Чтение онлайн

– Вам это не по вкусу, а?
– сказал я. Он слегка кивнул головой:

– По крайней мере вы откровенны.

– Мне надоело секретничать. Я устал от этого. Вы обратили внимание на ее безымянный палец?

– Нет, а что с ним?
– Он глянул на телефонистку. Она покачала головой, не сводя с меня глаз.

– Обручального кольца как не бывало,- сказал я,- нету. Как корова языком слизнула. Все окончилось. Столько лет - и все к черту! Я следовал за ней от самого... неважно, откуда. Она и слова не обронила. Что я здесь делаю? Только строю из себя посмешище.- Я поспешно отвернулся, шмыгнул носом и высморкался.- Пойду-ка я отсюда,- сказал я, поворачиваясь к ним.

– Вы хотите помириться, а она не соглашается,- тихо сказала телефонистка.

– Да.

– Я вам сочувствую,- сказал молодой человек.- Но вы понимаете, каково нам, мистер Марлоу. Администрации приходится соблюдать осторожность. В таких ситуациях, бывает, и до стрельбы дело доходит.

– До стрельбы?
– повторил я, широко раскрыв глаза.- О господи, неужели и такие люди бывают на свете? Он облокотился о конторку.

– Что, собственно, вы хотите делать, мистер Марлоу?

– Я хочу быть подле нее. Вдруг я ей понадоблюсь. Я не буду заговаривать с ней. Я даже не постучу в ее дверь. Но она поймет, что я здесь. Поймет, почему. Я буду ждать. Я всегда буду ждать ее.

Теперь девица была в восторге. Я утонул по шею в слюнявой мелодраме. Затем перевел дыхание и сделал коронный заход:

– Что-то мне не по душе этот тип, который привез ее сюда,- сказал я.

– Никто не привозил ее сюда, кроме таксиста,- сказал администратор. Но он понял, кого я имел в виду. Телефонистка чуть улыбнулась.

– Он не это имел в виду, Джек. Он имел в виду того, кто заказал для нее номер. Джек сказал;

– Это-то я понял, Люсиль. Не такой уж я дуб.

Внезапно он извлек бланк из-под конторки и положил передо мной. Регистрационная карточка. В углу наискосок было написано имя: Ларри Митчелл. Совсем другим почерком в нужных графах: (мисс) Бетти Мэйфилд, Уэст-Чатам, штат Нью-Йорк. И в левом верхнем углу той же рукой, что и имя Митчелла,число, время, цена, номер комнаты.

– Спасибо вам за вашу доброту,- сказал я.- Значит, она снова взяла девичью фамилию. Что ж, имеет право.

– Любое имя законно, если взято не для обмана. Вы хотели бы остановиться в номере рядом?

Мои глаза широко раскрылись и заблестели от слез. Видит бог, я старался.

– Послушайте,- сказал я,- это чертовски любезно с вашей стороны, но вы не должны этого делать. Я не собираюсь бедокурить, но вам-то откуда знать? Вы можете лишиться места, если я что-нибудь выкину.

– Ладно,- сказал он.- Не клевал меня еще жареный петух. С вами, по-моему, все в порядке. Только не болтайте.- Он вынул ручку из подставки и протянул ее мне. Я поставил свое имя, а адрес дал нью-йоркский, на 61-й улице.

Джек глянул на бланк.

– Это возле Центрального парка, да?
– спросил он рассеянно.

– В трех кварталах оттуда,- сказал я,- между Лексингтон и Третьей авеню.

Он кивнул. Он знал, где это находится. Я прошел экзамен. Он потянулся за ключом.

– Я сходил бы сперва перекусить,- сказал я,- и взять машину напрокат, если удастся. Не могли бы вы послать мой чемодан в номер?

– Конечно. Охотно.- Он вышел со мной и указал на домики за аллеей молодых саженцев. Мой коттедж, как и все, был белый, с зеленой крышей и крыльцом с перилами. Я поблагодарил его. Он было повернулся к двери, но я сказал:

– Мне пришло в голову, что она, может, съедет, если узнает.

Он улыбнулся.

– Конечно. Тут мы ничем не можем помочь, мистер Марлоу. Наши клиенты часто останавливаются на одну-две ночи - если не сезон. В это время года у нас всегда мало гостей.

Он вошел в контору, и я услышал, как девушка сказала ему:

– Он, конечно, симпатяга, Джек, но напрасно ты в это ввязался.

Я услышал и его ответ:

– Терпеть не могу этого Митчелла, даром что он запанибрата с боссом.

Глава 4

Коттедж был вполне приличным. В комнате стояли обычный диван, жесткие стулья, маленький письменный стол, стенной шкаф; в туалетной - ванна, как в Голливуде, и неоновая лампа над зеркалом; крохотная кухонька с холодильником и белой электроплитой с тремя конфорками. В кухонном шкафчике - комплект тарелок и прочей

посуды.

Я бросил в стакан кусочки льда, плеснул из бутылки, которую привез с собой, отпил и уселся в кресле, не открывая окон и не подымая жалюзи. В соседнем номере было тихо, потом я услышал шум спускаемой воды. Объект моего внимания обживался.

Я допил до дна, потушил сигарету и принялся изучать настенный электрокамин на смежной стене. Он состоял из двух продолговатых матовых ламп в жестяном ящике. Большого тепла от него ожидать не приходилось, но в чулане стоял переносной обогреватель с вентилятором, термостатом и тройной вилкой на 220 вольт. Я снял хромированную решетку камина и вывинтил матовые лампы. Достал медицинский стетоскоп из баула, приставил его к металлической стенке и прислушался. Возможно, в соседнем номере на этом месте был такой же камин, то есть почти наверняка; в этом месте две комнаты разделяла лишь жестяная пластина и немного изоляции.

В течение нескольких минут я ничего не слышал, затем услышал звук набираемого номера. Слышимость была отличная.

Женский голос сказал:

– Пожалуйста, дайте мне 4-14-89, в Эсмеральде.

Ее голос был спокойным, сдержанным, почти без выражения, но немного усталым. Так я впервые с самого начала слежки услыхал ее голос.

Затем затянувшееся молчание, потом она сказала:

– Позовите, пожалуйста, мистера Ларри Митчелла. Снова молчание. Затем:

– Говорит Бетти Мэйфилд из "Ранчо Десконсадо",- она неверно выговаривала слово "Дескансадо". Затем: - Я говорю, Бетти Мэйфилд. Пожалуйста, не придуривайтесь. Хотите, чтобы я передала по буквам?

Ее собеседнику на другом конце провода было что сказать. Она слушала. Затем сказала:

– Номер сто двадцать восемь. Вам следовало бы знать - вы сами его заказывали... А, вот оно что... Что ж, хорошо. Я подожду.

Она повесила трубку. Молчание. Полное молчание. Затем тот же голос проговорил медленно и без всякого выражения:

– Бетти, Бетти Мэйфилд. Бедняжка Бетти. Ты была хорошей девочкой давным-давно.

Я сидел на полу, на полосатой подушке спиной к стене. Я осторожно встал, положил стетоскоп на подушку и прилег на диван. Он скоро приедет. Она его подождет - деться ей некуда. Поэтому она и приехала сюда. Я хотел узнать, почему ей некуда деться.

Туфли у него были наверняка на каучуковом ходу, потому что я ничего не слышал, пока у соседней двери не раздался звонок. Я сполз на пол и вновь взялся за стетоскоп.

Она отворила дверь, он вошел, я мог себе представить улыбку на его лице, когда он сказал:

– Привет, Бетти. Бетти Мэйфилд, если я не ошибаюсь. Ничего себе имечко.

– Мое собственное, девичье,- она притворила дверь. Он хмыкнул.

– Я полагаю, правильно сделала, что переменила. Но как насчет монограмм на чемоданах?