Чтение онлайн

В другом романе, «Дупло» (The Hollow), в одном из аристократических имений жена доктора Джона Кристоу Герда убивает своего мужа. Герду застают возле смертельно раненого мужчины, в слезах и с револьвером в руках. Кажется, очевидно, кто убийца (тем более, что Герда не умеет скрывать своих чувств). Но родственники и друзья Джона и Герды (скульптор и подруга Джона Генриетта Савернэйк, сер Генри Энккейтл, леди Люси Энккейтл, Эдвард Энккейтл и др.) делают все возможное, чтобы запутать следы и ввести Пуаро в заблуждение. Здесь ситуация расследования несколько отличается от предыдущей. То, что кажется безусловно очевидным, пытаются превратить в полнейшую загадку и неразрешимое дело.

Пример 3. Анна - ученый-биолог. Она занимается исследованиями, цель которых -изобретение лекарственного препарата (исцелин) против рака печени. Предположим, что она изобрела этот препарат, перед тем проведя эксперименты сначала над животными, а потом над людьми (для того, чтобы установить процент выздоровлений в случаях применения исцелина). Предположим далее, что выводы, которые делает Анна вполне корректны и опираются на солидный фактологический базис. Тогда Анна публикует статью в авторитетном научном журнале, в которой задокументированы результаты исследований. Эти результаты дают убедительные основания полагать, что исцелин имеет соответствующие лечебные качества и может быть запущен в массовое производство. Наконец, предположим, что без ведома Анны ее ассистентка Галя сфальсифицировала часть результатов экспериментов (например, заменяя больных животных на здоровых, которые внешне выглядели как больные, потому что у Гали есть свои личные причины это сделать). Узнай об этом Анна, она бы очень разозлилась и поняла, что результаты ее труда фактически дискредитированы. Но Анна об этом еще не знает. И хотя ее убеждения хорошо обоснованы, они не являются знанием.

Немало подобных примеров можно найти в реальной жизни. В фильме «Беглец» (1993) эта тема присутствует как главный мотив убийства жены хирурга Ричарда Кимбла (которого играет Харрисон Форд). В этом фильме совмещаются наши второй и третий примеры. (1) Настоящий убийца делает все возможное, чтобы подозрение в убийстве жены пало на ее мужа, доктора Кимбла. Все улики свидетельствуют против доктора, его арестовывают и выносят смертный приговор. Когда заключенных перевозят автобусом в тюрьму, ему удается сбежать. Доктор пытается найти настоящего убийцу жены и доказать собственную невиновность. (2) Мотивом убийства стало то, что доктор Кимбл, участвующий в исследовании эффективности лечебного препарата РДУ-90 («Провазик»), обнаружил опасный побочный эффект этого препарата (он быстро разрушал печень пациентов). Поэтому дельцы из могущественной корпорации «Дэвлин-Макгрегор» заказали убийство доктора Кимбла, но того в вечер убийства внезапно вызвали на операцию и поэтому была убита его жена. Одним из заказчиков убийства был коллега доктора Кимбла, доктор Николс, который подделал результаты тестирования «Провазика».

Ценность знания здесь проявляется сразу на двух уровнях: (1) исправление ошибочного приговора суда (хотя этот приговор имел под собой убедительные доказательства) и (2) выявление фальсификаций в тестировании медицинского препарата, который, в случае его массового производства, мог бы навредить многим людям.

Наконец, приведу реальный пример, когда статус знания как обоснованного убеждения имеет значение для всего человечества. Этот пример приводит Альберт Гор (вице-президент США с 1993 по 2001 год в администрации Билла Клинтона и лауреат Нобелевской премии мира за 2007 год), который уже давно занимается проблемами экологии и изменения климата. В своей книге «Атака на разум» он показывает, как мощные нефтяные, угольные и добывающие компании тратят большие деньги на финансирование целых исследовательских групп, специализирующихся на распространении в обществе ложной информации о глобальном потеплении. Они регулярно обнародуют ложные отчеты, создающие представление о якобы серьезных различиях в научных кругах относительно тех вопросов, по которым на самом деле давно достигнуто согласие среди ученых.

Иными словами, большие финансы тратятся ради того, чтобы заявить, что глобальное потепление - миф. Понятное дело, что главная цель этих хорошо финансируемых исследовательских групп - поколебать надежность доказательств в пользу глобального потепления. Это весьма интересный пример того, как рациональными средствами дискредитируется позиция ученых. И здесь вопрос о природе знания приобретает особую актуальность и остроту: можно ли назвать знанием и наукой то, что продуцируют эти финансируемые группы экспертов? Точно так же можно ли назвать знанием деятельность политтехнологов или пропагандистских СМИ?

Во всех этих примерах мы имеем дело с убеждениями, которые не проходят тест на знание. Однако эти убеждения не являются знанием по разным причинам. Важно не только исследовать вопрос о природе знания, его целях и границах, но также выявлять основания и мотивы фальсификации знания, создание и распространение псевдознания. Такие исследования имеют большое практическое значение, а иногда напрямую связаны с вопросами безопасности здоровья и жизни людей.

2.3 Что такое знание?

Мы уже выяснили, что знание имеет различную природу. Есть практическое знание(«знание как», knowing how) - от навыков и умений, от различных проявлений практического мастерства - вплоть до моральной и справедливой жизни в сообществе. А есть теоретическое знание («знание что», knowing that), когда мы спрашиваем, что такое игра в теннис в отличие от игры в бадминтон, что такое живопись в отличие от покраски стен или что такое справедливый поступок или справедливые законы в отличие от произвола и бесправия. «Знание как» и «знание что» находятся в постоянном взаимодействии, но очевидным образом различаются между собой. Можно знать, что такое игра в теннис или написание пейзажа, но не знать, как это делается, не уметь играть или писать. Можно знать о правилах морали или принципах справедливости, но поступать аморально и несправедливо. «Знание что» является пропозициональным, а «знание как» не-пропозициональным знанием[69].

Важно ввести еще одно различение типов знания. Что-то мы знаем на основании опыта. Например, вкус этого шоколада или аромат этого вина я получил из непосредственного опыта. Точно так же я на собственном опыте познал любовь или измену. Такое знание называют эмпирическим или апостериорным (от латинского оборота a posteriori– от последующего). Но часть наших знаний мы получаем не с помощью непосредственного опыта, а на основании чисто рациональных соображений, на основании только разума. Например, 1 х 1 = 1. Такое знание называют неэмпирическим или априорным (от латинского оборота a priori– от предшествующего). Философы всегда дискутировали, какое из знаний, эмпирическое или априорное, является главным и основополагающим. Эти дискуссии продолжаются до сих пор[70]. Также дискуссионным является вопрос, какое именно знание считать апостериорным, а какое априорным.

Вот несколько примеров разного понимания (высказывания о причинах и математическое высказывание).

(1) «Все события, которые мы воспринимаем в нашем опыте, имеют причину».

A. Для Декарта это аналитическое суждение a priori (то есть сугубо рациональное суждение, основанное на чистом разуме).

B. Для Юма это синтетическое суждение a posteriori (то есть сугубо опытное суждение).

C. Для Канта это синтетическое суждение a priori (то есть априорное суждение, имеющее отношение к опыту).

(2) 7+5=12

A. Для Декарта и Юма это аналитическое суждение a priori.

B. Для Канта это синтетическое суждение a priori.

В философии аналитическими суждениями называют суждения, истинность которых следует из самого значения употребляемых в этих суждениях понятий. То есть для установления истинности таких высказываний нам не нужен опыт. Нам достаточно лишь знать, что означают применяемые нами понятия. Например, возьмем суждение (1) «все холостяки являются неженатыми мужчинами». В этом высказывании понятие «неженатые мужчины» только раскрывает значение понятия «холостяки» (ведь положение холостяка - это положение неженатого мужчины). Тот, кто утверждает, что (2) «некоторые холостяки женаты», тот впадает в противоречие. Если вместо «холостяка» подставить «неженатого мужчину», то можно построить суждение (3) «некоторые неженатые холостяки женаты». Тогда противоречие станет очевидным. Однако современные философы также спорят о том, как определять и как корректно понимать аналитические суждения. Здесь между ними нет согласия[71].

Обратим внимание еще на один нюанс: соотношение между априорными и апостериорными суждениями. «Все холостяки являются неженатыми мужчинами» - это необходимо-истинное суждение. Оно ни при каких обстоятельствах не может быть ложным. Но о конкретных мужчинах, об Андрее, Петре и Иване, мы не можем сказать, что они являются неженатыми с необходимостью. Здесь речь идет о разных сферах реальности: об отношении между понятиями и терминами (идеальный уровень) и о фактических состояниях и отношениях (эмпирический уровень). Строгая необходимость может существовать лишь на идеальном уровне.