Чтение онлайн

Глаза хрупкой на первый взгляд блондинки вспыхнули.

– Во-первых, он никогда не впутывал меня ни во что. Это плод твоего больного воображения. Просто ты всегда меня ревновал к моему брату, считая, что я уделяю ему гораздо больше внимания, нежели тебе. А во-вторых, я вообще не желаю обсуждать мою поездку ни с кем, включая тебя. И вообще, это не твое дело! Ты не член нашей семьи и не входишь в круг доверенных лиц.

– Да? И с каких это пор? – взорвался Джордж. – Послушай, Бет. Я не понимаю тебя. Когда я был тебе нужен, то все было по-другому.

– Нет, это ты послушай меня, Джордж, – сдержано, выговаривая каждое слово, проговорила Элизабет. – Это ты пользовался и прикрывался мною. И это ты воспользовался моими связями, устраиваясь на работу, и коли ты не продвинулся за три года по служебной лестнице, то лишь благодаря своей лени. Да, и, кстати, не забудь, кто заставил тебя устроиться на эту работу. Не будь меня, ты так бы и провалялся на своем диване всю жизнь, довольствуясь временными заработками. Поедем дальше или достаточно?

Джордж, потупив глаза, молчал и смотрел в пол. Однако по выражению его лица мадемуазель Бертон поняла, что попала в точку, задев самолюбие.

– Джордж, поговорим начистоту. Мне не нравится ни то, как ты относишься ко мне, ни то, как ты реагируешь на мою семью. В связи с этим мне будет трудно поддерживать в дальнейшем наши отношения.

– Если я и недолюбливаю твоего брата, то это вовсе не означает, что я не люблю тебя, – глухо заметил ее собеседник.

– Ну почему ты не можешь понять, что любовь – это не когда люди смотрят друг на друга, а когда они смотрят в одну сторону! Мы же с тобой совершенно разные люди. Ты ненавидишь и презираешь то, что люблю я. Скажи честно, ты хоть раз поддержал мои начинания или идеи? Нет. Зато очень часто их критиковал и высмеивал. Вот и сейчас, вместо того, чтобы помочь мне, ты поливаешь грязью человека, который, в принципе, не сделал тебе ничего плохого.

– Я лишь волнуюсь за тебя, – услышала она в ответ.

– Ах, какая забота!

– Да, забота. Но ты ведь такая возвышенная и утонченная натура, – язвительно проронил Джордж, – где уж мне понять тебя. Я реалист. Да, да. И не стыжусь этого. Я, возможно, чего-то не знаю или не понимаю, но зато реально оцениваю ситуацию, а не витаю в облаках, как некоторые. Ты вообще представляешь, куда ты направляешься?

– Ну, – растерявшись от неожиданного нападения со стороны молодого человека, неуверенно произнесла девушка, – я много смотрела передач об Африке, потом… читала… да и Ричард много рассказывал об этой стране в своих письмах и несколько раз по телефону.

– Ой, я сейчас умру от смеха! «Читала, смотрела, рассказывал», – передразнил ее Джордж. – Там холера, желтая лихорадка и малярия. Нищета, голод и дикие звери…

– Вот только о диких зверях и хищниках не надо мне ничего говорить. Если ты не забыл, то я работаю с ними с девяти до девяти, включая иногда выходные и праздники.

– Тамошние звери не живут в клетках.

– Но и мои питомцы, живущие в клетках, не ходят по команде, – перебила его девушка. – Все, хватит. И вообще, какое твое дело, куда я еду и зачем? Я уже приняла решение и мне не важно твое мнение.

– Получается, ты твердо решила угробить себя?

– Да, именно так.

– А твой дядя Генри?

– Он будет здесь с минуты на минуту.

– Надеюсь, что хотя бы он образумит тебя и отговорит от этой ненормальной затеи.

Элизабет вскочила. В ее темно-зеленых глазах заиграли искры, говорившие о том, что девушку охватила ярость. В эту минуту она очень походила на тигрицу, готовящуюся к прыжку. Но тут раздался звонок в дверь. Ничего не ответив, хозяйка квартиры твердыми шагами направилась в коридор. На пороге Бет увидела старого морского волка, лучезарно улыбающегося и одетого, как всегда, элегантно и изысканно.

– Хелло, Бетти. Что случилось? Почему ты такая взъерошенная? Наверное, совершенно не спала ночью. Я предупреждал: не надо так себя изводить. Вот, полюбуйся на результат своего своенравия.

– Дядя Генри, со мной все в порядке… Почти, – целуя его в обветренную и загорелую щеку, ответила девушка. – Не стойте в дверях, входите.

Войдя в комнату, Генрих Херрингтон увидел Джорджа, стоящего около окна.

– Привет, Джордж. Не ожидал тебя здесь встретить, – вопросительно взглянув на племянницу, проговорил он. – Как дела? Работа?

– Спасибо, капитан Херрингтон, все идет гладко. Собственно, без существенных взлетов, но и без стремительных падений.

– А-а-а, – протянул его собеседник, – понятно.

– Джордж уже собирался уходить, – пристально посмотрев на него, констатировала его бывшая возлюбленная. – Я не ошибаюсь?

– Да, да, само собой, – поспешно ответил Джордж, покраснев. – Я уже ухожу. Дела, видите ли. Рад был вас повидать, капитан. До свидания, Элизабет. Надеюсь, тебе удастся все, что ты задумала. Желаю удачи и огромного счастья.

– Тебе того же, Джордж. Прощай!

Девушка закрыла дверь и повернулась к дяде, стоявшему в проеме комнатной двери.

– И что это было? – удивленно спросил он. – Я что-то пропустил?

– Да так, ничего особенного. Джордж не любит терпеть фиаско, особенно, что касается женского пола. Я задела его самолюбие, поэтому он так повел себя.

– А зачем он приходил? Мне показалось, вы с ним все выяснили? Или я ошибаюсь?

– Нет, не ошибаешься. Мне тоже так казалось. Но, должно быть, Джордж решил иначе.

– Так он приезжал для того, чтобы поговорить о вашем совместном будущем и уговорить тебя начать все сначала?

– Вовсе нет. Он хотел отговорить меня от поездки в Африку, приводя при этом вескую, на его взгляд, аргументацию.

– У него не было ни малейшей возможности, – рассмеялся капитан Херрингтон. – Невзирая на то, что путешествие чревато различными трудностями и опасностями, зная твой упрямый характер, а главное, твое отношение к Ричи, мне и в голову не пришло попытаться отговаривать тебя от этой безумной затеи. Ты поедешь в Африку, даже если я лягу у порога.

– Ну, дядя, что вы такое говорите, – смущаясь, ответила девушка. – Ежели вы сделали бы это, то тогда поставили меня в весьма затруднительное положение.

– Не волнуйся, Бетти. В отличие от Джорджа, у меня достаточно ума, чтобы не сделать этого… Ладно, красавица. Оставим этого молодого человека в распоряжении ее величества Судьбы, а сами тем временем займемся нашими проблемами. Давай, рассказывай обо всем с самого начала, но теперь все в мельчайших подробностях.

Элизабет понадобилось больше часа, чтобы ввести отставного морского офицера в курс дела. На протяжении всего рассказа он не проронил ни слова, но с каждой минутой его лицо становилось все суровее и напряженнее. Закончив повествование, племянница замолчала. Капитан Херрингтон порывисто встал с кресла и, опустив голову и засунув руки в карманы брюк, стал мерить комнату шагами. Девушка следила за ним немигающими глазами. Наконец он остановился посредине и, повернувшись к племяннице, поинтересовался: