Чтение онлайн

Глубокой ночью разведчики лесом, на трех машинах, проникли в тыл противника. Установили места расположения его огневых точек, состав подразделений. В роще недалеко от Лютежа учинили полный разгром всего, что находилось в ней вражеского. Действия был" настолько стремительными, что гитлеровцы не успел" оказать существенного сопротивления. Огнем и гусеницами танкисты уничтожили шесть орудий, пять шестиствольных минометов. Экипаж командира роты расстрелял много живой силы.

Теперь разведчикам надо было торопиться с возвращением, пока противник не пришел в себя от неожиданного удара. На бортах их танков лежали трое наших, раненых и двенадцать пленных.

Чтобы сократить маршрут, танки выскочили на открытое поле. Там раздавались автоматные и пулеметные очереди. Не зная, кто в кого стреляет (наши далеко, и бьют, похоже, не по танкам), командир направляющей машины спросил;

— Товарищ капитан, а если нам... через Лютеж?

— Лютежа не найдешь, сровняли с землей. А в такую темень и подавно. Продвинься метров сто и остановись, надо осмотреться и выяснить обстановку,— ответил Андроников.

Когда первый танк остановился, капитан с одним бойцом решил пройтись вперед. Прошли метров тридцать и вдруг услышали окрик:

— Хальт!

Перед ними из темноты возникли два фашистских автоматчика. "Засада!"— мелькнуло в голове у капитана. Мгновенно взяв автомат на изготовку, Андроников длинной очередью уложил обоих солдат и вместе с сопровождавшим его бойцом бросился назад к танкам. Машины, натужно ревя двигателями, рванулись, насколько этому позволяла темнота, через поле. Вслед им ударили немецкие орудия...

Разведчики возвратились благополучно. Командир бригады похвалил их за удачную вылазку и смелые действия. На допросах пленные поначалу упрямились, но оказавшиеся среди них несколько итальянцев рассказали все, что знали.

На правом берегу Днепра наши танкисты встретились с новыми условиями ведения боев в лесистой местности. Враг имел очень выгодные рубежи обороны. Он держал в своих руках все господствующие высоты, коше были до предела насыщены артиллерией и минометами. Такие высоты в основном сосредоточились в Районах Старо-Петровцы и Ново-Петровцы. Они возвышались над долиной, тянувшейся на десятки километров по правому берегу Днепра. С них противник вел обстрел переправы и дороги, ведущей на Лютеж.

Задача бригады и заключалась в том, чтобы, взаимодействуя со стрелковыми частями севернее Лютежа, прорвать там оборону противника и выйти ему в тыл селу Ново-Петровцы.

На лесных дорогах и просеках противник соорудил широкие завалы, противотанковые рвы, заложил фугасы по 80—100 килограммов взрывчатки в каждом. Кроме того, гитлеровцы устраивали засады с применением большого количества танков, штурмовых орудий.

Ясным осенним утром началось наше наступление. Ганки шли колоннами через лес. В течение дня, преодолевая мощные узлы сопротивления, завалы и другие препятствия, продвинулись в глубь вражеской обороны всего лишь на пять километров.

На следующий день наступление продолжалось.

Погода с утра вновь выдалась солнечная, на небе — ни облачка. Теплый легкий ветер шевелил на березах остатки не опавших золотисто-оранжевых листьев.

Головную походную заставу возглавлял лейтенант Трубенков.

Просеку, по которой двигалась колонна, противник ночь еще более укрепил — заложил дополнительные фугасы, подтянул противотанковые средства и пехоту. Едва прошли километр, как впереди послышались орудийные выстрелы. Это вступил в бой лейтенант Яков Степанов. Метким огнем он разбил два орудия. Но фашисты успели по перпендикулярно пересекающей просеке выкатить еще две пушки.

— Павлушин! Сверни вправо в кустарник и дави! Аты, Изофенко, работай пулеметом! — распорядился по танковому переговорному устройству.

Немцы, успев развернуть только одно орудие, в страхе разбежались. Павлушин успел подмять одно — ближайшее, не подготовленное для ведения огня. Но тут ко второму подбежал офицер. Выстрелом в упор он остановил наш танк как раз на пересечении просек.

— Изофенко, выйди через люк запасного и взгляни, что с танком,— приказал Степанов радисту-пулеметчику.

По броне щелкали пули. Все же Изофенко осмотрел машину и, вернувшись, доложил, что полетел левый ленивец, рассыпана гусеница. "Значит здесь в лесу, не отремонтировать", — с горечью подумал командир.

— Всем пока оставаться на местах,— распорядился он.— Гранаты — по карманам, приготовить автоматы. Быть в готовности драться, пока не кончатся боеприпасы!

И лейтенант принялся бить из пушки и пулемета. Теперь приходилось вести огонь в трех направлениях — прямо перед собой, вправо и влево вдоль просек.

В это время основные силы бригады продолжал" движение. Танкисты услышали в наушниках, как лейтенант Трубенков передал по рации прямо комбригу:

— Впереди — противотанковый узел. Степанов подбит. Веду огонь...

Овчаренко ответил:

— Сбить противника, продвигаться вперед!

Не прошло и пяти минут, как страшной силы взрыв потряс лес. Шедший несколько в стороне танк Курманбаева вспыхнул. Экипаж покинул машину. Но огонь на танке погас быстро. Вокруг загорелись трава, кусты, все заволокло дымом. В него с ходу, как в густой прибрежный туман, вскочил взвод лейтенанта Николая Семенцова.

— Обойти Курманбаева слева и — вперед! — скомандовал он подчиненным.

Его механик-водитель Жданов, разворачиваясь между двумя толстыми соснами, на миг остановился, и в это время послышался стук чем-то металлическим по башне.

— Николай, выйди! — послышался голос командира роты Семенова.

Семенцов спрыгнул на землю. В клубах дыма различил ротного. Рядом с ним стояли командиры других танков.

— Двигаться дальше нельзя: фугасы,— сказал Семенов. — Пойдем посмотрим, что там случилось.

На месте танка Трубенкова — груда искореженного металла. Трудно даже представить, что это был танк. Острые, рваные обломки, диски фрикционов, траки... Изуродованное тело Трубенкова нашли в лесу в десяти метрах от места взрыва. Узнали его по лейтенантскому погону на сохранившемся левом плече да значку парашютиста с цифрой "18" на лоскуте гимнастерки... Рядом лежал обугленный командир взвода автоматчиков младший лейтенант Петрухин. Из других членов экипажа никого не нашли...

Прибежал с разведчиками Андроников и сообщил, что вся просека забита фугасами, миноискатели применить нельзя, так как взрывчатка вложена в деревянные ящики.