Чтение онлайн

– Ну не беда. Ты еще маленькая, так что исправить все можно. Просто теперь мой голову в открытых источниках типа озер и ешь больше фруктов. В походных условиях даже такая небольшая забота поможет тебе.

– Вольфганг, а тебе какая длина волос нравится?
– неловко спросила она, чем поставила его в тупик на несколько секунд.

– Мне? Ну...должно быть, длинные, как у меня. Но не слишком длинные, как у милашки Рин. Ее волосы очень красивые, но, чтобы о них заботиться, надо их собирать в косу. А так вся красота пропадает.

Он ткнул ей в спину в районе талии.

– Где-то здесь оптимальная длина, которая мне нравится, хи-хи.

От внезапного прикосновения девочка еще сильнее зарделась.

– В-вольфганг!

– Ой, да ладно тебе. Я просто коснулся тебя.
– усмехнулся он, продолжая чесать ее волосы.
– О, кажется, твои передние пряди длиннее задних. Я только сейчас понял, что у тебя прическа, которая называется «длинный боб».

– А...передние пряди я заплетаю в косу назад. А что? Выглядит плохо?

– Да нет, мне нравится.
– усмехнулся он.
– Просто очень необычно. Редко встречаю девушек с такой стрижкой.

– ...мне пришлось обрезать задние пряди. Так и получилась эта прическа.
– она ответила как-то странно, и он нахмурился, почувствовав что-то странное.

– Кто-то схватил тебя за волосы? И ты отрезала их?

Она ничего не ответила, но спина ее задрожала.

Поняв все без лишних слов, Вольфганг немедленно обогнул диван и сел перед ней на колено.

– Малышка, это все осталось в прошлом.
– он аккуратно положил руку ей на щеку, стирая слезу.
– Сейчас ты очень милая девочка, а в будущем ты наверняка станешь первой красавицей в Обливионе.

Она молча смотрела на него в ответ, пытаясь сдержать плач. Все, что она из себя вытянула, был слабый кивок.

– А эта тика на твоей голове? Я заметил, ты ее никогда не снимаешь.
– с любопытством спросил он, приближая палец к фиолетовому камню, который украшал ее лоб.

Она очень быстро повертела головой и крикнула:

– Ее нельзя снимать! Быть беде!

Он тут же отдернулся от нее, поднимая ладони вверх.

– Не трогаю!

Вулстрат словно испугался ее, оттого девочка молча замерла, уставившись на него.

Однако спустя пару секунд он усмехнулся.

– А ты можешь проявлять характер, когда хочешь, малышка, ха-ха. Наверняка в тебе скрывается дикий алькратик, просто он еще маленький, оттого очень ласковый.

Ее уже во второй раз сравнили с милым алькратом, оттого она снова смутилась.

– Разве ж я настолько мила, как алькраты...?

– Хм, внешне они милы, но в душе, конечно, те еще сорванцы.
– задумался оборотень, поднимаясь на ноги.
– Хотя, как только мы приедем в Катценштадт, ты все сама поймешь. Киксу и алькраты...очень сильно отличаются от нас.

Мире даже стало интересно, что он имел ввиду. Чем они могли отличаться?

Возможно ли, что это та самая праздность и легкомысленность, о которой говорил Джек, когда они только ехали в Драфталк? Он упоминал, что эта черта - одновременно то, что ему нравится и что он ненавидит в оборотнях.

За свое пребывание в землях вулстратов обливи не заметила легкомысленности ни у кого из встреченных ею оборотней. Все вулстраты были ответственными и встали на защиту своих земель. Да и бруяры тоже показались ей отличными трудолюбивыми ребятами, которые после долгого продуктивного дня награждают себя вкусностями или алкоголем из таверн.

Хотя, возможно, все дело в тех, кто правит этим народом. Рудольф, Вольфганг, Сигард Браун - все они довольно-таки упорные и трудолюбивые оборотни, которые тратят свои силы во имя защиты земель и их процветания.

– А кто правит землями киксу? Катценштадт ведь находится там? – полюбопытствовала она.

Услышав вопрос, Вольфганг состроил брезгующую гримасу.

– Лучше бы нам ее не встречать по пути.

– Ее?
– девочка подняла бровь.
– Землями киксу правит женщина?

– Тебя это удивляет?
– усмехнулся он.
– А, наверное, тебе неизвестно, кто такие киксу. Вернее, их самую главную проблему.

– О чем ты?
– спросила она.

– Ну...киксу - это вид оборотней с дефектом. В общем...нет ни одного киксу мужского рода. Это чисто женский вид. Поэтому на их землях царит матриархат. Из-за этого они...ну...очень развязны и голодны до мужского внимания. А мадам фон Эбель...носит гордое прозвище «мадам Мулен Руж».

Он говорил очень неловко, словно стеснялся обсуждать это в открытую.

– А что значит «Мулен Руж»? Разве в вашем языке есть такое сочетание букв?

– А, народ киксу говорит на своем языке, который использовался у них еще до объединения Драфталка. Они все картавят, и речь их очень красива из-за этого. Конечно, они все знают драфталкский язык, но и на нем они тоже говорят очень картаво, что иногда не понимаешь, о чем они там болтают. Мулени - это столица земель киксу, а Мулен Руж - самое известное кабаре в Драфталке, которое там расположено. И хозяйкой там является сама фрау фон Эбель. Оттого ее так и зовут.

– А что такое «кабаре»?
– спросила девочка. Вольфганг смутился еще больше, лихорадочно рассуждая, стоит ли говорить напрямую.

– Ну...это такое место...где маги проводят время...в компании...ну эм...ты еще маленькая, чтобы знать такое.

– Я не маленькая.
– нахмурилась Мира.
– Кабаре - это то же самое, что и бордель?

Он не ожидал услышать это слово от нее, оттого закашлялся.

– Ох, не совсем. Скорее это здание, в котором есть и бордель, и таверна, и театр. Там дают выступления известные мировые исполнители, танцуют, пьют, ну и..развлекаются в борделе.

– Понятно...значит, глава земель киксу имеет похожий бизнес, что и Рин.
– задумалась обливи.
– Рин ведь тоже контролирует квартал радостного отдыха, а там и бордели, и таверны, и чайные есть.

– Что? Милашка Рин владеет такими заведениями?!
– от этого факта Вольфганг чуть не упал на диван.

Миранна хотела уточнить, что жрица не владеет ими, а лишь контролирует деятельность, так как по факту вся частная собственность в Драфталке строго регулируется государством, однако подумала, что особой разницы нет. Однако теперь ей стало чуть яснее, что из себя представляли киксу.

Тогда, в Вэстпфорте, они встретили одну официантку-киксу, и та показалась ей очень обходительной. Более того, от нее даже немного веяло этой...энергией страсти, как от женщин, ведущих очень активную личную жизнь, которых она встретила в квартале один раз.

Значит ли это, что у всех киксу в крови быть женщинами, что развлекают посетителей?

Более того, вулстрат так смущенно говорил о мадам фон Эбель...словно она - самая главная куртизанка, склоняющая всех на путь похоти и страсти.