыталась быстренько придумать решение, но не смогла. – Давай не будем торопиться. Пока ничего не предпринимай. Не признавайся, но и не отрицай ничего. Веди себя естественно и не спались.