Чтение онлайн

— Мы не дикие. Стеклянных бус нам не надо.

Тогда я предложила напульсник со своей руки. А что? Вполне технологичная вещь и наверняка стоит немало, хотя мне её выдали бесплатно в качестве рабочего инвентаря. На это мне было замечено, что один-единственный прибор, в отрыве от породившей его технологии особой ценности тоже не представляет. С величайшей неохотой предложенный «ключ от всех дверей» тоже не прошёл отбора, но уже как подаренная лично мне вещь и имеющая для меня слишком большую ценность. Тогда я принялась выворачивать карманы. Вы когда-нибудь слышали, что может поместиться в сумочке у девушки? Если слышали, то можете себе представить, с каким интересом следило почтенное общество за этим действом. Под неугасающий свет пещерных ламп были извлечены: «вечный» листок для заметок — небольшого формата пластинка, на которой можно было писать и стирать бессчётное количество раз, электронная записная книжка, набор заколок (зачем только таскала! ведь с тех пор как сделала модную стрижку, совсем перестала ими пользоваться), слипшиеся в единый ком леденцы, брикетик жевательной зубной пасты, идентификационная карта (одна из нескольких у меня имеющихся), кое-что из косметики, «счастливая» монетка выменянная когда-то у Бродяжек, баллончик с псевдокожей выпрошенный у Мика (им я немедленно воспользовалась, залив защитно-регенеративным составом несколько крупных ссадин на руках и ногах) и ещё чёртова уйма вещей, непонятно зачем таскаемых за собой. Самые обычные мелочи, и по общему убеждению — ничего такого, эквивалентного единственной и неповторимой мне. Я даже расстраиваться начала, пока не выудила из уголка кармана, случайно завалявшуюся там и застрявшую ягодку, когда-то сорванную в спальне у Ненни-Ро.

— Вот, — предъявила я торжественно. — Семена драконьего мха.

Тёмно-бордовая, чуть сморщенная горошинка пошла по рукам. Потом общество внезапно пришло в движение и, как приливной волной подхватив и меня за собой, устремилось в неизвестном направлении. Слава богу, идти пришлось недалеко — всего лишь преодолеть пару аналогичных залов-пещер да проплыть метров десять по полностью затопленному переходу — говорить не о чем. Зато место, куда мы попали, полностью окупало все труды по его достижению. Сад — не сад, оранжерея — не оранжерея, но что-то подобное — царство эндемичной растительности, занимавшей и подводную часть пещеры, и плетями тянущейся на подвесных канатах и гроздьями-сростками крепящейся к стенам. В нос ударил острый, тёплый, пряный грибной запах, смешанный с чем-то трудно распознаваемым — у меня сразу же начала кружиться голова и все местные красоты отступили на второй план. В том числе и хозяйка этой плантации, которая вывернула из-за желтовато-бурого листа местной флоры и, принялась ругаться на старейшин. Судя по всему, она была не слишком рада видеть толпу ввалившегося в оранжерею народа, и недовольство её удалось усмирить только предъявлением чуть сморщенной ягодки драконьего мха (надо будет узнать у Ненни-Ро, как же он всё-таки по-настоящему называется). Речь я их, конечно же, не понимала, но общий смысл переговоров был и так понятен по общему тону, мимике и жестам и каким бы сомнительным мне самой не казался этот полусухой шарик, первую из увиденных мной женщин-русалок он заинтересовал. Кстати, она нимало не напоминала образы пышногрудых длинноволосых прелестниц, которыми пестрят иллюстрации сказок и фантастических романов и которую, я подсознательно ожидала увидеть. Такое же поджарое и обтекаемое тело, как и у мужчин, грудь выступает едва-едва, волосы, то ли коротко подстрижены, чтобы не застилать в воде зрение, то ли просто длиннее не растут, но при этом более изящное телосложение, да и общая женственность линий не позволяла спутать её с представителями сильного пола. Звуки наступали и отступали, голова продолжала кружиться и я тихонько стекла на полузатопленный пол, чтобы не грохнуться на него со всего маха, если уж потеряю сознание. А потом и в наглую привалилась здоровым плечом к оказавшемуся рядом наяде. Нет у меня больше ни сил, ни желания, беспокоиться о том, как будут восприняты те или иные мои поступки.

Меня всё-таки отпустили. Меня не просто отпустили, но проводили до самого берега, где на небольшом утёсе стоял дом моих друзей. И не как в прошлый раз, при входе в поселение, грубо за ногу, а позволили прокатиться, держась за спину и плечи одной из наяд. Не знаю, как бы иначе я выплыла, потому что сил осталось катастрофически мало: наполненный беготнёй день, падение в городской канал, да ещё и эти миленькие посиделки с наядами и русалками. Любой вымотается. Так что поднималась я к дому в предрассветных сумерках медленно и осторожно и размышляла, что даже такой маленький, всего-то в три этажа домик, стоящий на небольшом возвышении, в отсутствие других строений смотрится настоящей башней. Высокой-превысокой.

У дверей дома я буквально рухнула. У закрытых дверей, надо добавить. Я уже и раньше замечала, что искин, управляющий этим домом меня ни во что не ставит, вот и сейчас без прямого хозяйского приказа дверей не открыл. А, кстати, хозяева-то где? Я чуть не обиделась — тут, понимаешь ли, едва приползаешь, пережив неизвестно какие приключения, а тебя никто не встречает. Попробовать позвонить? Я развернула диалоговое окно на напульснике и обомлела. Мама-дорогая, это столько у меня пропущенных вызовов за последние шесть часов образовалось! А я об этом ни сном, ни духом. Загрузить, что ли в напульсник бета-версию Домового, как он и просил, чтобы впредь подобного не случалось? Это же надо, более сотни вызовов от двадцати с лишним адресатов! Видно меня потеряли окончательно. Нет, я прекрасно понимала, что искать меня начали прямо сразу, Сааша-Ши наверняка немедленно поднял тревогу, просто старалась не концентрироваться ещё и на этой проблеме, с которой всё равно ничего не могла поделать. Дрожащими пальцами выбрала в списке контактов Мика, дождалась пока пройдёт соединение, но не успела сказать ни слова:

— Где ты?! — вопль прозвучал оглушительно, даже не смотря на то, что доносился не из утерянной где-то во время странствий гарнитуры, а прямо из динамиков напульсника.

— Сижу на пороге дома.

— Никуда оттуда не уходи! — донеслось паническое. Я вздрогнула всем своим побитым организмом и подумала, что уж конечно, в ближайшее время точно никуда отсюда не двинусь. Однако оттуда же донеслось уже другим голосом (чьим я не смогла разобрать) приглушённое:

— Что за ерунду ты городишь? Пусть в дом заходит.

И сразу же, как по команде (хотя почему, собственно «как» — по команде и было) дверь за моей спиной распахнулась и приятный голос искина произнёс:

— Добро пожаловать в дом.

— Не отключайся! — это опять Мика.

— Не буду, — поспешила я уверить его и поинтересовалась: — А вы скоро?

— Пять минут. Мы уже на подлёте.

А раз до встречи всего пять минут, то не имеет смысла тащиться переодеваться, а лучше прямо сейчас усесться вот в это мягкое кресло, прикрыть глаза и замереть в неподвижности. Кресло начало понемногу нагреваться, достигая наиболее приятной температуры, а к подлокотнику подкатился маленький сервировочный столик с единственным толстостенным высоким бокалом. Над тёмно-бордовой жидкостью поднимался пар — горячий, очень сладкий фруктовый напиток оказался именно тем, чего мне сейчас от жизни не хватало и если сейчас кое-кто не поторопится, рискует застать меня уже спящей.

— Где ты была?! — родные Микины руки подняли меня вверх, чуть покрутили из стороны в сторону и прижали к груди. В какой момент он, вместе с остальными ребятами, появился в комнате, я не заметила — видно всё же немного задремала.

— Не поверишь, — я чихнула и утёрла нос влажным рукавом, — проводила дипломатические переговоры с представителями местной разумной водной фауны.

— И как? Успешно? — Дэн взял меня за больное плечо — я ойкнула и отстранилась всем телом, почему-то ушибленная рука не только разболелась, но и двигаться отказалась.

— Сами решите. Они вас завтра, то есть сегодня будут ждать на закате, вон в той бухточке, — я неопределённо указала пальцем куда-то в ту сторону, где двумя днями раньше из окна видела плещущихся Мика и Сааша-Ши. — Они сказали, что вы знаете.

— Всё потом, — меня наконец-то поставили на ноги. Мика склонил ушастую голову и пристально уставился мне в глаза. — Сначала — что у тебя с рукой?

— Ударилась, — я пожала одним плечом. Откуда мне знать, что там внутри творится.

— Нет, — Мика на минуту прикрыл глаза, как это делал всегда, желал сосредоточиться на тепловой картинке. — Там не только ушиб. У вас диагностический комплекс имеется?

— Мобильный, — согласно кивнула Юкои.

Быстрый подъём наверх, который оборудовал в этом доме Сааша-Ши, почти не оставил в моей памяти никаких следов, как и все последовавшие за этим процедуры. Кто-то снимал с меня одежду, умиротворяющее жужжал медицинский сканер, прохладная мазь густым слоем ложилась на синяки — всё это слабо доносилось до меня сквозь наползающую дрёму.

Проснулась резко, как от толчка, проспав, кажется, всего часа четыре. Нельзя сказать что отдохнула, но опять заснуть, точно не получится. Медленно и осторожно приняла сидячее положение и постаралась определить для себя состояние собственного организма. Левая рука от плеча и до кончиков пальцев не чувствовалась вообще, на правом бедре, я сдвинула в сторону одеяло, расцветал шикарный синяк, а каждый, даже самый маленький мускул ныл, болел и крутил. И ведь не запускала же себя, не менее двух раз в неделю посещала бассейн или спортзал, а стоило только попасть в ситуацию, где для выживания потребовалось напряжение всех сил, как сразу узнала цену своей физической подготовке. Вот так-то.

— Уже проснулась? — в поле моего зрения возник впечатляющий оскал Сааша-Ши. — Юкои предупреждала, что ты проспишь как минимум до вечера, а может быть и до утра. Впрочем, Микаэль утверждал, что подскочишь уже через несколько часов.

— И он был прав, — я рывком поднялась с кушетки, на которой вчера заснула. Всё-таки есть что-то подкупающее в том, что тебя знают настолько хорошо. — Отрубилась-то я на середине разговора, так и не успев ничего выяснить. Одежда здесь какая-нибудь есть? Ой, и мы же должны были сегодня с утра пораньше улететь.

— Да какие там улёты, — Сааша-Ши подтолкнул мне мягкие тапочки и помог засунуть руки в рукава лёгкого халата. — Микаэль с самого утра всех обзвонил, всех предупредил, что в связи с создавшейся чрезвычайной ситуацией вы задержитесь как минимум на сутки.

— Какой ещё ситуацией? — не поняла я. Всё-таки соображалось мне пока ещё плоховато.

— А как ещё можно назвать покушение на жизнь и здоровье работника станции?

Я села. Нет, я буквально рухнула на кушетку. Значит, мне не показалось, что случившееся со мной не было несчастным случаем.