Чтение онлайн

В Советском Союзе эти неформальные критерии были фактически признаны официально: в соответствии со статутом ордена Красного Знамени к награждению им представлялись летчики-истребители, сбившие лично 5 самолетов противника. За 10–15 сбитых самолетов летчики представлялись к званию Героя Советского Союза. Самый результативный летчик ВВС РККА, трижды Герой Советского Союза И. Н. Кожедуб, имел на своем счету 62 самолета противника, и еще 6 советских пилотов одержали 50 и более побед. Наиболее выдающиеся летчики-истребители Великобритании и США сбили от 20 до 40 самолетов противника.

С учетом сказанного 352 победы лучшего эксперта люфтваффе Эриха Хартмана, а также 250 и более побед на счету еще у 10 немецких пилотов не имеют никакого рационального объяснения, кроме заявления Адольфа Гитлера: «Искусство боев в воздухе истинно германская привилегия. Славяне никогда не смогут им овладеть».Предполагаю, что количество «побед» летчиков люфтваффе не объяснялось этими откровениями фюрера, а подгонялось под них немецкими штабистами и пропагандистами.

На мой вопрос отцу об этих фантастических немецких результатах и как он к ним относится, ответ был коротким: «Об этих результатах в первый раз слышу, но о том, что среди немцев было много очень сильных пилотов, мне не надо было читать, я это узнал в боях с ними. А официальные результаты зависят от того, как сбивать и как считать. Мне записанных в летной книжке 11 сбитых самолетов хватает «выше крыши», хотя на самом деле я сбил точно не менее 14, если не больше».

Множество опубликованных специалистами материалов по этому вопросу свидетельствуют, что он был абсолютно прав и точен в ответе. Так, методика учета результатов боевой работы летчиков-истребителей в ВВС РККА и в люфтваффе (то есть «как считать», по словам отца) была различной. Достаточно сказать, что даже объекты счета были разные. На боевом счету советских летчиков учитывались «сбитые» самолеты противника — рухнувшие на землю в результате атаки. А немецким летчикам засчитывались «победы» — атаки, в которых они открывали огонь и попадали в противника.

В связи с этим экипаж первого сбитого отцом самолета, если бы не погиб, мог записать на свой счет «победу», так как успел всадить пулеметную очередь в отцовский МиГ. Поэтому, если оценивать результаты этого боя не по существу, а по методикам ВВС РККА и люфтваффе, он закончился вничью, так как и экипаж Ме-110 одержал «победу», и отец «сбил» самолет противника.

Было много других штабных и пропагандистских уловок, чтобы «накручивать» боевые счета немецких экспертов. Так, все победы, одержанные в групповом воздушном бою, в люфтваффе записывались на личный счет ведущего группы. В ВВС РККА велся раздельный учет сбитых самолетов противника лично и в группе, и есть много свидетельств, что ведущие летчики нередко записывали лично сбитые ими самолеты противника на счет ведомых, отмечая их вклад в общую победу.

Результаты экспертов люфтваффе заинтересовали Заслуженного летчика-испытателя СССР, Героя Советского Союза А. А. Щербакова, который, начав, как уже отмечалось, службу в 1943 г. в 12-м гвардейском иап Московской ПВО, затем воевал в 176-м гвардейском полку. Он вспоминал, что весной 1945 г. в газете люфтваффе, подобранной на покинутом немцами аэродроме, нашел заметку, « из которой следовало, что майор Эрих Хартман сбил 303 самолета противника. Эта цифра как мне, так и моим старшим товарищам, которые знали немецких летчиков-истребителей не по печати, а по жестоким боям, показалась совершенно невероятной. С тех пор я собирал материалы на эту тему — отечественные, немецкие, английские и американские».

Изучив эти материалы, он пришел к выводу, что цифры побед немецких летчиков разошлись по всему миру из книг американских авторов Толливера и Констебля. А. А. Щербаков отмечает, что «книги эти изобилуют грубыми ошибками и выдумками, говорящими о полном незнании авторами условий и реалий советско-германского фронта. На них лежит печать холодной войны. Источник этих книг очень сомнительный».Кстати, из этих материалов «выяснилось, что Хартман и Покрышкин воевали в одних местах и даже встречались в воздухе… Хартман очень высоко отзывался о Покрышкине и сказал, что дважды уклонился от боя с ним».

Вместе с тем А. А. Щербаков пишет: «Отрицая явно завышенное число побед немецких асов, я не подвергаю сомнению их профессиональное мастерство и их боевой дух».Отец, рассказывая о воздушных боях под Москвой, тоже считал: «Мы столкнулись с сильным, жестоким и неглупым врагом. Но побеждали, несмотря на численное его превосходство».

Ме-109 G2 со знаком «Gr"unherz» на борту

Документальное изучение реальных воздушных боев советских летчиков с экспертами люфтваффе, якобы имевшими на своем счету десятки и сотни «побед», дает объективную оценку соотношения их сил. Это убедительно показывает основанное на советских и немецких документах исследование, посвященное истории немецкой истребительной эскадры JG54 «Gr"unherz» («Зеленое сердце» — герб Тюрингии). Эта эскадра «признана немецкими историками лучшей из всех соединений люфтваффе. «Gr"unherz» известна низким уровнем потерь в воздушных боях II Мировой войны». Вместе с тем в 1941–1945 гг., при штатной численности 112 человек летного состава, она потеряла в воздушных боях с советскими летчиками 416 пилотов, из которых 63 имели на счету более 30 побед, а 24 из них — больше, чем у лучшего советского аса И. Н. Кожедуба.

Герой Советского Союза (23.10.42) В. Ф. Голубев

Пилотам «Gr"unherz» противостояли летчики Балтийского флота и Ленинградского фронта. Один самый результативный из них был Герой Советского Союза подполковник В. Ф. Голубев, который сбил 19 самолетов лично и 20 — в групповых воздушных боях. В числе сбитых им пилотов эскадры «Gr"unherz» были Г. Лооз (92 победы), Х. Бартлинг (67 побед), Х. фон Бюлов (61 победа) и А. Детке (33 победы). Своеобразный квалификационный воздушный бой провел 7 октября 1942 г. у озера Ильмень летчик 283-го иап младший лейтенант Зайцев. В двадцатиминутном поединке он вымотал и сбил командира штаффеля (эскадрильи) из «Gr"unherz» Йоахима Ванделя, на счету которого к тому времени было 75 побед. Зайцев в этом бою сбил свой первый самолет противника, счет которых он в последующем довел до двенадцати. Описание этого боя сопровождается фотографией с подписью: « Штаффелькапитан 5/JG54 обер-лейтенант Вандель (в центре) с пилотами своего штаффеля. До конца войны не доживет никто».

Штаффелькапитан 5/JG 54 обер-лейтенант Вандель (в центре)с пилотами своего штаффеля. До конца войны не доживет никто

Разница в результативности летчиков-истребителей люфтваффе и ВВС РККА объяснялась также различием в их тактике (в ответе отца: «как сбивать»). У советских асов она была нацелена на общую победу, у экспертов люфтваффе — на их личный результат. Они вылетали в основном на «свободную охоту» и искали отставшие от строя и другие одиночные или поврежденные самолеты, зазевавшихся или раненых летчиков. При этом, пишет отец, «немецкие истребители избегали боя, если не имели численного превосходства, нападали внезапно, используя облака, солнце, и уходили, не ввязываясь в бой».

Как свидетельствует летная книжка, у отца за войну было только 3 вылета « на охоту» и сотни — по боевым заданиям, при которых необходимо избегать встречи с противником — при вылетах на штурмовку, разведку, или не ввязываться с ним в бой, а стараться его отогнать — при сопровождении ударных самолетов, прикрытии войск и объектов.

Закрывают тему «рекордных» достижений экспертов люфтваффе исследователи, использовавшие современные моделирующие комплексы, «в «память» которых можно заложить характеристики и поражающие возможности любого самолета, а также разыграть эпизод группового боя… В ходе имитационного моделирования наши самолеты выстраивались в боевых порядках, считавшихся в конце 1943-го и в 1944 г. типовыми. Ни один из перечисленных рекордов немецких асов подтвержден не был, не удалось даже близко подойти к выданной читателю результативности».

Об одной «неподтвержденной» победе

Уверен, что отец не лукавил и когда говорил, что сбил больше самолетов противника, чем значится «подтвержденных» на его официальном счету, и что он точно не знает, сколько их на самом деле. В связи с этим вспоминаю один его рассказ: «Мы парой вылетели на разведку. Шли почти на бреющем, и внизу сплошной лес. Вдруг — огромная поляна и на ней взлетная полоса, по которой бежит то ли «шторх», то ли «хеншель» — были у немцев такие похожие двухместные самолеты разведки и связи. Я нажал гашетку пулеметов, и в следующий момент мы опять были над лесом, даже не заметил, попал или нет.