Чтение онлайн

Я вся в напряжении в ожидании приговора.

– После этого торта, ты больше никогда не будешь есть сахар.

Пфф! Всего лишь! Фигня, а не расплата. Я облегченно вздыхаю и просыпаюсь. У меня есть торт «Повелитель душ» и вера, что Захару станет лучше.

Позвонила мама Захара, сказала, что завтра приедет профессор, который согласился делать операцию. И если все будет хорошо, завтра ее сделают. У Захара поднялась температура, боятся инфекции. Но нужны еще медикаменты и деньги, понятно же. Саму операцию сделают бесплатно, очень дорогие лекарства и оборудование. Профессор от гонорара отказывается.

Со всем этим плохо соображаю, какой сегодня день недели. Еле собралась с мыслями, что мне теперь делать. Оделась. Упаковала торт в тортницу-переноску. Как кстати она мне пригодилась! Пришла в торговый центр, взять еще денег из кассы и забрать даже банку в цветочек, в которую Аня бросает чаевые, а я заработанные честным ведьмовством деньги, а тут море народу, как при открытии. По всей центральной территории расскладывают столы. И очень много людей с похожими коробками, как у меня. Сегодня воскресенье? А я, что, забыла что-то и сегодня какой-то праздник? День торта, например?

Захожу в магазин и встречаю там Свету и бабушку Зою. Зоя сегодня нарядная, в большой белой шляпе. Где взяла только?

– Привет всем. А что тут сегодня происходит?

– Мая, ты только не сердись, - отвечает Аня и я понимаю, что она уже что-то натворила, и я точно буду сердится.
– Я написала в соцсетях о твоей ситуации. Что близкий тебе человек нуждается в помощи.

– И?

– И я даже не ожидала, что столько людей откликнется. Появилась идея провести благотворительную ярмарку. Это Света придумала.

– Че?

– Все желающие сегодня придут с любой своей выпечкой и будут здесь ее продавать. А все деньги мы соберем для Захара.

– И ты думаешь, сколько людей придет сюда со своими пирогами?

– Много, все места за столиками забронированы. Не бойся, мы все организовали по правилам.

– Ради моего Захара?

– Ради тебя и твоего Захара.

– Ой, девочки!
– Я бросаюсь их обнимать, слезы текут. Столько держалась, чтобы на людях не показывать свои переживания, а сейчас меня прорвало. Я обнимаю Свету, Аню, бабушку Зою. Мы сбились в круг, и я чувствую их поддержку со всех сторон. В прямом и переносном смысле слова.

Они меня гладят по спине, и я понимаю, они добровольно отдают мне часть своих жизненных сил. Много не беру. Сама закрываюсь от них. Я не энерговампир. Если опять почувствую упадок сил, пойду обнимать деревья.

В магазин входит Виталина с горой коробок, а в них ее продукция. За ней еще одна мастерица с конфетами ручной работы. Моя мама с медовиком и наполеоном. Тома с синабонами, Люба и Маша груженные пончиками. В магазине становится шумно и тесно, Аня выпроваживает их за столики.

Я смотрю на всю эту кутерьму и мне не верится, что у них может что-то получится. Большая благодарность, конечно, всем кто наготовил и принес сюда, но кто будет все это покупать и есть? И за какие деньги?

Аромат сегодня в торговом центре обалденный - ваниль, корица, шоколад, запах выпечки и чего-то сладкого. Так пахнет чудо.

Замечаю в толпе, которая плавно огибает ряд столиков с десертами, много знакомых лиц. Вот бабушка с внуком, приходили за пирожком с рыбкой. Вот женщина с мужем под ручку, брали лебедей. И еще, и еще знакомые. Женя, моя первая покупательница женского счастья. В голове уже каша от всего этого. Торговля очень оживленная. Кто-то ест прямо у прилавка, кто-то ищет, где присесть и кофе взять, многие набирают вкусняшек домой.

Звонит телефон и я вздрагиваю. Что-то с Захаром? Нет. Звонит Фима. Она ищет для меня необходимые медикаменты.

– Смотри, часть я нашла, сможешь забрать хоть уже в моей аптеке. А одно средство у нас отсутствует, его можно только в Германии или Франции купить.

– Это что-то запрещенное? Наркотические средства?

– Нет, легальный препарат, просто у нас на перерегистрации. Есть знакомые за границей или мне поискать?

– У меня нет.

– Да как же нет!
– Встревает Аня, - ты просто не знаешь! Дай телефон, я сама поговорю.

Она разговаривает с Фимой, записывает название.

Я понимаю, что ситуация давно вышла из-под контроля и меня просто несет волнами. Отвлекаюсь на шляпу Зои. Что-то знакомое.

– Баб Зоя, а откуда красота такая?

– Так у той крали с борщем на спине...

– Украла?
– Ужасаюсь ее храбрости.

– Нет, упала. Она в машину белую свою садилась и все жопу пристроить не могла, чтобы не запачкать все, и шляпа упала. Мне идет?

Белая машина. Вспоминаю, как передо мной проносится белая машина, с ревом и визгом, как запрыгиваю на тротуар, и женский крик, и Захар на асфальте.

Белая машина? Разве может такое быть, чтобы Регина сбила Захара и скрылась? Следователь говорит, что наезд был преднамеренный, водитель перед столкновением не сбрасывал скорость, а наоборот, набирал. Я рассказала о Регине, Алисе и споре о дочери, сказала, в каком отеле они живут. Но их уже там давно нет. Ни Алису, ни Регину нигде не нашли. Я подозреваю, что с ее деньгами, она уже очень далеко. Неужели она могла такое сделать? Хотя, это сразу бы решило все ее проблемы. Нет отца - не надо его разрешение на вывоз ребенка за границу.

Мне становится дурно от этих мыслей. Пусть полиция разбирается.

Пытаюсь пробраться к выходу через толпу, меня подзывают мама и Тома. Мама хочет забрать у меня коробку с тортом и тоже продавать, ее наполеон уже разобрали, осталось только пару кусочков медовика.

– Нет, мама. Это не на продажу, это особенный торт для Захара. Сама пекла. – Мама меня поняла, кивнула. Потом резко воскликнула: - ничего себе! Постой - особенный? По бабушкиному рецепту? Из той Книги? А что ты заплатила?
– Мама разволновалась.

– Так, ерунда. Не беспокойся.

Тома наклоняется ко мне через столик и говорит почти в ухо:

– У меня задержка! Я уже тест купила, не могу только проверить!

– Так, пошли немедленно! – Я оставляю свой торт и синнабоны Томы на мамино попечение и тащу сестру к дамской комнате. У меня нет терпения ждать.

Через пять минут из кабинки высовывается рука с пластиковой палочкой в руке. Как победный флаг.

– Две! Ты видишь? Две!

– Вижу, вижу, точно вижу! Томка! Поздравляю!