Чтение онлайн

Игги кивнул, но, казалось, не мог вымолвить ни слова. Алекс знал, что он переживает тот же долгий момент, который пережил сам в хранилище Сорши. Момент, который приводил к одному-единственному неизбежному выводу.

— Помнишь, что ты сказал мне, когда я спросил, зачем вообще использовать руну жизни?

Игги кивнул.

— Я лучше потеряю часть своей жизни, чем всю, — процитировал он сам себя. Алекс улыбнулся ему.

— Я не знаю, сколько мне осталось, — сказал он. — Но на самом деле никто этого не знает. Завтра меня может растоптать ползун. По крайней мере, если это случится, все, кто будет на ползуне, останутся живы, потому что замок Сорши не упал на Эмпайр-тауэр.

Игги положил руку на здоровое плечо Алекса.

— Прости, — сказал он. — Тебе не стоило становиться героем.

— Может, меня еще и на парад пригласят, — усмехнулся Алекс.

— В газетах пишут, что мисс Кинкейд перевезла свой замок в море для ремонта, — сказал Игги. — Судя по всему, правительство замалчивает случившееся.

— Ничего страшного, — Алекс снова усмехнулся и тут же пожалел об этом, потому что в заживающих ребрах вспыхнула боль. — Ненавижу парады.

Алекс хотел встать, но Игги удержал его за плечо.

— Ты прав, — сказал он. — Никто из нас не знает, сколько нам осталось. В связи с этим я хочу, чтобы ты кое-что знал. — Он замолчал и моргнул, его глаза заблестели. — Я всегда относился к тебе как к сыну. К сыну, которого у меня никогда не было.

— Игги, у тебя был сын, — немного смутившись, напомнил Алекс. — Он заплатил за этот дом.

— Не пойми меня неправильно, — сказал Игги. — Я любил своего сына. Я бы ни за что не стал меньше им гордиться. Но у него не было дара. Я всегда хотел, чтобы у меня был сын, с которым я мог бы разделить свое ремесло. Чтобы я мог научить его всему, что знаю сам, раскрыть ему все свои секреты. Когда мой сын умер, я был безутешен. Ни один отец не должен пережить своего ребенка. После того как я приехал сюда, я не знал, что делать, но потом увидел, как ты чертишь руны на углу улицы. Мне не потребовалось много времени, чтобы понять, что ты достоин стать моим наследником.

Алекс положил руку на плечо Игги.

— Спасибо, Игнатий, — пробормотал он. — Это очень много для меня значит.

— Разве ты не понимаешь? — спросил Игги. — Я уже потерял одного сына. Как я могу смириться с потерей второго?

Алекс встал и помог старику подняться.

— Ты еще не потерял меня, — сказал он. — Так что, если мое время на исходе, давай не будем его тратить. Давай поедим и проводим отца Гарри. А потом, когда вернемся, поговорим обо всем остальном.

Игги поколебался, потом похлопал Алекса по руке и спустился вниз.

Глядя ему вслед, Алекс почувствовал укол вины. Он сделал то, что должен был сделать, в этом не было никаких сомнений. Сотни тысяч людей погибли бы, если бы он не воспользовался своей руной спасения. Это стоило ему немалой части жизни, но он не жалел об этом. Если бы он этого не сделал, то все равно был бы мертв.

О чем он сожалел, стоя в одиночестве в своей комнате, так это о том, что причинил боль Игги.

Отбросив эту мысль, Алекс направился в душ. Увидев свое отражение в крошечном зеркале в ванной, он вздрогнул. Его волосы стали совершенно белыми, как свежевыпавший снег. Даже белее, чем платиновые локоны Сорши.

— Что ж, — сказал он, дергая себя за волосы. — По крайней мере, они на месте.

К этому определенно придется привыкать.

В душе Алекс осмотрел место, где была вытатуирована его руна спасения. От нее остался лишь бледный след от ожога. Он подождет, пока след полностью исчезнет, прежде чем делать новую татуировку. Это даст ему время на разработку новой.

Десять минут спустя Алекс спустился вниз, побритый и одетый. Он успел схватить свой пиджак, когда замок Сорши рухнул, но шляпа пропала.

— Вот, — сказал Игги, доставая из шкафа у входа старомодную шляпу-федору.

— Спасибо, — сказал Алекс, надевая ее и опуская поля.

Они направились в "Ланч-бокс", а оттуда через весь город к кладбищу рядом с маленькой церковью на дальнем краю Ядра. На похороны ничем не примечательного священника пришло всего несколько десятков человек. Пока епископ епархии монотонно вещал у могилы, Алекс размышлял, такие ли похороны были у самого Иисуса. Он улыбнулся при мысли о том, что отцу Гарри это бы понравилось. Он был простым человеком, который делал все, что мог, чтобы творить добро, как и его учитель до него.

Игги и Лесли, которые присоединились к ним на кладбище, после службы ушли вместе с другими скорбящими, но Алекс задержался у могилы. Отец Гарри был ему как отец, когда никто другой не проявлял к нему ни малейшего интереса. Алексу хотелось просто постоять у открытой могилы в тишине маленького кладбища и собрать воедино разрозненные воспоминания. Прокручивая в голове события последних лет, он запечатлевал их в памяти, чтобы они продолжали жить вместо отца Гарри.

— Как ты держишься? — слабый голос вывел его из задумчивости. Обернувшись, он увидел рядом с собой сестру Гвен и улыбнулся.

— Все хорошо, — сказал он, неловко обнимая ее, потому что его рука все еще была в фиксирующей повязке. — А вы как?

Она кивнула с задумчивой улыбкой, но потом нахмурилась и посмотрела на него.

— Что случилось с твоими волосами? — спросила она.

— Небольшое недоразумение с заклинанием.

— Тебе идет, — решительно кивнула сестра Гвен.

— Епархия собирается снова открыть миссию? — спросил Алекс.

— Нет, — устало ответила сестра Гвен. — Слишком многое уже утрачено. Отец Клементин был душой и сердцем этого места.

— Что ты будешь делать? — Алекс обнял хрупкую монахиню и прижал ее к себе.

— Епископ отправляет меня в монастырь в Майами, — ответила она. — Я буду обучать новых сестёр и помогать им выполнять свои обязанности.

— Похоже, он о вас заботится, — ухмыльнулся Алекс.

Сестра Гвен наклонилась к нему и прошептала:

— Я сама попросила его об этом посте. Я старею для этих нью-йоркских зим. — Она снова обняла его, но не отпускала. — Ты выяснил, кто убил отца Клементина?

— Да, — ответил он, похлопывая ее по спине. — Он разбился насмерть, пытаясь причинить вред еще большему количеству людей.

— Хороший мальчик, — с жаром сказала она, отпустила его и отошла на шаг. — Что ж, Алекс, мне пора на автобус. Будь хорошим мальчиком, и да благословит тебя Господь.

Алекс пообещал, что так и будет, и старая монахиня развернулась и пошла прочь.

— Я тоже буду по вам скучать, — сказал он ей вслед.

Он долго стоял на месте, потом наконец нагнулся, взял горсть земли и бросил ее на простой сосновый гроб, лежавший на дне могилы.

— Ты закончил? — спросила Лесли, обходя могилу и подходя к нему. — Я не хотела тебя отвлекать.