Чтение онлайн

– Заходите, – пригласил Коди. – Я пойду поищу отца.

Кэтлин зашла в комнату и прошла прямо к картине. Это была Монтана во всем своем очаровании. Олан Вашингтон славился тем, что всегда рисовал реальные пейзажи. И женщина подумала, что сразу бы узнала это место, доведись ей наткнуться на него.

Жесткие контуры гор, все в голубых и серых тенях, возвышались над открытым простором луга, сотканного из нежнейших мазков самых невероятных оттенков. Пасущиеся на лугу кони и одинокая всадница. Небо казалось сплошными всполохами красного и оранжевого цветов со смягчающими розовато-желтыми, чисто розовыми и персиковыми мазками. Рисовалось это, вне всякого сомнения, на закате.

– Вам нравится? – послышался удивленный голос. Кэтлин повернулась. Мужчина, стоявший на пороге, был пожилой копией своего сына. Его волосы поседели, а лицо испещряли морщины, но двигался он с грацией молодого и физически крепкого мужчины.

– Чудесная картина!.. – искренне ответила она. – Я бы хотела увидеть то место, где вы это рисовали.

Олан покачал головой.

– Боюсь, что не смогу порадовать вас этим. Видите ли, этот кусочек земного рая существует лишь тут. – Он коснулся своей головы. – И тут. – Он приложил руку к сердцу. – Это мой собственный рай.

Получив столь подробную справку, Кэтлин снова повернулась к картине. Олан подошел к ней. Она взглянула на него и улыбнулась.

– Думаю, именно это и делает его столь прекрасным. Вашингтон-старший улыбнулся и протянул ей руку.

– Благодарю вас. Вы, должно быть, Кэтлин Хантер. А я – Олан Вашингтон.

– Очень приятно познакомиться.

– Надеюсь, вы не подумали, будто вам приказано явиться сюда. Но я просто умирал от любопытства и должен был познакомиться с женщиной, не побоявшейся устроить моему сыну та-акую знатную выволочку!

Кэтлин вспыхнула.

– Боюсь, это вовсе не храбрость, – призналась она. – Кажется, я просто выпила больше обычного.

Олан весело расхохотался и похлопал ее по руке.

– Всегда восхищался женщинами, умеющими честно признаваться в том, что совсем не в их пользу. Можно предложить вам что-нибудь выпить?

– Дженни уже несет напитки. – В комнату вошел Коди. – Полагаю, вы уже познакомились?

– Да. – Олан взглянул на сына. – Мы как раз обсуждали, где находится оригинал пейзажа.

– А-а, твой собственный, выдуманный!.. Ты поделился с ней своим секретом?

– Да.

– Вы должны чувствовать себя польщенной. Отец вполне мог бы выдумать красочную историю о страшных опасностях, которые испытал, рисуя данный пейзаж. В этом он ничем не отличается от других смертных – жаждет поразить воображение женщины.

Коди бросил на отца поддразнивающий взгляд и ухмыльнулся. Кэтлин еще ни разу не видела столь беззаботного выражения на его лице. Если бы он лично ей так улыбнулся, то она наверняка бы растаяла.

– Не подрывай мою репутацию. Садитесь, Кэтлин. Можно мне называть вас Кэтлин?

– Да, конечно. – Она села в кресло, обитое великолепной голубой парчой.

– А вы зовите меня Олан. Никаких мистеров Вашингтонов. Иначе я ощущаю себя стариком.

Он сел напротив нее на диван.

Кэтлин мягко рассмеялась:

– Я ни за что не совершу столь тяжкого греха.

В комнату с подносом вошла молодая женщина. Коди мгновенно поднялся и помог ей поставить напитки на ближайший столик. Она его поблагодарила.

– Дженни, иди познакомься с Кэтлин.

Та подошла к Олану и протянула Кэтлин руку, пока Олан представлял их друг другу. Кэтлин потрясла почти классическая красота женщины. На первый взгляд ей было не больше двадцати пяти лет. У нее была великолепная кожа и глаза ясной, чистой голубизны. Золотые с рыжинкой волосы рассыпались по плечам, доходя почти до талии.

– Очень рада познакомиться с вами, Кэтлин. – По манере говорить можно было догадаться, что она выросла в образованной среде на востоке страны. – Как замечательно, что вы выбрались к нам! У нас редко бывают гости.

Коди раздал всем чашки с охлажденным чаем, пока Дженни присела на диван рядом с Оланом. Кэтлин инстинктивно поняла, что Дженни занимает в доме особое положение. Только вот какое, ей было невдомек.

– Понравилась вам Монтана? – спросил ее Олан, удобно устроившись на толстых подушках.

– Здесь очень красиво. Я не была уверена, понравится ли мне здесь. Я ведь всю жизнь прожила в Чикаго. Но сейчас подумываю остаться здесь насовсем.

– Чудесно! – воскликнул Олан. – В нашем штате всегда найдется место еще для одного жителя.

– О, но в таком случае понадобится целых три места, не так ли? – сказала Дженни. – Коди рассказывал, что у вас двое девочек-близняшек.

– Да, Хизер и Холли. Им уже четырнадцать. Холли готова голосовать за то, чтобы остаться здесь, руками, ногами и всем, чем угодно. А вот Хизер эта идея совершенно не воодушевляет.

– Что ж, четырнадцать – возраст противоречий, – заметила Дженни.

Кэтлин кивнула:

– Этот год принес нам чересчур много перемен. И Хизер приспосабливается к ним хуже, чем я ожидала.

Она с любопытством наблюдала, как Коди беспокойно бродил по комнате, остановившись наконец у окон, выходивших на запад. Почти вся стена состояла из стекла, открывая великолепный вид на холмы и горы.

– Не обращайте внимания на моего сына, – сказал Олан, заметив, куда она смотрит. – У него беспокойный дух. Он родился на столетие позже, чем надо бы.

– У человека, который и сам просто бредит нашей стариной, – вмешалась Дженни. – Так что вы оба родились не тогда, когда следовало бы.

– Святая правда, – вздохнул Олан. – Чего бы я только не отдал, чтобы хоть одним глазком увидеть эти земли до того, как мы появились здесь и все испортили!

– Только не заводись, па, – тут же повернулся от окна Коди. – Я утащил Кэтлин прямо из столовой. Мэтти съест меня с потрохами, если я не верну ее к ленчу.

Дженни посмотрела на Кэтлин:

– Если вы останетесь в Монтане, то будете работать на ранчо?

Кэтлин отрицательно покачала головой:

– Джон предлагал, но мне кажется, что это не выход. И не потому, что я не люблю работу. Там вполне хватит дел и для меня, и для девочек. Но мне хочется заняться чем-то таким, что позволит быть совершенно независимой.