Чтение онлайн

Эта ночь прошла поразительно спокойно: ни зверей, ни птиц, ни мошек, ни комаров. Просто идиллия в сравнении с тем, как им пришлось намучаться в прошлый раз. Наемников по-прежнему не нагнал ни один караван, никто не попросился соседями на ночлег, хотя, судя по следам на обочине, народ здесь ходит довольно часто. А последние любители погостить у эльфов прошли не далее, как за полдня до Братьев.

Скорее всего, им просто повезло, что на них еще никто не наткнулся и не заинтересовался тем, что в такой глуши делают шестеро странных, определенно опасных незнакомцев, совсем не похожих на местных рейдеров ни лицами, ни взглядами, ни оружием, ни даже одеждой. Да еще в компании безусого мальчишки, да рядом с громадным грамарцем, в котором за версту видать кровожадную помесь бешеного волка с голодным крокодилом. Но, так или иначе, никакого внимания Братья к себе не привлекли и требования нанимателя ничем не нарушили. Что, несомненно, радовало. Более того, выполнили все, что от них требовалось, и даже больше. Нашли того, кто может привести заказчика к Ходоку. Оставили за спиной несколько запасных вариантов на случай, если Белик все же оплошает. И даже привыкли к мысли, что в ближайшем будущем им (с высокой долей вероятности) придется совершить не слишком приятную прогулку в загадочный, страшноватый, овеянный ореолом древней тайны Проклятый Лес.

Стрегон не случайно выбрал для себя последнюю стражу. Хоть и была она самой тяжелой, хоть и довелось им накануне провести бессонную ночь, хоть и порадовались Братья такому выбору, но выбор этот он хорошо продумал. Просто потому, что смутно предчувствовал: если Белик все-таки вернется в лагерь, то сделает это лишь под утро. Иными словами, тогда, когда он точно будет бодрствовать и сможет заставить мальчишку ответить на все свои вопросы. Впрочем, куда стервецу деваться? Все равно явится. Вряд ли он захочет всю ночь прохлаждаться в одиночестве. А если даже захочет, то поутру Стрегон все равно будет первым, на кого он натолкнется. Поэтому преобразившийся полукровка терпеливо ждал, внимательно посматривая по сторонам, чутко слушая лес и стараясь уловить даже крохотный шум от маленьких сапожек.

Однако время шло. Никто его не тревожил. Не ходил кругами, недовольно бурча и негодуя на его упорство. Никто не кидался с досады шишками, не пытался, прокашлявшись, затеять трудный разговор с извинениями и разъяснениями. Не мелькали смутные тени в глубине ночного леса, не доносился шелест потревоженных листьев, и даже всхрапывание массивного грамарца, чье появление никак не могло остаться незамеченным, не раздавалось из темноты. Даже тогда, когда солнце опасливо выглянуло из-за горизонта и робко подсветило верхушки деревьев.

В конце концов, Стрегону пришлось признать, что он снова ошибся. А потом, заслышав от самой дороги громкий свист и бодрое пожелание поскорее поднимать с земли свои мягкие места, со вздохом осознать, что никакого разговора у них не получится. Потому что Белик, судя по всему, избрал для себя иную тактику, чем ожидалось: предпочел держаться на приличном расстоянии, чтобы в последний день пути не рисковать понапрасну. Иными словами, банально опасался расправы. И это стало ясно, как божий день, потому что он даже после вспышки Ивера не испугался заявиться спозаранку в лагерь. Вообще ни разу за эти дни не проявлял беспокойства. А теперь, значит, что-то почувствовал. Увидел, наверное, нечто нехорошее в бесцветных глазах вожака. То, что ненужно, увидел. Вот и выбрал для себя безопасную дистанцию.

– Ау! Лежебоки!
– вдруг звонко крикнули от дороги.
– Долго вас ждать-то? Все на свете проспите. Сони! Хватит дрыхнуть, кончайте валяться! Прямо не воины, а лежуны! Только печи не хватает и семечек в кулечке! Эй! Вы слышите? Дома потом належитесь, лентяи! Нам ехать надо!

– Белик!
– возмущенно подскочил со своего места сонный Лакр.
– Совсем с ума сошел! Еще даже не рассвело толком!

– Подъе-е-м!!

– Ему что, спать совсем не надо?
– поморщился Ивер, неохотно выбираясь из-под плаща.

– Живе-е-е!!!

– Похоже, нет, - мрачно констатировал Торос, недовольно изучая темное небо над головой.

– Да сколько ж можно?! Я вас что, до ночи ждать должен?!!

– О, боже, - вздохнул Терг, помотав головой, чтобы согнать остатки сна.
– Совсем ненормальный! Я в его годы до последнего валялся, чтоб лишний часок урвать, а этот ветропляс все время куда-то спешит! Все ему мало!

– Лакр, хватит глаза тереть и догрызть вчерашнюю кость! Это неприлично и недостойно Братства! Ивер, у тебя скоро рожа треснет от избытка сна или новый синяк под глазом появится!..

– Какая кость?!
– неподдельно возмутился ланниец.

– Вот зараза!
– скривился стрелок, машинально трогая левую скулу. Синяка там, конечно, уже не было - странная травка его полностью свела. Но от воспоминаний она не спасала, а вредный пацан так и норовил задеть за живое.

– Торос, ты ж сын пустыни! Там рано встают и пинками поднимают тех, кто заспался! Дай хорошенько разок по ближайшему соседу, он и проснется! А тот пусть следующему передаст! Глядишь, и жить станет веселее!

Братья, окончательно выбравшись из-под плащей, мрачно переглянулись.

– Вот мерзавец...

– Терг, ну, неужели у тебя не хватит силы ущипнуть своих побратимов?! Я уверен: этого должно хватить, чтобы заставить их оторвать задницы от земли!

– Точно, мерзавец...

– Так! Считаю до трех!
– громко предупредила Белка, по-прежнему не изъявляя желания приблизиться.
– Если после этого не увижу ваши морды на этой дороге, то еду один. Обратно. И с чувством исполненного долга сообщаю Ходоку, что он зря согласился! А потом всему встречному народу докладываю, что хваленое Братство не умеет собираться вовремя! И слишком любит давить лежака в то время, когда надо РАБОТАТЬ!!!

– Белик!
– не выдержал Лакр.
– Хватит орать на весь лес! Чего ты с места сорвался, как настеганный! Темно же еще! Кони не оседланы!

– Так поторопись, рыжий! У вас три минуты на сборы! Не успеете - пеняйте на себя! Время пошло!

– Твою мать!
– с чувством произнес Брон, когда его татуировка опасно похолодела. Он поморщился, покривился. По взглядам собратьев понял, что они тоже почувствовали. Зло сплюнул, сообразив, что Белик действительно не шутит и в самом деле может бросить их на полпути. А затем крепко выругался, раздраженно сдернул с себя плащ и... пошел собирать вещи.

– Ну, наконец-то!
– сварливо выдала Белка, когда на последних секундах истекающего срока на Тракт все-таки выбрались голодные, не выспавшиеся и откровенно недовольные Братья. Держась от них шагах в сорока на спине ворчащего грамарца, она внимательно оглядела попутчиков, оценила хмурые физиономии, нещадно мятые рубахи, спутанные вихры у Лакра и слегка растрепавшую косу Тороса (Терг и его ситт по причине коротких стрижек не испытывали подобных проблем). Делано не заметила аккуратно собранного Стрегона и выразительно сморщилась.
– Тьфу! Всего день прошел, а вас опять надо купать, как болотных коней!

– Ты ж нам времени не дал, - сердито напомнил Лакр.

– Не моя забота, что вы так долго дрыхнете.

– Я даже не перекусил!

– Всухомятку поешь. По дороге.

– Белик! Да чего ты нас сдернул, чудовище? Нельзя было на полчаса позже выехать?!

– Нет, - отрубила Белка, разворачивая Курша.
– Если не доберемся до заставы до полудня, потом застрянем до вечера. Они там въедливые, занудные, неразговорчивые, а народ сюда прется отовсюду, откуда не лень... тот караван, что перед нами прошел, наверняка не единственный. Некоторые заранее на целые сутки встают, чтобы пройти проверку пораньше. Так что можем наткнуться на приличную очередь. А нам нельзя задерживаться. Поэтому вперед и с песней. Да не шагом, как вы плелись до этого, а в темпе получившего ускорение гонца, которому надо кровь из носу доставить срочное донесение.