Чтение онлайн

Я налила кофе и вытащила спагетти с соусом.

— Поужинаем? — спросила и кинулась доставать тарелки, но Рамиль покачал отрицательно головой.

— Лана, ко мне приходила полиция по поводу этих двух наркодилеров, — он понизил голос, словно нас могли услышать — Я старался убрать все отпечатки, но ты сама понимаешь, что это трудно и невозможно. Они допрашивали меня. Интересовались неизвестной стриптизершей, которая отработала всего один вечер и исчезла. Узнали, что документы поддельные и твоя личность вызывает у них много вопросов…

Я слушала и понимала, что все идет к одному — моя конспирация провалилась.

Тюремный срок вписан в мою судьбу. Мне не страшно было попасть в тюрьму, мне было страшно за брата. Больше никто не позаботиться, не побеспокоится о нем. Кому нужен пока что недееспособный парень, который прикован к постели?

Рамиль дотронулся до моей руки.

— Ланочка, я все сделаю. Тебе нужно только подчиниться тому, чего я потребую, –

Я покивала. Мне казалось, что мир рушиться, а я стою на самом краю и не могу шелохнуться. Он ушел, а я даже не заметила этого, сидя и смотря на чашку остывшего кофе.

А утром ко мне пришел курьер от Рамиля. Он протянул большой бумажный конверт формата А4 и произнес:

— Вам нужно подписать бумаги, и я заберу все обратно –

Я не смотрела что это. Видела только мелькавшие подзаголовки, состоящие из цифр.

Мне безразлично.

Со вчерашнего дня я готовилась и мысленно настраивала себя на скорое ограничение свободы. Надо ждать копов и сколько можно, столько и отсрочить наказание. Ко мне вновь вернулись мысли о вине и о том, что они тоже были людьми, которых любили, у которых были друзья, может даже семьи, а я в один миг оборвала их убогие жизни.

После работы я побежала оформлять документы по реабилитации Коди. Время пребывания в больнице закончено и нужно решать вопрос о транспортировке — либо домой ко мне, либо сразу в реабилитационный центр.

Вернулась в свою квартирку выжатая как лимон, и завалившись на диван, выдохнула.

Ну хоть что-то я сделала для брата! Остальное — не в моей власти.

После восстановительного курса он сможет уже сам пробовать зарабатывать себе на жизнь. У него останется моя квартира.

В мозгу мелькнуло: не попросить ли Рамиля взять потом Коди на работу? Все-таки долги нужно будет отдавать, а я, сидя за решеткой пожизненно не успею рассчитаться.

Только вот финальный шок меня ждал на следующее утро, когда я смирилась с положением убийцы.

— Мисс Хейли? — спросил приятный женский голос, когда я нажала на дисплее смартфона «принять вызов»

— Да — ответила и замерла в трагическом предчувствии.

— Вам нужно приехать в офис и подписать документы по предстоящим контрактам, — мило продолжила собеседница.

Я уставилась на экран смартфона.

Чего?!

— Вы, наверное, ошиблись… — произнесла, но сама тут же поняла, что незнакомка обратилась ко мне по имени, значит ошибки быть не может!

— Нет, нет! — торопливо защебетала она и назвала адрес офиса Рамиля — Вы являетесь новой главой нашей фирмы, ваши подписи нужны на документах.

Мне захотелось расхохотаться.

Я сплю или начала бредить от последних событий?!

Если это шутка от Рамиля, то она однозначно удалась.

— Я приеду, — и расплылась в улыбке.

— Мы ждем вас! — любезно ответила девушка и положила трубку.

Но радость была недолгой. Я приехала в офис и обнаружила, что Рамиля нет на месте, а мне вправду нужно подписать кучу бумаг.

— А где сам босс? — спросила я секретаря.

— Его арестовали по подозрению в двойном убийстве, — ответила она равнодушно, подкладывая мне новые документы.

Я захлопала глазами, не видя печатных букв на белых листах.

Как это получилось?!

Почему Рамиля арестовали? И скоро ли полицейские придут за мной?

После «важной» миссии главы компании, я кинулась обзванивать все полицейские участки. Нужно выяснить, куда увезли Рамиля в какое отделение или уже в исправительное учреждение. Наконец, через полчаса поисков я нашла, где держали его в ожидании суда.

В маленькой комнатке стояли столы для переговоров с заключенными: бронированное стекло было перегородкой, а для того, чтобы слышать друг друга — телефонные аппараты стародавних времен.

Я села за один из столов и пыталась выровнять дыхание. Меня душили эмоции, я хотела начать возмущаться, отчитать Рамиля за то, что мог рассказать всю правду, чтобы не попадать за решетку как подозреваемый.

Мелькнул оранжевый комбинезон и Рамиль сел напротив меня. Я гневно прошипела в трубку:

— Какого черта?! –

— Лана, я во всем сознался, — отозвался он, и уголки его губ дрогнули в мягкой улыбке.

Я уставилась на него и поняла, что сейчас выгляжу полной дурой.

Господи! Он взял всю вину на себя! А я…

По щекам покатились ручейки горячих слез.

Рамиль! Мой Рамиль!

— Зачем? — одними губами спросила я.

— Тебе нужно позаботиться о Коди, — отрезал он.

— А как же твой брат? — проглатывая комок, отвечала я.

— Мой брат уже не измениться, а твой еще может извлечь серьезный урок из того, что случилось с ним, — Рамиль вдруг заговорил холодно, отстраненно, словно я для него нежеланный гость.

— Рамиль, я сделаю все возможное, чтобы вытащить тебя, обещаю! — давилась слезами, которые скоро перейдут на рыдания и всхлипывания.

— Лана, не надо ничего — он опустил глаза, будто ломая себя — Не надо больше приходить! Ты должна жить без оглядки на прошлое. Забыть все, что случилось.

И после некоторой паузы продолжил:

— Ты замечательная девушка, для меня ты идеал. И навсегда останешься им. Прощай! — Рамиль встал и положил трубку на аппарат.

Повернулся и ушел.

Я молчала, сжимала трубку, а по щекам все катились и катились слезы, образуя крохотные лужицы на столе. Не знаю, какой силой сдерживала рыдания, чтобы не закатить истерику. Не начать кричать, что это я виновата — я убила этих двух наркодилеров!

Эмоции жгли до обезображенных язв мою душу, давили многотонным грузом и выворачивали наизнанку. Я брела как ненормальная до Мини Купера, покачиваясь и не видя перед собой других людей.

Рамиль не потребовал расплаты. Между нами, так ничего и не было. Ни секса нормального, ни отношений, ни обещаний. Взял переоформил фирму на меня и сел за совершенное мной преступление в тюрьму на долгий срок, возможно пожизненный.