Чтение онлайн

Малон, Франкель, Тейс, К. Дюпон, Авриаль, Луазо-

Пенсон, Пюже, Э. Жерарден.

Комиссия общественных служб

Остен, Бийорэ, Ж. Б. Клеман, Мартеле, Мортье, Ра-

стуль.

Комиссия внешних сношений

Делеклюз, Ранк, Паскаль Груссе, Улисс Паран, Ан-

туан Арно, Артюр Арну, Ш. Жерарден.

Комиссия просвещения

Жюль Валлес, доктор Гупиль, Лефевр, Урбен, Альбер

Леруа, Вердюр, Демэ, доктор Робине, Жюль Мио.

Исполнительная комиссия

Она состояла из 7 человек и была создана путем голосования в следующем составе: Эд (получил 43 голоса из 58 голосовавших), Тридон (39 голосов), Вайян (38 голосов), Лефрансэ (29 голосов), Дюваль (27 голосов), Ф. Пиа (24 голоса), Бержере (19 голосов).

Что касается организации работы Коммуны, то на заседании 29 марта было указано, что функции каждой из десяти назначенных комиссий будут соответствовать функциям бывших министерств, за исключением министерства культов, бюджет которого был упразднен и которое было подчинено Комиссии общественной безопасности.

Что касается Исполнительной комиссии, то на нее возлагалось проведение в жизнь всех ее декретов и всех постановлений других комиссий. Кроме того, было указано, что она ничего не должна делать без согласования с Коммуной. Эта комиссия, представлявшая собой правительство Коммуны, обосновалась в Ратуше, которая стала местопребыванием Коммуны.

Центральный комитет национальной гвардии, освобожденный от ответственной миссии, возложенной на него революцией 18 марта, заявил в декларации, опубликованной 30 марта также в «Journal Officiel»:

«Граждане!

«Мы передали в ваши руки дело, которое вы поручили нам организовать, и в этот последний момент нашего кратковременного пребывания у власти, прежде чем окончательно вернуться к функциям комитета национальной гвардии, функциям, от которых нас отвлекли события, мы хотели бы сказать вам несколько слов благодарности…

После двадцати лет спячки Франция должна отрешиться от прежних слабостей и тирании и возродиться благодаря миру, свободе и упорному труду. Что касается свободы, то ваши нынешние избранники смогут надежно гарантировать ее вам и упрочить ее навеки; труд же – это дело ваших рук…»

В ходе обсуждения доклада об итогах выборов был поставлен и урегулирован ряд вопросов.

Прежде всего Коммуна решила, что мандат депутата версальского Собрания и мандат члена Парижской Коммуны несовместимы.

Кроме того, она постановила, что членами Коммуны могут быть также иностранцы, поскольку ее знамя – это

«знамя Всемирной республики». Таким образом, избрание рабочего-ювелира венгра Лео Франкеля было признано законным.

29 марта во время второго заседания, состоявшегося в этот день, Коммуна приняла различные декреты. Она постановила:

В области военных мероприятий отменить рекрутский набор,

запретить создавать или вводить в Париж какие бы то ни было вооруженные силы, кроме национальной гвардии,

зачислить в обязательном порядке всех пригодных к службе граждан в национальную гвардию.

В социальной области

освободить всех жильцов от внесения квартирной платы за три терма (квартала), начиная с октября 1870 года [86]

освободить съемщиков меблированных комнат от внесения задолженности по квартирной плате,

приостановить продажу вещей, заложенных в ломбарде.

В общеполитическом плане

объявить недействительными приказы версальского правительства.

Это было сделано в такой форме:

«Граждане!

Будучи в настоящее время единственной властью, Коммуна постановляет:

Ст. 1. Служащие различных общественных учреждений отныне должны считать недействительными и не имеющими законной силы приказы и распоряжения, исходящие от версальского правительства или от его приверженцев.

Ст. 2. Всякий чиновник или служащий, который не подчинится этому декрету, будет немедленно уволен».

Эти меры свидетельствовали о том, что новые избранники Парижа, водворившиеся в Ратуше, не собирались ограничивать свою деятельность только муниципальными делами, но действовали как новое правительство, противопоставлявшее себя версальскому правительству. Таким образом, силою вещей Парижская Коммуна вынуждена была выйти за рамки муниципальных функций, в которых ее хотели удержать некоторые из ее членов.

Вот почему с первых же дней существования нового парижского Собрания из него вышло несколько членов, избранных 26 марта.

Уже на другой день после своего избрания три представителя IX округа – Э. Демаре, Э. Ферри и Г. Наст – отказались от своих мандатов [87] . За ними вскоре [88] последовал Тирар, избранный во II округе; он предпочел мандат депутата версальского Собрания мандату члена Парижской Коммуны.

30 марта во время первого заседания Коммуны поступило три новых заявления об уходе, исходившие от Мелина и Адана, избранных в I округе, и от Робине, избранного в VI округе.

На втором заседании 30 марта стало известно о новом отказе от мандата члена Коммуны; на этот раз то был Леруа, избранный от VI округа.

Некоторые члены Коммуны обратили ее внимание на происки реакционеров в Париже и предложили предоставить в распоряжение Бержере необходимые силы, чтобы пресечь эти происки.

В ходе того же второго заседания 30 марта Коммуна приняла декрет о том, что ее члены будут осуществлять административное управление своими округами; им предлагалось подобрать себе в помощь и под свою ответственность комиссию для ведения текущих дел.

Был принят также декрет о снятии ареста, наложенного на книги и кассы пяти страховых компаний («Насиональ», «Юрбен», «Феникс», «Женераль», «Юнион»). Но изъятые суммы не подлежали возвращению.

Все это соответствовало желанию большинства парижского народа. 31 марта в «Journal Officiel» было опубликовано заявление Центрального комитета 20 округов Парижа, полностью одобрявшее декреты Коммуны о квартирной плате, рекрутском наборе и заложенных в ломбарде вещах.

Здесь необходимо сделать одно разъяснение по поводу «Journal Officiel». Номер 88-й этой газеты от

марта вышел под названием «Journal Officiel de la Republique Franсaise» («Официальная газета французской Республики»). А 30 марта газета вышла под названием «Journal Officiel de la Commune de Paris» («Официальная газета Парижской Коммуны») и была помечена номером первым. Однако 31 марта она снова вышла под названием «Journal Officiel de la Republique Francaise» и была помечена номером 90.

Согласно протоколу первого заседания Коммуны от марта, гражданин Курне предложил Коммуне решить, сохранить ли за «Journal Officiel» название «Journal Officiel de la Republique Francaise» или же дать ей название «Journal Officiel de la Commune de Paris». В результате обсуждения, в котором приняли участие Гупиль, Бийорэ и Рауль Риго, Коммуна постановила сохранить название «Journal Officiel de la Republique Francaise».