Чтение онлайн

– Он сказал, что завтра казнь. Точнее, я как бы и сама об этом знала. Сидела и ждала.

– Подожди! Там был кто-то ещё.

– Как ты это видишь?!

– Не отвлекайся! Потом!

– С ним были ещё двое. Один держал факел, другой был тюремщиком, но это, по-моему, не важно.

– Ничего нет не важного! Каждая деталь может вести к разгадке.

– У тюремщика был ключ, и он снял с меня наручник. А Граф сказал, что я должна найти шкатулку.

– Граф?! – Зарина открыла глаза и удивлённо посмотрела на Оксану.

– Ну, монах этот. У него кличка Граф.

– Он так представился?

– Нет. Но я узнала его голос.

– То есть ты во сне поняла, что давно с ним знакома?

– Не совсем во сне. Ну ладно, скажу, – вздохнула Оксана. – Этот Граф часто является мне в фантазиях. Он как бы живёт в моём мозгу, иногда даёт советы, иногда что-нибудь рассказывает. В общем, я его придумала.

– Придумала?! Обычно девочки придумывают себе «добрую фею». Почему именно «граф»?

– Не знаю. Однажды этот образ возник, и… я чувствую к нему какое-то доверие и привязанность, хотя иногда он ведёт себя очень жестоко.

– А когда ты увидела его впервые?

– Впервые? Пару месяцев назад. Это было, когда мы мчались на бешеной скорости. А я очень боялась быстрой езды. Вот тогда меня и пробило. Это было похоже на воспоминания о событиях, которых не было в этой жизни. Как будто прошлую жизнь вспомнила. Понимаю, что всё это смешно…

– Ничего смешного! – строго сказала Зарина. – Но продолжай: что было дальше в сегодняшнем сне?

– Граф сказал, что если я найду шкатулку, то останусь жива.

– Какую шкатулку?

Оксана вздохнула.

– Однажды у меня была бессонница. Я сидела, фантазировала и увидела, как он что-то пишет. Перед ним на столе стояла шкатулка. Такая деревянная, с инкрустацией…

– Так! Ну дальше, дальше!

– Он дописал, запер бумагу в эту шкатулку и отдал мне ключ, сказав, что однажды эта инструкция мне пригодится. Потом я возвращалась в тот кабинет, чтобы найти её, но она исчезла вместе с хозяином.

– А что мешает тебе нафантазировать, что шкатулка стоит на том же месте, открыть её и достать письмо?

– Хм! – удивилась Оксана. – Почему-то это не приходило мне в голову.

– А ты попробуй! Прямо сейчас.

Оксана закрыла глаза и вспомнила кабинет Графа. Здесь было темно и… словно остановлено время. Казалось, даже пыль в воздухе замерла. Оксана представила, что шкатулка стоит на столе, и деревянная коробочка послушно появилась. Оксана подняла крышку. Внутри была бархатная обивка и больше ничего. Тогда она создала лист бумаги – это тоже оказалось не сложно, но, развернув письмо, поняла, что и текст ей придётся придумать. Она с досадой захлопнула фальшивую шкатулку, которая тут же превратилась в облако пыли.

Оксана закашлялась и открыла глаза.

– Нет, так не выйдет, – помотала она головой. – Искусственно не получается. Я, конечно, могу управлять собой в этих образах… например, поискать, спросить кого-то. Но если её там нет, то… придумать, конечно, можно, но… как бы объяснить?

– Да я понимаю, – усмехнулась Зарина.

– И где мне искать эту чёртову шкатулку?

– В памяти! Где же ещё? Какие ассоциации у тебя возникают?

Оксана закрыла глаза и забормотала:

– Шкатулка… шкатулка… Малахитовая шкатулка… нееее… та была деревянная с инкрустацией.

– Ты уже второй раз повторила про инкрустацию. Наверняка это важно.

– Думаешь?

– Где ты видела инкрустацию?

Оксана пожала плечом.

– В музее, наверное.

– В каком музее?

Вдруг Оксана обрадованно встрепенулась и воскликнула:

– На старинном журнальном столике! На чердаке у Галины!

– На том самом, где ты что-то искала во сне во время приступа?

– Да, да! Именно там.

– На твоём месте я бы тщательно обыскала этот чердак.

– Обязательно, как только приеду в деревню.

А сейчас-то что делать?

– Может быть, образ этой шкатулки хранит ключ к какому-то воспоминанию? Попробуй сконцентрироваться на нём.

Оксана застонала и закрыла лицо ладонями.

– А я пока оставлю тебя, – услышала она голос Зарины.

Оксана долго сидела и пыталась «думать о шкатулке». Но как и в случае с «не думать о белой обезьяне», в голову, как назло, лезли мысли, далёкие от темы поиска. Намного интереснее казались вопросы типа «что там с моим автомобилем?». Фантазийная шкатулка с какой-то мифической инструкцией казалась бредом сумасшедшего. И несмотря на то что логически Оксана уже объяснила себе, что никакой это не бред, но с детства приученное к атеизму сознание пыталось восстановить привычный мир, в котором можно только мечтать о волшебстве, не неся при этом ответственности за реальное обладание сверхъестественными способностями.

Оксана собралась, решительно разогнала назойливые суетные мыслишки и вернулась к поиску таинственной шкатулки. В памяти вновь возник пустой кабинет Графа. Она огляделась. Внимание привлекли напольные часы, такие же, как у Кузнецовых в гостиной, только сквозь покрытое пылью стекло почти не было видно циферблата. Оксана подошла и открыла дверцу. Стрелки остановились ровно в пять. «Жанна была фавориткой пять лет, – вспомнила Оксана. – Возьмём час за год…» – Она перевела минутную стрелку на пять кругов назад, потом подтянула позолоченные гири и качнула маятник.

Пространство ожило. Белёсый налёт исчез, и стало легче дышать. В блестящем стекле мелькнуло отражение горящих свечей. Оксана обернулась. Граф сидел в своём кресле. Лицо его, как обычно, скрывала тень. На столе стояла шкатулка.

Вдруг раздался щелчок, часы зашипели и начали бить.

Когда бой утих, Оксана приподняла шуршащую юбку и подошла к столу.

– Здравствуйте, – сказала она. – У меня вопрос.

– Спрашивай, – ответил знакомый голос.

– Когда мне понадобятся инструкции, где я должна буду искать эту шкатулку?

– Я же дал тебе ключ.

– Ключ? – Оксана достала его из-за пазухи. – Вот он, но что от него толку?

Граф молчал.

– Или вы имеете в виду эмоциональный ключ? Я не совсем понимаю ваши намёки.

Граф продолжал молчать.

– Но я не чувствую никаких особенных страхов, – пожала она плечами. – Даже страха оказаться в тюрьме почему-то нет. С другой стороны, меня терзает множество каких-то нелепых депрессий и истерик. Но какая из них ключевая? Подсказка бы мне не помешала. А можно я прямо сейчас… прочитаю?