На суше и на море. Выпуск 28 (1988 г.)
Шрифт:
– Верно, - согласился Эллис.– Но ведь наши народы весьма похожи. Наши цивилизации шли сходными путями. Поскольку я представляю более развитую традицию психологии, мои методы могли бы помочь вашим врачам…
– Конечно, доктор Эллис, - смущенно улыбнулся старый председатель.– Нельзя недооценивать народ, пересекший звезды. Я сам познакомлю вас с главой одной из наших клиник. Прошу со мной.
Эллис пошел за ним с бьющимся сердцем. Его задание должно быть как-то связано с психиатрией. Иначе зачем посылать психиатра?
Но он все равно не знал, что должен делать.
И что еще хуже, он ничего не помнил из своей медицинской подготовки.
– Вот, пожалуй, и все о диагностической аппаратуре, - сказал врач, глядя на Эллиса из-за очков в стальной оправе.
Он был молод, с круглым, как луна, лицом и жаждал поучиться у старшей цивилизации.
– Можете ли вы предложить какие-либо усовершенствования?– спросил он.
– Надо бы посмотреть установку поближе, - уклончиво ответил Эллис.
Диагностический аппарат не вызвал у него абсолютно никаких ассоциаций.
– Думаю, мне не нужно лишний раз повторять вам, как я рад такой возможности, - разливался между тем врач.– У меня нет сомнения в том, что вы, земляне, смогли раскрыть многие тайны разума!
– О да, - сказал на это Эллис.
– А вот здесь у нас палаты, - продолжал врач.– Хотите посмотреть?
– С удовольствием, - отозвался Эллис, кусая губы. Память так и не вернулась. Он знал не больше, чем малообразованный обыватель. Если что-нибудь не произойдет в самое ближайшее время, он вынужден будет признаться в своей амнезии.
– В этой палате, - сообщил врач, - у нас несколько тихих больных.
Эллис вошел вслед за ним и взглянул на тусклые, безжизненные лица троих пациентов.
– Кататония, - указал врач на первого мужчину.– Вряд ли даже у вас есть от нее лекарство!– Он добродушно улыбнулся.
Эллис не отвечал. В ere мозгу вдруг всплыло воспоминание. Это был всего лишь обрывок разговора.
– А это этично?– спрашивал он.
В такой же точно палате, на Земле.
– Конечно, - отвечал кто-то.– Мы же не будем трогать нормальных. Но когда речь идет о психически больных, неизлечимых, то ведь их мы ничего не лишаем. Они же все равно не могут пользоваться своим мозгом. Например, идиоты, буйные сумасшедшие… По отношению к ним это милосердие.
И все. Он не знает, с кем тогда говорил. Вероятно, с другим врачом. Они обсуждали какой-то метод лечения умственно неполноценных. Новый метод? Похоже. И судя по разговору, радикальный.
– Так что, у вас есть метод излечения кататоников?– вывел его из задумчивости лунолицый врач.
– Да, да, есть, - ответил Эллис, собрав нервы в комок. Врач в изумлении отступил.
– Но как же это возможно? Нельзя ведь излечить мозг, имеющий органические поражения, такие, как вырождение или недоразвитие…
Он тут же одернул себя.
– Но что же это я взялся вас учить! Скорее приступайте, доктор!
Эллис наклонился над первым кататоником и посмотрел ему в лицо. Он не очень понимал, что делает, но протянул руку и коснулся пальцем лба человека.
В мозгу у Эллиса как будто что-то щелкнуло.
Кататоник потерял сознание.
Эллис подождал, но больше ничего не случилось. Он подошел ко второму пациенту и повторил процедуру.
Этот тоже потерял сознание, а потом и третий.
– Что происходит?– спросил круглолицый врач.– Что вы сделали?
– Не знаю, подействуют ли мои методы на ваших людей, - наудачу сказал Эллис.– Пожалуйста, оставьте меня одного, совершенно одного на некоторое время. Мне нужно сосредоточиться…
Он повернулся к пациентам.
Врач хотел было что-то сказать, передумал и тихо вышел.
Обливаясь потом, Эллис пощупал пульс у первого больного. Пульс был. Эллис выпрямился и начал мерить шагами комнату. В нем есть какая-то сила. Он может вызвать у психопата обморок. Отлично. Нервы - связи. Вспомнить бы, сколько нервных связей в человеческом мозге. Какое-то фантастическое число: десять в двадцать пятой? Нет, не так. Но фантастически много. А какое это имеет значение? Он был уверен, что имеет. Первый мужчина застонал и сел. Эллис подошел к нему. Тот пощупал голову и опять застонал.
Моя собственная шоковая терапия, подумал Эллис. Может быть, Земля нашла способ лечения сумасшедших? Она дала Вселенной этот прощальный дар, послала целителя…
– Как вы себя чувствуете?– спросил он пациента.
– Ничего, - ответил тот… по-английски!
– Что вы сказали?– ахнул Эллис. Может быть, произошла передача мыслей, и он дал этому человеку свое знание английского языка? Что ж, если перенести нагрузку с поврежденных нервов на здоровые…
– Я чувствую себя прекрасно, док. Отличная работа! У нас не было никакой уверенности, что это сооружение из картона и проволоки выдержит, но, как я уже говорил вам, это лучшее, что мы могли…
– Кто вы такой?
Мужчина вылез из постели и огляделся.
– А аборигены ушли?
–Да.
– Я Хэйнс, представитель Земли. Что с вами, Эллис?
– А они…
– Доктор Клайтелл.
– Фред Андерсон.
Тот, кто назвался Хэйнсом, внимательно оглядел свое тело.
– Могли бы, Эллис, подыскать мне носителя и получше - по старой-то памяти… Но это неважно. С вами-то что?
Эллис рассказал про свою амнезию.
– А разве вы не нашли письмо?
Эллис все объяснил.
– Память мы вам вернем, не переживайте, - сказал Хэйнс.– Приятно снова иметь тело. А ну-ка тихо.
Дверь приоткрылась, и в палату заглянул молодой врач. Он увидел пациентов и испустил вопль.
– Все-таки удалось! Значит, вы действительно умеете…
– Прошу вас, доктор, - прервал его Эллис.– Никаких внезапных шумов. Я должен попросить, чтобы меня не беспокоили еще по меньшей мере час.
– Разумеется, - почтительно произнес врач, убрал голову и закрыл дверь.
– Что происходит?– спросил Эллис, глядя на троих мужчин.– Я так ничего и не понимаю.
– Великое открытие, - напомнил Хэйнс.– Вы же над ним работали. Это-то вы помните? Нет? Андерсон, объясните.
Третий мужчина медленно подошел. Эллис заметил, что бессмысленные лица уже начинают обретать выражение.
– Ты не помнишь об исследованиях факторов, определяющих человеческую личность?
Эллис покачал головой.
– Вы искали наименьший общий знаменатель человеческой жизни-личности. Источник, так сказать. Исследования начались в общем-то около сотни лет назад, после открытия Орджелла. Орджелл открыл, что личность независима от тела, хотя подвержена его влиянию. Теперь вспоминаешь?