Чтение онлайн

Но все-таки подумала, вытряхивая из гамака помет мармозеток, что именно в эту ночь ей и самой хотелось спать не одной…

Ночью Марине приснился не ее отец, а отец Барбары Бовендер, бегущий через лес к реке.

Когда она проснулась, одна ее нога и обе руки свешивались через край гамака.

Первая ее мысль была о мартинах.

На веранде было почти темно, Барбара и Истер спали, Истер в нейлоновых шортах, которые носил днем, а Барбара в белой ночной рубашке. Марина посмотрела на них и удивилась, что на свете бывают такие вещи, как ночные рубашки.

Она взяла фонарик и вышла в джунгли, светя себе под ноги, так как в этот ранний час тарантулы медленно уползают с тропы. Ей хотелось побывать возле мартинов и вернуться назад до того, как туда придут другие. Теперь она была уверена, что у коры есть и какое-то другое свойство, о котором все умалчивают, и знала, что не хочет ни дня оставаться без нее. В последний день перед отъездом она придет сюда и отпилит от деревьев несколько веток на дальнем краю рощи. Потом распилит их на кусочки, свяжет между собой и увезет домой как память. Потом будет сидеть на своей кухне, вынимать из морозильной камеры, когда потребуется, веточку и соскребать кору зубами.

Размечтавшись, она едва не наступила на муравейник. Остановилась и понаблюдала за муравьями, прогрызавшими дорожку сквозь прелые листья.

Всю остальную дорогу она уже внимательно смотрела под ноги, а когда подняла глаза, то увидела, что утреннее солнце уже позолотило стройные стволы мартинов, а на поголубевшем небе стали заметны гроздья розового цвета.

Пожалуй, она уже не жалела, что не уедет на лодке с мистером Фоксом.

Она прижалась ртом к мягкому отверстию в коре, и по ее телу разлилось ощущение покоя и радости.

Может, ей и в самом деле рано уезжать отсюда?

К деревьям шли первые женщины-лакаши.

Они подняли руки и помахали ей. Марина помахала в ответ и быстро пошла на край рощи.

Вдали слышался голос Нэнси Сатурн; она рассказывала о пурпурном мартинете, его пищеварении и выделениях.

Марине захотелось убежать куда-нибудь подальше, но почему?

От кого ей бежать?

Мистер Фокс был ее любовником, Сатурны — друзьями.

Марина знала только одну тропу, ведущую к лаборатории, и боялась заблудиться в джунглях, если сейчас сойдет с нее.

В общем, она раздумывала слишком долго.

— Марина! — крикнул Ален.

Она направилась к ним.

Лакаши стояли возле деревьев, и тихий скрежет зубов о кору звучал для нее как музыка. Одна из женщин похлопала Марину по бедру, это была ее помощница в операции. Марина в ответ похлопала ее по голове.

— Ее теперь не отличишь от местных, разве что она выше ростом, — сказал Ален мистеру Фоксу.

Мистер Фокс стоял между стволов мартинов, одетый в голубую рубашку и более темные брюки. При свете дня он выглядел лучше.

Впрочем, в этой роще все выглядели лучше и здоровее.

Марине даже не верилось, что, спешно отправляясь ее спасать, он захватил с собой смену одежды.

— Вчера я хотел спросить про это платье.

— Это местная мода, — ответила Марина, погладив грубую ткань.

— Где же ваша остальная одежда?

— Случайное недоразумение. А платье действительно мне пригодилось.

— Будь мои ноги такими же красивыми, я бы тоже носила такое платье, — вмешалась Нэнси Сатурн.

Ноги Марины были ровные и длинные, но все в синяках и царапинах; они давно забыли про эпиляцию и густо покрылись укусами насекомых.

Марину поразило, что она лгала не только мистеру Фоксу. Лгала она и всем докторам, ее друзьям — тем явно было бы интересно узнать, что у нее с приехавшим боссом не только деловые отношения.

Маленькая женщина-лакаши, получив свою порцию коры, подошла к Марине и дважды хлопнула ее по плечу. Марина послушно села — почему бы и не посидеть среди мартинов? Все насекомые, кроме пурпурных мартинетов, огибали этот участок джунглей. Женщина развязала нитку на косе Марины и стала расчесывать пятерней ее волосы.

— Такой сервис? — поинтересовался мистер Фокс.

— Их все равно не остановить, — пояснила Марина. — Бесполезно и пытаться.

— Когда я приехала сюда, — сказала Нэнси, у меня были длинные волосы. Лакаши не давали мне прохода. Тогда я остриглась и стала для них невидимой.

— Каждое утро они причесывают Буди, — добавил Ален. — Специально приходят к ее хижине.

— Так вы уже привыкли к этому месту? — спросил мистер Фокс.

Впервые за все время он говорил с Мариной как со знакомой.

Она кивнула:

— Когда экскурсия закончится, я отведу вас в лагерь. Вы расскажете мне, что происходило в компании после моего отъезда.

Мистер Фокс согласился и ушел с Сатурнами.

Марина вслушивалась в их голоса — все мартины и мартинеты, о раппах не было сказано ни слова.

Она протянула руку и сорвала маленький голубоватый гриб, росший у корней дерева, чуть больше ее мизинца. Поднесла его к носу, понюхала, словно цветок. Женщина, заплетавшая ей косу, засмеялась, нагнулась через Маринино плечо, тоже понюхала гриб, потом обхватила Марину руками и со смехом уткнулась в ее шею. Марина тоже засмеялась. Закончив свою работу, женщина взяла гриб из пальцев Марины и, с опаской оглядевшись по сторонам, сунула его в рот.

И пошла домой.

Сатурны остались в роще с лакмусовой бумагой и ватными тампонами, а Марина повела мистера Фокса в лабораторию.

Проходившие мимо женщины махали ей.

— Ты тут популярная персона, — сказал он.

Она остановилась и повернулась к нему, взяла его за руки.

Когда-то они летали вместе в Чикаго, взяли в отеле «Дрейк» роскошный номер и полдня не вставали с постели…

— Я написала тебе много писем. Некоторые обязательно дойдут. Вторая сумка тоже потерялась, вместе с телефоном.

Мимо прошли три женщины, одна похлопала Марину по спине.

Мистер Фокс торопливо убрал свои руки.

— Не беспокойся насчет них, они никому не расскажут.

— Ну, все-таки, — пробормотал он.

— Все это не имеет значения, — сказала она. — Никого не волнует, что мы делаем. И раньше это никого не волновало.

Она поцеловала его, потому что не знала, будет ли другая возможность. И тут же подумала, что, вероятно, от нее ужасно пахнет. Ей так и не удалось до конца отмыться от змеи.