Чтение онлайн

– Что я здесь делаю? – сиплю я.

Сразу проснулась жажда, в горле пересохло до боли.

– Вас привезли в состоянии алкогольного опьянения. Вас сейчас осмотрят и при необходимости поставят капельницу.

Какую к чёрту капельницу? Мне нужно в крематорий!

Медсестра тут же убегает, стоило мне кивнуть, и я спешу надеть куртку и выскользнуть на лестницу, ведущую вниз к выходу, попутно успев налить воды из кулера в одноразовый пластиковый стаканчик.

Дорога возле больницы выглядела так, будто только что прошёл дождь, небо было затянуто тучами, хотя с утра не было ни облачка.

Достав из кармана куртки свой смартфон, я с ужасом обнаруживаю, что он не включается. На крыльцо как раз вышел покурить один из врачей, и я решаю попытаться одолжить у него телефон, чтобы позвонить.

Прежде чем я начинаю набирать номер Кейли я вижу, что виджет на рабочем столе позаимствованного аппарата сообщает о том, что сейчас апрель 2024 года.

Я нервно сглатываю.

Чёрт. Совсем и забыла, что это опять со мной произойдёт, когда Мэта не станет. Но почему прямо сегодня?

Надеюсь, фейковое удостоверение личности всё ещё у меня в бумажнике. Да, оно тут. Даже выглядит до сих пор неплохо. Удивительно, что в этом времени всё ещё физические версии документов используются.

Так и не совершив звонок, я возвращаю телефон владельцу и одалживаю зажигалку, которой слегка подплавляю край удостоверения. Теперь есть веский повод его поменять.

Что мне вообще делать тут теперь нужно? Надо сначала купить машину. И телефон.

Только вот, пожалуй, следовало испортить документ, якобы удостоверяющий мою личность, после покупки автомобиля. Не очень умный ход, Айми, не очень. Ещё бы знать, где я умудрилась купить транспортное средство, снятое с производства несколько лет назад…

К счастью, врач, выручивший меня и телефоном, и зажигалкой, оказался любителем ретро-автомобилей и подсказал, что я могу купить интересующий меня родстер у одного его знакомого из соседнего города, к которому он едет в гости сегодня вечером после окончания смены. Ну просто везение на везении.

Осталось разжиться денежными средствами. Девятнадцать лет назад мы с Мэтом предусмотрительно обдумывали, каким образом я бы смогла взять деньги с собой в данной ситуации, и самым разумным решением показалось купить нам обоим обручальные кольца общей стоимостью соответствующие цене автомобиля. Папа тогда, однако, был просто в шоке, посчитал, что это максималистские замашки молодого женского мозга, в чём переубеждать его, по очевидным причинам, никто не стал.

Я записываю номер нового знакомого шариковой ручкой, опять же одолженной у него, на руке и обещаю позвонить, как только приобрету новый девайс для осуществления голосовых вызовов. После чего прощаюсь и направляюсь прочь с территории больницы.

Зайдя в первый встретившийся на пути ломбард, я снимаю обручальное кольцо со своего пальца и вместе с кольцом моего покойного мужа и цепочкой, на котором оно висело на моей груди под чёрной блузкой, отдаю на оценку. Было в этих действиях что-то болезненное – это последнее, что физически связывало меня с человеком, являющимся любовью моей жизни, в данном, ныне чужом и забытом времени.

Оценщик предлагает мне заплатить за всё сумму почти в двое меньшую стоимости родстера, поэтому я разочарованно, но в то же время с облегчением направляюсь на поиски следующего ломбарда.

Во второй раз мне повезло больше, и я получаю достойное предложение за имеющиеся украшения.

– Извлекаете выгоду после развода? – усмехается оценщик.

– Не совсем, но мой брак закончился явно печально, – вздыхаю уклончиво я.

Язык не поворачивался совершенно незнакомому человеку сообщить, что я теперь вдова.

– Мне нужно Ваше удостоверение личности.

Я киваю и достаю из кармана куртки оплавленную ламинированную карточку.

Мужчина берёт её из моих рук, недоверчиво оценивает с обеих сторон, затем внимательно смотрит на меня, словно сравнивая, точно ли я на фото, и, нахмурившись, молча продолжает пялиться в удостоверение.

– Знаю-знаю, – решаю вмешаться в его размышления я, до того, как он сам додумает в очередной раз. – Давно нужно поменять. Но фото и все данные отлично же видно.

Мужчина озадаченно хмыкает и уже собрался что-то спросить, как я перебиваю:

– Угораздило же сигарету на него уронить.

Оценщик снова усмехается.

– Вы не похожи на курящую женщину, – отмечает он.

– Вот именно после того, как чуть не спалила документ, я бросила, – уверенно сочиняю я.

Мужчина понимающе кивает и, внеся сведения о Кейли Спарк, которой я теперь являлась в этом времени, в компьютер, отсчитывает мне необходимое количество новеньких купюр. Я перепроверяю сумму, поблагодарив, попрощаюсь и покидаю помещение. Полученных денег мне как раз хватит на то, чтобы помимо автомобиля купить себе какой-нибудь из продаваемых в данном году флагманов [2] .

Сколько раз я была на этом кладбище за свою жизнь, я при всём желании не смогу пересчитать. В 2031 году на его территории построили крематорий с колумбарием. Многие могилы уже были перезахоронены, в том числе и моей мамы, т.к. её тело находилось в земле уже тридцать лет. Папа поначалу переживал по этому поводу и даже хотел писать куда-то жалобу, но со временем принял. А когда женился на Гейл, и вовсе забыл думать об этом.

Я приехала сюда на только что приобретённом бирюзовом автомобиле. Даже не помню, почему в двадцать три я захотела именно такой цвет? Выделиться? На тот момент моя жизнь казалась мне недостаточно полноценной?

Так долго стою на пронизывающем ветру возле машины, погружённая в свои размышления, что не замечаю, как неприкрыто пялюсь на пару, выходящую с кладбища и подходящую к их автомобилю.

Лицо девушки заплаканное и грустное. И в нём я вижу будто себя: вся боль потери в глазах. И тут вспоминаю – это же и есть я. Молодая моя версия.

На мгновение я ощущаю испуг. Могу ли я видеть сама себя здесь? Ах да, могу. Это ведь и была наша первая встреча. Но узнаю я себя всё-таки с трудом. Неудивительно, что та я не узнает эту меня.

Я перевожу взгляд на спутника молодой меня, и в моей груди будто по швам расходится зияющая кровоточащая рана.

Мэт. Ещё довольно молодой и здоровый. И, как и всегда, невообразимо красивый мужчина.

На мои глаза начинают наворачиваться слёзы, в лёгких будто заканчивается воздух. Под непонимающий взгляд молодой меня я поднимаю солнцезащитные очки на глаза, хотя было по-прежнему пасмурно, сажусь в кабриолет и вжимаю педаль газа до упора.