Чтение онлайн

Вадим предусмотрительно принёс воды и таблетки в спальню. Перестелил диван и, рассасывая нечто ядрёное для горла, снова лёг. В этот раз мысли не пустились в бредовый танец, как-то предельно ясно сосредоточившись на ответе P.S.: «Девушка-постскриптум с красивыми волнистыми волосами. Насколько же ухо интимная часть тела». Ушко, на которое у него внутри ёкало что-то слишком личное, как она же и написала, разрастаясь в желание узнать её поближе.

Он очнулся ближе к вечеру. Вещи Мирона исчезли. Юрка — тихушник! Вадим вообще не слышал, как тот шебуршал ключами и чемоданом.

Телефон подмигнул поступившим оповещением:

«Привет! Завтра утром захвати методичку в универ. Пересечёмся у деканата».

Вадим трижды перечитал сообщение от старосты. Огляделся: всё вокруг оставалось по-прежнему. Потрогал лоб — вроде просто тёплый. Вопреки ожиданиям, температура больше не атаковала, хотя обычно первый день весь в лёжку. Вадим прислушался: соседский трактор продолжал громко дребезжать, а сверху как будто десять человек играли в вышибалы и, по всем ощущениям, уже без скидки на детский возраст.

Вадим смахнул пальцем по экрану телефона и замер. Пропечатанное рядом с датой мелкими буквами «воскресенье», на которое он не обращал внимания за ненадобностью, загорелось словно огромной неоновой вывеской.

— Что за хрень? — Вадим в недоумении пытался осознать полученную информацию. — Выходит, я и правда проспал больше суток. Вычеркнул их во сне, как и заказывал…

Виола перечитала сообщение от Арсения, где он в каждом слове удивлялся тому, что встретил её на сайте знакомств. Сюрприз-возмущение, а последнее явно считывалось, получился односторонним, потому что она как раз совсем не была удивлена, обнаружив там его профиль. Ви прислушалась к себе: до равнодушия по отношению к Арсу она ещё не доросла, но и не испытала никакого болезненного укола от подобной новости.

Пожалуй, её больше удивило, что он вообще рассматривал чисто дружеское общение, раз нашёл Д_ружбу. Хотя, дружбы между парнем и девушкой, по мнению Арсения, не существовало без постельных привилегий хотя бы раз от раза, зато заход с приятельской стороны, наверняка, значительно расширял модельный ряд палаток.

Виола открыла диалоговое окно Арса с Д_ружбой:

«Давай пока просто подружим», — расшифровка: пока упёртая Ола выделывается и перемалывает обиду в муку.

«Для тебя всегда лучшие места на любой игре», — забей, Вилка, на парней из команды, либо выстави себя ведомой пустоголовой куклой и стань посмешищем группы поддержки из раздевалки, зато Арсений в любом случае будет в победителях.

«Тебе не нужен фотошоп и всякие спецэффекты. Ты хороша сама по себе. Хотя я уже мечтаю увидеть тебя в коже», — Виола усмехнулась над значком «18+» в конце, этаким жирнючим намёком и прямым текстом о якобы недалёком и неизбежном будущем.

— Мечтать не вредно, — по слогам нарубила она, закрывая приложение.

— Ответила волейбольному мачо хотя бы на одно? — Инка появилась бесшумно, благоухая салоном красоты.

— Нет. Твоего «рискни» более чем достаточно.

— А горному яичку?

Виола звонко рассмеялась:

— На все три.

— Будет себя хорошо вести, повышу до спортивного. — Инна достала патчи для глаз из холодильника. — Поворачивай ко мне свою мордашку. Доведём нашу красоту до ослепительного блеска и проверим контингент в новой кофейне.

— Мы же блинов налопались. Какая кофейня, Ин? — Виола подставила лицо под ловкие пальцы Инки. — Мне вообще домой пора.

— Такая кофейня, — передразнила Инна, накладывая ледяные полумесяцы под глазами Виолы. — Есть там тебя никто не заставляет. Просто расширим территорию знакомств. И куда-куда, а домой ты всегда успеешь.

Домой она действительно всегда успеет. Подтверждено и проверено временем.

Скрепя сердце и со вселенской скорбью на лице родители провожали её два года назад, когда она переезжала к Арсению. Они не отговаривали напрямую, не просили подумать хорошенько, но за ужином стали проскальзывать истории то коллеги, то дочки соседки, воспоминания об их собственной свадьбе, до которой никто и не помышлял съезжаться, хотя предложение было сделано и подготовка шла полным ходом. Между Виолой и мамой возникло нечто зыбкое, как будто начни они откровенный разговор по душам, их связь друг с другом порвётся и прервётся навсегда. Обе боялись её потерять, а потому очень осторожно подбирали слова, хотя чаще просто молчали. Папа переживал по-мужски сдержанно. Напряжение в нём не ослабло даже после более близкого знакомства с Арсением. Оно кололо кожу постоянно, как только Виола заявила, что они с Арсом решили жить вместе.

Полгода назад она приехала в родительскую квартиру сразу со стадиона. Не подумала, что у неё нет с собой ключей, что родители оба на работе. Она вообще ни о чём не думала тогда. Просто инстинктивно стремилась туда, где её любят и примут. Инка немного обижалась, что подруга не пришла к ней, но в тот момент Виоле нужны были не бурные объятия с проклятиями на голову обидчика, а тишина и ощущение защиты.

Спасительно включившийся автопилот привёл её к знакомому подъезду. Она постояла пару минут, взявшись за дверную ручку и гипнотизируя кнопки домофона. Достала телефон и почти запустила вызов маме. Вспомнила, что та в командировке, и набрала отца:

— Пап, — а дальше слова никак не шли, зато покатились слёзы.

Видимо, она очень понятно дышала в динамик, потому что он уточнил:

— Дочь, ты где?

— У вашего подъезда, — Виола прошептала тихо-тихо, громче не получалось, но папа услышал.

— Дождись меня, пожалуйста. Я скоро буду, — спокойно проговорил он, правда чуть медленнее, чем обычно.

Папа привёз огромный набор роллов. Наверняка оценил красные глаза Виолы, но ничего не сказал. Они весь вечер ели и резались в шашки. С того вечера, позывной «По шашкам» неизменно запараллелен у них с заказом японской еды.

На следующий день вернулась мама. Она затеяла уборку в сияющей чистотой комнате Виолы, предлагая дочери освежить тюль. Они вдвоём мыли пол и дверцы шкафа, перестилали постельное, разбирали полки и выдвижной ящик стола.

Гораздо позднее, уже после ужина приехал папа. С вещами Виолы. Молча поставил сумки в коридоре. Она перехватила его правую руку со сбитыми костяшками и крепко сжала, а он подтолкнул её к кухне, требуя его срочно накормить.

Перед сном мама мягко привлекла дочь к себе.

— Всё будет хорошо, вот увидишь. Просто не сразу.

Родители не попрекали Виолу, не нудели, что они так и знали, чем всё обернётся. Переживали, но снова просто изо всех сил поддерживали. Преданность семьи — особый уровень, на котором любовь тесно сплетается с ответственностью, чтобы сообща оберегать близкого человека.

В комнате появились новые шторы.

У Арсения появился огромный синяк на скуле.

Между Виолой и родителями появились новые отношения — равных взрослых.